5 июля 2004 10:00

Не стать ли мне предсказателем будущего? Стоило на страницах «Петербургской линии» в «Новой» высказаться об извращенной пошлости фразы «Строг закон, но это закон», как президент привел этот аргумент, оспаривая сенатора, апеллировавшего в связи с отменой льгот к другой древнеримской максиме: «Благо народа - высший закон». Президент отверг этот тезис с помощью удивительного силлогизма. Типа: не надо тут про «благо человека», это лексика диктатур, прикрывавших свои черные дела благородными лозунгами.





Итак, получается, что истинно народолюбивый режим должен использовать человеконенавистнические лозунги? И это будет критерием его демократичности? Тоталитарные режимы действительно использовали много прекрасных лозунгов и слов. В «Триумфе воли» Гитлер говорит только о миролюбии Германии, о социальной справедливости. Так что, наложить табу на, скажем, слово «разоружение»?
В начале 1990-х один французский культурпублицист заметил: «Увы, все, что говорила западная пропаганда о советском режиме, оказалось правдой. Но всё, что говорила о Западе советская пропаганда, тоже правда». Под конвергенцией академик Сахаров подразумевал, что счастливый новый мир возьмет лучшее и от социализма, и от капитализма. Жизнь пошла другим путем. Новая Россия сочетает худшие черты капитализма и реального социализма. В годы перестройки именно такой вариант предрекал один лишь Лимонов, тыкал мордой соотечественников в реальность капитализма, которую на собственной шкуре изучил досконально. Его дискуссия с либералами шла на таком уровне. Лимонов - об «обществе зрелищ» и «дисциплинарном санатории». А ему: «а в Швеции тротуары с мылом моют».
Несмотря на скифскую окраску термина «национал-большевизм», Лимонов - единственный политик в России, ведущий себя как свободный европеец. Явочным порядком НБП навязывает обществу способ мышления и формы протеста, давно вошедшие в мировой обиход. Никто из политиков, сверяющих каждый шаг с Кремлем, корыстных, механически повторяющих им самим непонятные термины, ни от чего и ни от кого не свободен и не имеет морального права именоваться политиком. Только Лимонов.
В новостях совпали два сюжета. Нацболы захватили Минздрав. Телевизор долго показывал престарелую даму, салютующую кулаком в знак солидарности с молодой шпаной»: дескать, посмотрите, как жалки и комичны сторонники социального государства. Старушка, между прочим, с головы до ног в боевых орденах и медалях. Смешной и жалкой ее никак не назовешь. Захватчиков же квалифицировали как хулиганов.
Тогда же прихожане одного храма захватили Всероссийский художественный научно-реставрационный центр имени академика Грабаря. Основанный в 1918-м, в 34-м закрытый за аполитичность, в 44-м возрожденный. Центр научной реставрации в России, на свою беду поселенный государством в бывшую церковь. Телевизор спокойно сообщает, что прихожане выставили охрану и никого в центр не пускают. Представьте такую картину: НБП захватила Минздрав, выставила охрану, и уже который день государство лишь пожимает плечами по этому поводу, а не пускает в ход как минимум ОМОН. Между тем в центре хранятся и находятся в работе сотни произведений искусства. Это вам не выбитая при штурме дверь в кабинет министра. Это разбой в особо крупных масштабах.
Но в России - гармония церкви и власти. Чем отличаются прихожане от чиновников, выселяющих РГИА? Ничем. Но противнее прихожане, с лицемерным смирением вещающие, что захваченный центр - это «дом Божий». Не много ли домов стало в России у Господа: скоро людям негде жить будет.
Во Франции, где отделение церкви от государства - столь же фундаментальный принцип, как «свобода, равенство и братство», хотя и доводимый иногда до абсурда, скандал вызвало появление президента Ширака на отпевании Франсуа Миттерана в Соборе Парижской Богоматери именно в качестве президента. Как частное лицо - делай что хочешь. Но будучи президентом светской страны - не имеешь права публично выказывать свои конфессиональные предпочтения. В России с начала года президент принял участие чуть ли не в дюжине сугубо церковных акций. Именно как президент.

Михаил ТРОФИМЕНКОВ
фото Алексей ВЫСОЦКИЙ
«Коммерсант» для «ПЛ» в «Новой»


ФЕЙС-ТОРТ





Кто ж не знает Контру Омнес! Российско-парагвайская певица. Красивая девушка. Смелый гражданин, чей чарующий, но твердый голос на всевозможных фарсовых выборах (бывают ли в последнее время другие?) неизменно возвышен в защиту нашего кандидата - «против всех». Наконец, Контра Омнес не оставляет без внимания слова и поступки политиков, должностных и прочих публичных лиц, выбирает среди них самый неаппетитный - и награждает лицо, его совершившее, увесистым фигурным многоцветным тортом. Прям в само лицо и награждает!
За отчетный период отличился новоиспеченный главный архитектор Петербурга Александр Викторов. Не успел оный чиновник как следует вступить в должность, как уже заслужил награду в фейс. Вот дословная цитата из его свеженького интервью. Отвечая на вопрос, не жалко ли ему отдавать скверы в центре города под уплотнительную застройку, г-н Викторов заявил: «Есть территории, которые воспринимаются людьми как скверы, но на самом деле являются градостроительно недооформленными территориями».
А есть объекты, которые воспринимаются людьми как лицо, а на самом деле являются мишенью для торта. Получайте, Александр Павлович!