Задержать и обезвредить

24 декабря 2004 10:00

Его задержали в последних числах ноября. Подполковнику милиции, сотруднику Управления по борьбе с экономической преступностью ГУВД Петербурга и Ленобласти Николаю Понкратову было предъявлено обвинение в злоупотреблении служебным положением и нарушении неприкосновенности жилища. Уже на следующий день Октябрьский федеральный суд Адмиралтейского района санкционировал арест оперативника. Попытки адвокатов добиться изменения меры пресечения в вышестоящей судебной инстанции, несмотря на все усилия, – включая ходатайства начальников «проштрафившегося» милиционера, его многочисленных коллег и друзей, – успехом не увенчались.




Казалось бы – и поделом. Очередной «оборотень в погонах», наживший своей «многолетней преступной деятельностью»... однокомнатную квартиру и старенькие жигули. Тем более что оперативным сопровождением расследования дела Понкратова занималось Управление собственной безопасности ГУВД. Но стоит копнуть поглубже, и в голове начинают тесниться крайне неудобные вопросы.
Бросается в глаза, что с момента возбуждения уголовного дела – в начале лета этого года, до взятия Понкратова под стражу, – под занавес осени, прошло около пяти месяцев. Срок солидный. Все это время подозреваемый находился в городе, убежать не пытался. Откуда вдруг срочная необходимость ареста? Следователь уверяет, будто есть опасения, что Николай «скроется на собственном автомобиле и продолжит преступную деятельность». Спрашивается – что заставит его сделать это именно теперь?..
Впрочем, обо всем по порядку. История, о которой речь, началась для Понкратова 6 мая этого года, когда вместе со своим напарником Костиным он приехал на Ольховую улицу в Приморском районе. Здесь, в доме 22, жил Венер Галикеев. Человек с таким красивым именем – соучредитель коммерческой фирмы «Альянс» – проходил свидетелем по уголовному делу. (Дабы не утомлять читателя подробностями, скажем, что расследовалась попытка мошенническим способом завладеть имуществом указанного предприятия). Милиционерам надлежало выполнить постановление Главного следственного управления ГУВД о принудительном приводе свидетеля для дачи показаний. Подчеркнем, что до этого в течение нескольких месяцев Галикееву направляли телефонограммы и повестки о вызове на допрос, однако предстать перед следователем коммерсант не спешил.
Изложим две версии событий. Сам Венер утверждает, что оперативники выбили дверь его квартиры, прямо на пороге нанесли ему с десяток ударов ногами и руками, а затем поволокли зверски избитого человека вниз по лестнице, да якобы так, что его голова колотилась об ступеньки. Жена Галикеева, по его словам, бежала следом, пытаясь защитить мужа, но досталось и ей – женщину, как она рассказывает, несколько раз сильно ударили по лицу.
Глава семейства, придя в себя, написал заявление в прокуратуру Приморского района, которая и открыла соответствующее дело – правда, почему-то лишь в середине июня.
Костин с Понкратовым уверяют, что события разворачивались совсем иначе. Сперва, мол, они долго звонили в дверь квартиры Галикеевых. Но никто даже и не подумал им открыть. Тогда они решили взять неуступчивого свидетеля измором и уселись ждать на лестничной площадке... Вскоре в подъезд ворвались бойцы группы задержания отдела вневедомственной охраны Приморского РУВД. Оказывается, предприниматель сообщил по телефону, что «в подъезде находятся подозрительные люди». Недоразумение разрешилось, стоило Костину с Понкратовым показать свои служебные удостоверения и объяснить суть дела. Они попросили коллег помочь им выманить «клиента» на площадку, чтобы вручить тому бумаги. Но Галикеев дверь не отпер – лишь заявил, что подъедет в РУВД позже и все объяснит, а заодно поинтересовался: нет ли здесь оперативников из УБЭП? Затаившиеся Понкратов с Костиным продолжали выжидать... Спустя какое-то время, как следует из их рассказа, двери квартиры наконец приоткрылись и хозяин осторожно выглянул в коридор. (То, что двери никто и не думал ломать, подтверждает протокол осмотра места происшествия – двери квартиры Галикеева в нем отмечены девственно целыми, без повреждений.) Милиционеры, естественно, бросились к нему, пытаясь на ходу вытащить постановление о приводе, а заодно – да-да – нацепить наручники, чтобы свидетель никуда не делся.
Галикеев, видимо, не сориентировавшись, вместо того чтобы нырнуть обратно в квартиру, наоборот, рванул в сторону лифта с громкими криками. Тут же из квартиры выскочили его супруга и дочь.
Могут ли два не самых дюжих оперативника легко справиться со 120-килограммовым мужчиной, за которого вступаются разъяренные женщины?.. Завязалась потасовка. Весь живой клубок вывалился из парадной на улицу. Понкратову порвали куртку и штаны, у Костина выбили из рук наручники – да так, что те сломались... Вокруг собралась толпа любопытствующих...
В итоге оперативникам удалось вызвать подмогу из Приморского РУВД.
Таковы события злополучного весеннего дня в интерпретации милиционеров.
Галикеева доставили в 44-й отдел милиции (где с него взяли-таки письменное обязательство явиться к следователю). Из отделения коммерсант вызвал «скорую». У него обнаружили повышенное давление, синяки и кровоподтеки. Понкратов с Костиным тоже зафиксировали свои ссадины, синяки и царапины в травмпункте. Кроме того, Николай написал заявление в районную прокуратуру с просьбой возбудить против Венера Галикеева уголовное дело за сопротивление стражам порядка. Однако в этом было отказано.
Первые месяцы расследование – по заявлению коммерсанта – шло ни шатко ни валко. Понкратова, к примеру, пытались допросить всего дважды. Но в первый раз тот был на важном оперативном мероприятии (о чем следователю было официально сообщено руководством УБЭП), во второй раз – заболел. Тем не менее допросы других лиц и обыски проводились. Правда, они имели некоторые странные особенности.
В частности, следствие почему-то очень интересовали детали взаимоотношений Венера Галикеева с другими соучредителями «Альянса». А также сведения о хозяйственно-коммерческой деятельности фирмы, ее учредительные документы и печати. Какая тут связь с превышением полномочий при задержании свидетеля?..
Между тем Галикеев – личность весьма любопытная. Оставим слухи о якобы принадлежности Венера и двух его братьев к организованной преступности на совести тех, кто их распространяет и заносит в «закрытую базу РУБОПа», которую с недавних пор любой желающий может приобрести на рынке, обратимся к фактам. В конце 1990-х годов вместе с предпринимательницей Татьяной Иванович он стал учредителем ряда коммерческих структур – в том числе и ООО «Альянс», где им первоначально принадлежало по 50 процентов уставного капитала. Через некоторое время Галикеев и Иванович продали по половине своих долей Николаю Баранову и Виктору Коноваленко. В 1999 году Татьяна Иванович уступила Галикееву свою долю, в результате чего в его руках снова сосредоточилось 50 процентов уставного капитала. Вскоре после этого в отношении Галикеева было возбуждено два уголовных дела: нанесение ножевых ранений и угроза убийством – в обоих случаях потерпевшей была... его бизнес-партнерша Татьяна Иванович. Оба дела (одно из них расследовалось в Петроградском, а другое – в Приморском районе) были позже прекращены.
Дальше события развивались и вовсе непредсказуемо. В прошлом году Баранов и Коноваленко обнаружили, что без их ведома гендиректором «Альянса» собрание акционеров 16 января 2003 года назначило некоего Максимова. (Протокол общего собрания акционеров, как было позже установлено в арбитражном суде, оказался поддельным). Максимов тут же попытался продать принадлежавшее «Альянсу» помещение на Чкаловском проспекте за 50 тысяч евро компании «Стройэнергокомплекс». Обманутые акционеры оперативно обратились в арбитражный суд и добились признания недействительным решения того самого общего собрания (об избрании гендиректором ООО «Альянс» Максимова) и запрета для ГБР регистрировать сделки, направленные на отчуждение площадей фирмы на Чкаловском. В Арбитражном суде выяснилось, что единственный из акционеров «Альянса», присутствовавший на том собрании, – Венер Галикеев. Именно по факту этого мошенничества Главным следственным управлением ГУВД и было возбуждено дело, по которому Галикеев столь старательно пытался избежать допроса в качестве свидетеля...
Или дело даже не в персонифицированных Галикееве и Понкратове? Может быть, кто-то достаточно влиятельный пытается парализовать работу той структуры УБЭП, в которой работает Николай Понкратов? А его отдел как раз пытается бороться со злоупотреблениями на ниве строительного бизнеса, вторичного рынка жилья и взаимоотношений акционеров и инвесторов? В том числе Понкратов и его коллеги активно занимались ситуацией вокруг фирмы «Жилстрой», возводящей многоквартирный дом на проспекте Савушкина. Директор этой фирмы г-н Куницин обвинил одну из бывших акционеров компании в мошенничестве, ставящем целью захват контроля над компанией криминальными элементами, которые планировали пустить в двойную продажу более сотни квартир. Занимался Понкратов и проверкой в отношении руководства ООО «Петербург Сити» – по проблемам строительства Дворца танца и комплекса «Набережная Европы». Достаточно сказать, что только в 2004 году упомянутым отделом было инициировано семь уголовных дел по аферам на ниве строительного бизнеса: по ассоциации ЖСК «Вега-Комплекс», фирме «Индра СПб», ООО «Алекс», ОАО «Стройинвест» и ООО «ИнКоСт» и ряду других криминальных историй, жертвами которых стали четыре сотни петербургских семей. Кстати, материальный ущерб, не вмешайся вовремя сотрудники УБЭП, мог бы составить не менее шести миллионов долларов.

Александр САМОЙЛОВ



vkontakte twitter facebook youtube

Подпишись на наши группы в социальных сетях!

close