Материалы петербургской редакции доступны на сайте федеральной «Новой газеты»
Отправление правосудия требует жертв
Фото: «‎Градозащитный Петербург»

Отправление правосудия требует жертв

7 октября 2021 18:14 / Общество

Ансамбль Воронцовского дворца в Петербурге оказался тесен для Третьего кассационного суда: под снос определили флигели XIX века.

Третий кассационный суд общей юрисдикции занял Воронцовский дворец осенью 2019 года. Прежде на протяжении 60 лет он был родным домом суворовцев. Теперь этот адрес остался для них только в первых строках гимна питерского СВУ:

«В российской северной столице,
На улице Садовой, 26,
С тобой нам посчастливилось учиться
Узнать про долг Отечеству и честь».

Но потом пришлось узнать и другое: у руководства Минобороны иные виды на этот пышный ансамбль с внушительной территорией в двух шагах от Невского проспекта. Слухи о том, что суворовцам придется покинуть старые стены, ходили уже лет восемь. Как и версии о дальнейшей участи дворца: от передачи управделами президента до превращения в фешенебельную гостиницу. На фоне этих толков все чаще звучали заявления высоких военных чинов о том, что старинный памятник обветшал, а забота о будущих офицерах требует создать кадетам комфортные условия — где-нибудь в другом месте.


Справка «Новой»

Памятник федерального значения Дворец Воронцова М. И. (Пажеский корпус)— жемчужина русского барокко. Городская усадьба, выстроенная в середине XVIII века по проекту Ф.-Б. Растрелли для канцлера Михаила Воронцова, обладала пышными интерьерами и регулярным садом, простиравшимся тогда до набережной Фонтанки. Едва не разорившись на этом строительстве, граф передал усадьбу в казну за долги. Император Павел I, приняв титул Великого магистра мальтийских рыцарей, отписал дворец российской ветви Мальтийского ордена. Усадьба приросла двумя храмами — православной церковью и католической Мальтийской капеллой (арх. Дж. Кваренги). При Александре I усадьба вновь отошла в казну, а в 1810 г. дворец передали Пажескому корпусу. В послереволюционной истории здание было кузницей военных кадров — здесь размещались курсы комсостава Красной армии, пехотные училища, а с 1958 г. — Ленинградское (Петербургское) Суворовское военное училище. Общая площадь застройки, включая дворец и примыкающие корпуса, — 27,8 тыс. кв. м, площадь участка — 5,19 га.


В 2014-м было объявлено, что плановый капремонт Воронцовского дворца начнется в 2015-м. И на время ремонта суворовцы переедут на Московский проспект, как только там завершится реконструкция другого принадлежащего Минобороны исторического объекта — комплекса бывшего Константиновского артиллерийского училища. Эта стройка не уложится в заявленные сроки и смету (она вырастет почти до 5 млрд. руб., а вскрытые многомиллионные хищения людей в погонах приведут к уголовному делу и приговору, вынесенному минувшим летом). На Московский проспект суворовцы отправятся в 2017-м. Под обещания, что и Воронцовский дворец останется за ними, когда его тоже отремонтируют и приведут в соответствие современным требованиям «образовательного процесса». Во всяком случае, о таком сценарии заявлял руководитель пресс-службы Западного военного округа Олег Кочетков;


а начальник Суворовского училища Евгений Ермолов даже дал «слово офицера», заверив, что дворец останется в ведении Минобороны «и здесь будут учиться дети».


Но вместо детей сюда въехал Третий кассационный суд (далее — КАС). Поначалу, правда, судьям пришлось довольствоваться лишь бывшим учебным корпусом СВУ во внутреннем дворе. Поскольку дворец ведомство Сергея Шойгу так и не привело в порядок — хотя согласно охранному обязательству 2016 года должны были отреставрировать его к 2020 году, а прилегающий исторический сад с оградой — к 2021-му.

Учебный корпус, не обремененный охранными ограничениями, позволял приспособить его под судейские нужды без длительных согласований и огромных затрат. Заданные президентом сроки (начать работу КАС должен был до 1 октября 2019 г.) фактически приравняли к обстоятельствам чрезвычайной силы или стихийному бедствию — подрядчика на ремонтные работы (за 59,9 млн руб.) выбрали без конкурса, за три месяца до даты икс. Контракт достался московской компании РЭУ «Столица», не в первый раз получавшей заказы от судебных структур. В том числе многомиллионные подряды от Мособлсуда, который возглавлял Василий Волошин, ставший теперь председателем КАС.

Затем КАС провел еще несколько закупок. РЭУ «Столица» получила пять подрядов на общую сумму 25 млн рублей, выявились и новые фавориты. Так, восемь контрактов (свыше 68 млн) достались ООО ИНТЭК из Московской области. Еще четыре (почти на 280 млн) получило московское ООО «Альфа», а два (на 90 млн) достались питерской компании «КУБ Строй». В подавляющем большинстве случаев закупки проводились по схеме «у единственного поставщика», а если конкурс и случался, то зачастую на него подавалась лишь одна заявка.

Один из последних выпусков суворовцев в Воронцовском дворце. Фото: vk.com/sos_spb_svu Один из последних выпусков суворовцев в Воронцовском дворце. Фото: vk.com/sos_spb_svu

В целом первоочередные работы на Садовой, 26, потянули почти на 350 млн — согласно сметной документации, одобренной к 1 сентября Главгосэкспертизой России. Ее, по всей видимости, следует оценивать лишь как первый этап необходимой ансамблю реставрации: утвержденный проект предусматривает реставрацию 5,9 тыс. кв. м фасадов и 3 тыс. кв. м внутренних помещений, а также 120 м чугунной ограды.

О том, что «лечение» именитого архитектурного ансамбля подразумевает еще и ампутацию, стало известно благодаря бдительности петербургского ВООПИиК. Летом КГИОП представил на своем сайте Акт историко-культурной экспертизы (ИКЭ) — она оценивала проектную документацию по обеспечению мер сохранности памятников, попадающих в зону намечаемых на территории Воронцовского дворца работ. Изучив документ, градозащитники обнаружили, что работы эти подразумевают ликвидацию трех флигелей (литеры Н, П и Р). При этом автор ИКЭ Галина Курленьиз не приводила никаких данных об истории их строительства и бытования, как и о дальнейшем использовании высвобождаемой за счет демонтажа территории. Указывалась лишь причина вынесенного флигелям приговора — «аварийность». ВООПИиК категорически не согласился с таким заключением и направил в КГИОП свои замечания и возражения.

«Мы были уверены, что комитет не согласится с выводами такой экспертизы. Ведь статус Воронцовского дворца, одного из известнейших памятников Петербурга, просто обязывает отказаться от сноса, — поясняет зампредседателя петербургского ВООПИиК Александр Кононов. — Да, сами флигели памятниками не значатся. Но относятся к постройкам середины — конца XIХ века и находятся на территории федерального памятника. И сносить здесь что-либо вместо того, чтобы ремонтировать, — варварство. У нас много памятников, чей облик менялся на протяжении столетий: что-то достраивалось, переделывалось. Но это не умаляет их ценности, это называется историей бытования. Она может быть разной у разных строений. Даже у многих очень скромных исторических построек есть своя важная градостроительная и ансамблевая роль. Это как большой единый оркестр, где есть и третьи скрипки, а не одни только солисты важны. В 2008 году это было признано на уровне закона, который запретил снос зданий в центре, построенных до 1917 года, независимо от их личных архитектурных достоинств. Только по дате постройки. Это наследие признано ценным всё в совокупности. И поэтому даже флигели второго двора доходного дома важны для исторической ткани города. Тем более флигели известных дворцовых комплексов и усадеб».

Карта-схема из материалов историко-культурной экспертизы Карта-схема из материалов историко-культурной экспертизы

Но КГИОП экспертизу одобрил. А в конце сентября Третий КАС за неделю определил подрядчика на демонтаж (за 4,9 млн). Градозащитники обратились в прокуратуру, Министерство культуры и непосредственно к председателю КАС, призывая не допустить уничтожения построек — свидетелей истории Пажеского корпуса.


Снос на территории такого известного памятника, да еще по заказу суда, к которому они привыкли обращаться за правосудием, будет высшей несправедливостью,


убеждены в ВООПИиК.

Председатель КАС Василий Волошин ответил оперативно, буквально через день, но по сути не согласился ни с чем. Его честь указал на появление в СМИ «многочисленных публикаций, авторы которых распространили информацию о сносе трех аварийных флигелей Воронцовского дворца, представляющих историко-культурную ценность».

И тут же дал им оценку: «Данные сведения не соответствуют действительности». Такой приговор, как следует из письма, председатель вынес, опираясь на акт ИКЭ и технические паспорта «построек, предназначенных к сносу».

То есть по его же тексту выходит, что к сносу определили не один флигель, а несколько «построек». Но в следующем предложении господин Волошин утверждает обратное: «Демонтажу подлежит одна хозяйственная постройка [литера Р] — склад, построенный в 1917 году и не имеющий отношения к истории Пажеского корпуса. За период своего существования он неоднократно перестраивался под нужды военных учебных заведений советского периода и в 2021 году, по результатам обследования технического состояния несущих конструкций, был признан аварийным и подлежащим демонтажу».

«Новая» вынуждена обратить внимание председателя КАС на ряд несоответствий в этом утверждении.

Во-первых, если постройка была признана аварийной только в 2021 году, каким образом за год до этого, а именно в мае 2020 г., КАС выступил заказчиком конкурса на «разработку проектной документации на демонтаж аварийного здания»? И счастливо заключил 22 июня 2020 г. контракт с компанией ИНТЭК на 2,36 миллиона.

Во-вторых, в представленном заказчиком (Третьим КАС) техзадании к этому конкурсу в разделе «объект, подлежащий сносу (демонтажу)» перечислены три флигеля, с указанием их кадастровых номеров и площадей (совокупно 1229 кв. м). Сторона заказчика в этом контракте, включающем такое техзадание, представлена собственно Волошиным В. М.

Воронцовский дворец. Фото: wikipedia.org Воронцовский дворец. Фото: wikipedia.org

Что касается даты постройки, то тут исчерпывающие разъяснения уже представил господину Волошину в своем ответном письме ВООПИиК.

Градозащитники, правда, сосредоточились только на литере Р (приняв на веру заверения председателя о демонтаже лишь этого флигеля и поспешив заверить, что «всячески приветствуют отказ от сноса двух других»). Но насколько нам известно, и по двум другим готовы предъявить необходимые данные.

ВООПИиК разъяснил председателю, что показанное в современном техпаспорте обозначение даты постройки — «1917» — это всего лишь следствие внедренной теперь (при формировании копий техпаспортов ранее учтенных зданий) структуры XML-схемы, которая допускает формат только из четырех знаков.


То есть в советское время писалось «до 1917», а с переходом на этот формат «до» впихнуть уже некуда.


Также градозащитники приложили к письму выкопировки из исторических планов и карт, подтверждающих: флигель существовал как минимум с 1831 года, а на планах начиная с 1858 г. он соединен переходом с главным зданием дворца. Внешний облик флигеля также подтверждает, что он построен в XIX в. А вот в экспертизе, на которую ссылается председатель, нет вообще никакого анализа истории трех флигелей. И никаких архивных, картографических или иных материалов, опровергающих приводимые ВООПИиК данные о времени их постройки.

Завершая обзор своих доводов, ВООПИиК заключает: «У нас нет сомнений, что изначально эта постройка относится к 1830-м гг., периоду Пажеского корпуса, и обладает историко-культурной ценностью».

И напоминает председателю, что, согласно действующему запрету федерального закона № 73, новое строительство на территории памятников и ансамблей запрещено, — так что от демонтажа флигелей Воронцовского дворца суд ничего не выиграет, а лишь потеряет возможные дополнительные площади.

Хотя, по одной из версий, планируемая «зачистка» могла понадобиться для парковки. Во всяком случае, в техзадании прошлогоднего конкурса на проектно-исследовательские работы по благоустройству дворцовой территории содержалось требование обустройства парковочных мест с рассмотрением возможности их организации по типу «экопарковки».

Завершая свое письмо к Василию Волошину, ВООПИиК выразил готовность «безвозмездно, за наш счет найти щадящие технические решения», которые позволят устранить аварийность конструкций без сноса исторического флигеля». Что, по мнению градозащитников, позволит не тратить понапрасну бюджетные средства на демонтаж и сохранить «ценную постройку значимого периода истории нашего Отечества».

Кроме того, градозащитники подали в КГИОП заявление на выявление трех флигелей в качестве объектов, обладающих историко-культурной ценностью. И пока по нему не вынесут решение (в течение 90 дней с момента регистрации заявления), любая попытка демонтажа станет нарушением закона (п. 4, 5, 6 ст. 36 ФЗ-71). А эта песня может быть вечной: «Ничто не мешает гражданам в случае принятия решения об отказе во включении в Перечень [выявленных объектов культурного наследия] конкретного здания по истечении каждых 90 дней направлять на рассмотрение повторные заявления о выявлении данного объекта […], что в результате приведет к тому, что его правообладатель будет лишен возможности реализовать свое право на владение и распоряжение принадлежащим ему объектом на неопределенный период времени», — пояснял председатель КГИОП Сергей Макаров, представляя позицию своего ведомства в суде по делу о другом историческом здании.

Другой неприятной для Третьего КАС историей может стать обжалование результатов проведенных им закупок по работам на Воронцовском дворце, включая и демонтаж флигелей. Поскольку среди предъявляемых к участникам конкурса требований даже не упоминалось наличие лицензии Минкульта, обязательной для проведения работ на территории памятника. Соответствующие жалобы уже направлены в ФАС и прокуратуру и, по сведениям «Новой», готовится обращение в суд. Коллизия, конечно, забавная — когда приходится идти в суд одной инстанции с жалобой на действия суда другой.

Впрочем, градозащитники пока не теряют надежд на то, что КГИОП «исправит допущенную ошибку» и возьмет под охрану все три дворцовых флигеля. А Третий кассационный суд придаст единственно верное положение чашам весов, соизмеряя свои потребности с интересами сохранения культурного достояния России.


Обновление

По сообщению градозащитников, работы по сносу флигеля уже начались: по состоянию на 6 октября разобран угол литеры Р. В ВООПИиК считают демонаж незаконным — до вынесения решения по его заявлению о выявлении объектов культурного наследия, поданного ранее в КГИОП, любые строительные работы на участке запрещены законом.