Материалы петербургской редакции доступны на сайте федеральной «Новой газеты»
«Потому что у него хорошая репутация»
Фото: facebook.com

«Потому что у него хорошая репутация»

21 октября 2019 10:03 / Общество

Сексуальный скандал перерос в профессиональное противостояние в Союзе журналистов

Об истории 33-летней Алины Щегловой, журналистки сайта «Новгород.ру», стало известно 12 октября, когда она написала в своем телеграм-канале, что после профессионального праздника ее изнасиловал коллега.

Фабула

27 сентября Новгородский союз журналистов награждал лучших, а Алине Щегловой в этот день вручили удостоверение члена Союза журналистов. После официальной части группа коллег перекочевала в редакцию газеты «Новгород». В 11 вечера, когда стали расходиться, все были уже изрядно нетрезвы. Главный редактор издания Михаил Боголюбов еще в начале вечера предложил Алине вместе поехать на такси и в конце банкета взялся вызвать машину — им было по пути. В ожидании такси они остались в редакции одни. Тут, по словам Алины, все и случилось. «Я потеряла сознание. Он брызгал мне в лицо водой. Я оцепенела от ужаса, помню, как трещало платье…» Через какое-то время она выбежала на улицу и на перекрестке разрыдалась. Вокруг никого — ни прохожих, ни круглосуточных магазинов. По словам Алины, рядом с ней остановилось такси, из него вышел Боголюбов, затолкал ее в машину и довез до микрорайона, где она жила. Дома Алина оказалась почти в три часа ночи.

В понедельник, 30 сентября, она написала заявление в Следственный комитет (СК), и на следующий день по направлению СК прошла медицинскую экспертизу. «Новой» она рассказала, что в ее планы не входило предавать эту историю широкой огласке.


«Все, чего я хотела, — справедливого расследования. У меня растут дочери, как я буду им в глаза смотреть и говорить, что промолчала?» — говорит Алина.


Однако сразу после обращения в Следственный комитет ей позвонила супруга Боголюбова Алла Егорова и попросила забрать заявление. Здесь стоит отметить, что она полковник полиции, заместитель начальника новгородского управления МВД. Позже Егорова прислала сообщение Щегловой: «Буду вам очень признательна, понимая ваши страдания. Я ваш должник. Это серьезно».

Алина отказалась забирать заявление. Она надеялась, что дело возбудят в десятидневный срок. Но ничего не происходило, и когда срок продлили, а дело передали другому следователю, у нее возникли подозрения, что историю хотят замять. Тем более что Боголюбов продолжал работать главным редактором.

12 октября она написала пост в телеграме, который моментально разошелся по сети. Уголовное дело возбудили только 16 октября, после проверки заявительницы на детекторе лжи.

Реакция

«Меня поддержали многие коллеги, — говорит Алина. — Я поначалу боялась огласки — не хотела, чтобы это воспринималось как давление на следствие. И не произнесла имени насильника. (СМИ в дальнейшем его назвали. — Ред.) Я понимаю, что многие считают виновным в таком происшествии обоих или ищут провокации со стороны женщины. Я получила много писем и от тех, кто тоже подвергался насилию, и от тех, кто считает, что я пиарюсь. Я не сдаюсь не только ради себя. Мне пишут: «Вы такая смелая». А я надеюсь, наше законодательство и отношение к жертве станет более бережным. В СК, как бы плохо тебе ни было, тебе нужно самой добиваться осмотра, стоять в очередях, ходить по разным врачам.


Ни о какой профессиональной психологической помощи речи нет. В нашем городе нет даже адвокатов, которые ведут такие дела».


Родственники поддерживают Алину, особенно муж Иван. Он не сразу поверил, что такое могло случиться, — он знаком с Михаилом Боголюбовым почти 30 лет, и всегда считал его порядочным человеком. «Я понимаю мужа, а Михаилу доверяла, — говорит Алина. — И понимаю коллег, которые встали на его сторону, потому что у него хорошая репутация. Меня пытались упрекнуть в том, что я сломала ему жизнь!»

Михаил после того вечера пытался звонить Алине, но она не брала трубку. Тогда он прислал СМС, где одновременно и раскаивался, и намекал, что все это случилось по обоюдному согласию, просил не ломать друг другу жизни: «Я полный и гнусный мудак, я знаю. И накажу я себя сам. Жестко».

Михаил Боголюбов (справа). Фото: vnnews.ru Михаил Боголюбов (справа). Фото: vnnews.ru

Однако спустя две недели, разговаривая с корреспондентом «Новой», Михаил заявил, что никого не насиловал. Сказал: это оговор, а сообщение написал в состоянии стресса. «Обе стороны несут моральные потери, смакуется тема в соцсетях, что тяжело для наших семей», — подвел черту Боголюбов.

«У Боголюбова был имидж хорошего бесконфликтного парня. От него ушла жена лет десять назад. Оставила его с дочкой. Его жалели. Когда они стали встречаться с Аллой, многие радовались за них. Поэтому, кроме Алины, мне и Аллу по-человечески жаль», — говорит новгородский журналист Антоний Киш.

Между врагом и жертвой

В Новгороде, тем более в журналистской среде, конечно, слышали о скандале с депутатом Слуцким и о других нашумевших секс-скандалах. Но одно дело Москва или заграница, другое — провинция, где люди на такие вещи смотрят куда консервативнее. В группах в социальных сетях начались дебаты. «Если женщина напивается до неадеквата ночью с мужчиной, это ли не провокация с ее стороны?» — написала журналистка Светлана Дубовицкая. Некто «Политтехнолог Иванов» и просто глумился: «Алина Щеглова становится популярной. Девочка, которая хотела славы, вскоре ее получит». Целомудренные анонимы обсуждают в сети поведение многодетной матери (у Щегловой трое детей. — Ред.) и ее наряд на вечеринке.

Точнее всего о том, как с такой бедой справляться в небольшом городе, где все друг друга знают, написала Диана Васина, главред Новгородского областного телевидения:


«Это случилось с нами, внутри нас. И мы не понимаем, что делать. Ведь оба участника — свои, родные, друзья/приятели.


И как тут выбрать, на чью сторону встать, если обоих прекрасно знаешь и нежно к ним относишься?! <…> Я не задумываясь встала на защиту слабого. <…> Здесь все проигравшие».

«Обвиняемый в изнасиловании имеет полное право на нормальную дальнейшую жизнь после преступления, — пишет новгородский журналист Стас Бутенко. — Право на прощение — тоже имеет. <…> На свою профессию, на то, чтобы не стать изгоем. Пожал бы я руку Михаилу при встрече? Пожал бы. Через какое-то время точно. Действия Алины Щегловой в этой истории — корректные, достойные, образцовые. Она умная и сильная. Ее пример поможет многим, наверное».

По мнению политтехнолога Михаила Шимановского, «местное медиасообщество, которое еще никогда не проходило фильтры сексуальных скандалов, начинает постепенно делиться на два лагеря, что обещает <…> выпадение скелетов из шкафов. Как бы смелость Щегловой вынести свою проблему на всеобщее обозрение не спровоцировала и других, чей секс был, мягко скажем, например, по прихоти начальника».

Принцип домино

Союз журналистов России расценил ситуацию как чрезвычайную и 16 октября направил в город десант из трех секретарей СЖР, которые предложили Алине Щегловой помощь и поддержку. После этого пришлось высказаться и региональному отделению Союза журналистов, который до этого упорно отмалчивался. Заседали местные журналисты несколько часов, после чего канцеляритом написали: «Мы верим в объективность расследования и готовы на всестороннее сотрудничество со следствием, чтобы истина восторжествовала». Призвав коллег соблюдать корпоративную этику.

На сайте Думы Великого Новгорода в тот же день появилось сообщение, в котором городские власти «выражают уверенность в беспристрастном решении следственных органов».

И тут дело приняло новый оборот: 18 октября выяснилось, что Союз журналистов России «считает абсолютно недопустимым бездействие председателя Новгородского СЖ Ольги Ивановой, которая в течение трех недель скрывала информацию об этом происшествии и не предпринимала никаких мер по оказанию помощи пострадавшей коллеге». В Новгороде не смолчали и назвали действия Москвы репрессивными.

«Члены правления разделяют вместе с председателем Ольгой Ивановой ответственность за деятельность организации, полностью ее поддерживают и слагают с себя полномочия в полном составе», — заявили члены правления регионального союза.

Ольга Иванова. Фото: vnnews.ru Ольга Иванова. Фото: vnnews.ru

Новгородские журналисты, ошарашенные сначала этической стороной конфликта, недоумевают от его политического витка. Начинаются публичные демарши: некоторые выходят из Союза журналистов России, другие их поддерживают или негодуют на москвичей, полагая, что новгородских журналистов подталкивали к доносительству. Ольга Ларина, известная новгородская журналистка, вышла из СЖ России, о чем написала в фейсбуке, добавив: «Надеюсь, когда-нибудь, когда пена спадет, этот кейс будут с особым тщанием преподавать на журфаках. Я бы преподавала».

«Дело Алины Щегловой стало соломинкой, которая сломала спину верблюда, — размышляет Антоний Киш. — Те, кто присвоил себе право выступать от имени журналистского сообщества, превратили областную организацию в тусовку по интересам, где есть свои и чужие, где можно закрыть глаза на случай с изнасилованием. Но ситуация, когда глава регионального СЖР, а по совместительству руководитель пресс-службы мэрии при молчаливом одобрении правления замалчивал такой инцидент, не могла продолжаться вечно».

В свою очередь, Ольга Иванова в фейсбуке назвала поведение московских коллег давлением, а упреки главы секретариата Союза журналистов России Дениса Токарского «моральным харассментом» и выразила недоверие москвичам. Она уверена, что столичные журналисты грубо вмешались в дела региональной организации только потому, что «им позвонили из администрации президента» и дело получило большую огласку.

Новгородцы тут же вспомнили, как в 2008 году СЖР опозорился, приняв в свои члены Рамзана Кадырова, а на следующий день отменив это решение. «Тогда я и покинул союз после 30-летнего членства, — пишет журналист Сергей Брутман. — Пересмотрел сейчас состав секретариата — и кто все эти люди?»

Вопрос, насколько право или нет местное отделение союза в том, как они участвовали или не участвовали в помощи своей коллеге Алине Щегловой, отошел на второй план. Внезапно гнев обратился на варягов, которые считают себя, причем незаслуженно, судьями в последней инстанции. Чем закончится скандал, который начался с изнасилования, а перерос в профессиональное противостояние Москвы и Великого Новгорода, предсказать трудно.