Материалы петербургской редакции доступны на сайте федеральной «Новой газеты»
Перед прочтением сжечь
Фото: Аля Деконская

Перед прочтением сжечь

20 сентября 2020 16:49 / Общество

Государство отказало историческому Охтинскому мысу в защите.

Верховный суд отказался брать под охрану уникальные археологические памятники Охтинского мыса в Петербурге: иск, который мы подавали с градозащитником Павлом Шапчицем, отклонен.

Отказ Верховного суда отменить приказ Министерства культуры РФ от 6 марта 2019 года № 250, берущий под охрану лишь малую часть территории Охтинского мыса, означает разрешение застраивать все остальное.

Уничтожив навсегда остатки стоянок эпохи неолита (которым почти семь тысячелетий), остатки крепости Ландскрона и мысового городища новгородцев (XIII век) и укрепления Ниеншанца, которые Петр I взял штурмом в 1703 г., и другие памятники отечественной истории.

Этот отказ примечателен не только тем, что суд отказался учитывать результаты множества экспертиз, опровергающих ту единственную и крайне сомнительную экспертизу, на которой базируется приказ Минкульта.

Он примечателен еще и тем, что


открыто признано: приказы, включающие выявленные объекты культурного наследия в реестр памятников истории и культуры, можно засекречивать.


Можно не публиковать не только расположение и границы памятника, но засекречивать даже сам факт признания объекта памятником, надежно скрывая все это от граждан, могущих лишь случайно об этом узнать.

Это называется «перед прочтением — сжечь» (помните «Понедельник начинается в субботу» Стругацких? Это была надпись на папке, валявшейся в захламленной комнате).

Когда-то отсюда начинался Петербург — за четыре века до официального основания. Потом сопротивление петербуржцев не позволило «Газпрому» построить здесь чудовищный 400-метровый небоскреб. Но «Газпром» не унимается — в упорном стремлении застроить Охтинский мыс. На сей раз «общественно-деловым комплексом», обещая для отвлечения внимания на оставшейся части оборудовать парк.

Парк там и вправду нужен — но не газпромовский, по остаточному принципу. Уже более десяти лет археологи, историки, градозащитники требуют создать на всем Охтинском мысу археологический парк-музей. Или ландшафтный музей-заповедник. Чтобы сохранить «созвездие» памятников, находящихся на этой территории.

Но на их пути стоит не только «Газпром», но и Министерство культуры и петербургский КГИОП — Комитет по охране памятников, отказывающийся взять все памятники Охтинского мыса под охрану.

Оспариваемый нами приказ поставил под охрану лишь один из бастионов крепости Ниеншанц XVII века и несколько небольших кусочков культурного слоя на Охтинском мысу. Ни рвы Ландскроны, ни остальные рвы Ниеншанца не охраняются. Но даже охраняемый культурный слой может быть полностью вскрыт при дальнейших раскопках, а вся территория снята с охраны — и уже ничего не будет препятствовать коммерческой застройке.

Макет крепости Ниеншанц в музее. Фото: wikipedia.org Макет крепости Ниеншанц в музее. Фото: wikipedia.org

Мы с Павлом Шапчицем оспаривали приказ Минкульта от 6 марта 2019 года по двум основаниям.

Первое: он издан на основании недостоверной, на наш взгляд, экспертизы казанского эксперта Ситдикова — выполненной по заказу ООО «Городъ» (с уставным капиталом 12 тысяч рублей).

Выводы этой экспертизы кардинально расходятся с выводами судебной экспертизы 2010 года и государственной историко-культурной экспертизы, выполненной в 2013–2014 годах по заказу петербургского отделения Всероссийского общества охраны памятников истории и культуры. Они предлагали взять под охрану все обнаруженные памятники и сохранить Охтинский мыс целиком, как единый историко-археологический комплекс.

Однако все эти экспертизы были отклонены Министерством культуры по надуманным основаниям, а использована лишь экспертиза Ситдикова, утверждающая, что, кроме небольших участков неолитического слоя, охранять на мысу уже почти нечего.

Мы попросили суд приобщить к делу ранее выполненные экспертизы, чтобы обосновать недостоверность выводов Ситдикова. И получили отказ: мол, к делу это не относится (!). А что же тогда относится?

Мы попросили вызвать в качестве свидетелей известных археологов — суд отказал. Мы попросили вызвать в суд Ситдикова, чтобы он объяснил многочисленные проколы и внутренние противоречия в своей экспертизе — и снова отказ.

Мы задали в суде целый ряд вопросов представителям Минкульта и КГИОП — по конкретным раскопам и по конкретным границам, — они не смогли ответить. Но


продолжали соловьями нахваливать 5000-страничную экспертизу Ситдикова, которую, как можно судить по ответам, они вообще не читали...


И после всего этого в решении Верховного суда написано, что «порядок, установленный законом для включения объекта культурного наследия в единый государственный реестр, в том числе для проведения в этих целях Государственной историко-культурной экспертизы, полностью соблюден», а «действия истцов направлены на оспаривание выводов ГИКЭ и не могут служить основанием для признания решения компетентного федерального органа исполнительной власти о включении объекта в Реестр недействующим».

Но есть и второе основание для оспаривания приказа Минкульта: он не был опубликован. Вообще. Засекречен (точнее с грифом «для служебного пользования»).

«Как быть, — спрашивал я в суде, — с 15-й статьей Конституции, где написано, что любые нормативные правовые акты, затрагивающие права, свободы и обязанности человека и гражданина, не могут применяться, если они не опубликованы официально для всеобщего сведения? Приказ Минкульта — нормативный акт; если он не опубликован, его нельзя применять».

Ответ Минкульта был фееричен.

Оказывается, Федеральный закон № 73-ФЗ об объектах культурного наследия передает министерству право определять перечень «отдельных сведений об объектах археологического наследия, которые не подлежат опубликованию». И своим приказом от 1 сентября 2015 года № 2328 Минкульт этот перечень утвердил (примечательно, что в качестве врио министра этот приказ подписал впоследствии осужденный за мошенничество, а сейчас опять арестованный Григорий Пирумов).

Что же значится среди «отдельных сведений»? А вот что: адрес объекта археологического наследия или описание его местоположения, фотографическое или иное графическое изображение объекта, описание границ территории объекта, сведения о наличии или об отсутствии зон охраны объекта и сведения о предмете охраны объекта археологического наследия.

Концепция развития территории Охтинского мыса от архитектурного бюро Nikken Sekkei. Фото из презентации проекта Концепция развития территории Охтинского мыса от архитектурного бюро Nikken Sekkei. Фото из презентации проекта

Попросту говоря — все. Ничего из этого гражданам знать не положено: ни где находится объект археологического наследия, ни как он выглядит, ни что в нем подлежит охране.

Но и это в данном случае нарушено, потому что Минкульт засекретил весь приказ от 6 марта 2019 года № 250 целиком, включая название объекта. И засекретил даже тот факт, что часть Охтинского мыса вообще включена в реестр объектов наследия.

Я спросил представителей Минкульта: как гражданин может вообще узнать, что где-то имеется археологический памятник, если вы скрываете от граждан его расположение, границы и даже факт его признания памятником? Как гражданину реализовать конституционное право на доступ к этому памятнику, не зная, что он есть и где его границы? Как беречь этот памятник, если неизвестно, что на его территории охраняется?


Ответом мне был детский лепет на лужайке: мол, таким путем мы бережем археологические памятники от «черных копателей».


А Верховный суд в своем решении фактически признал, что президент и Минкульт принимают решения, прямо противоречащие указанной статье Конституции.

Суд сослался на указ президента России от 23 мая 1996 года № 763, по которому нормативные правовые акты, затрагивающие права, свободы и обязанности человека и гражданина, подлежат обязательному официальному опубликованию, «кроме актов или отдельных их положений, содержащих государственную тайну или сведения конфиденциального характера». Однако статья Конституции имеет прямое действие и никаких возможностей это действие ограничивать не содержит. Не опубликовано? Значит, не может применяться. Точка. Это, как нам кажется, сейчас может быть предметом нашего обращения в Конституционный суд. Тем более что Охтинский мыс — не военная база, там не может быть ничего такого, что можно скрывать от граждан.

Что касается утверждений о «черных копателях», то думаю, что все куда проще. Не от них скрывают информацию об утвержденных границах памятников, а от общественности — чтобы облегчить застройку этих участков! Я прямо сказал об этом в суде: потом застройщик скажет на голубом глазу, что он и не знал, что тут находится памятник, и все снес до основания...

Мыс в устье Охты — предтеча Петербурга.

На протяжении столетий он был центром той территории, на которой ныне расположен город. Крепости в устье Охты позволяют представить допетербургскую историю, увидеть, как велась борьба за эти земли, как строили, торговали, воевали наши предки и их северные соседи.

Позволить уничтожить память об этой истории — преступление.

Такое же, как скрывать ее под грифом «для служебного пользования».