Баксы, бренди, брокеры

28 марта 2005 10:00

Резонансный процесс по делу о гибели известного биржевого деятеля Бориса Пустынникова и дерзком ограблении фондовой биржи «Санкт-Петербург» продолжается на новом этапе. Напомним, в конце апреля минувшего года заведующий депозитарным центром названной финансовой структуры был убит прямо на рабочем месте, а из депозитария исчезли валюта и векселя на три миллиона долларов («НГ» подробно рассказывала об этом в №7 за 2005 год). В минувший четверг на заседании Городского суда показания давал обвиняемый.



Итак, свою версию событий поведал присяжным подсудимый Дмитрий Владимиров, целых 15 лет работавший на бирже валютным брокером. Коллега убитого всеми способами пытался доказать свою непричастность к означенному преступлению.
Как уверяет нынче Дмитрий, в тот недобрый апрельский день он должен был приобрести 15 тысяч долларов для клиентов своего партнера Симагина, однако этому препятствовал ряд объективных причин. К тому же, как ни странно, в течение рабочего дня профессиональный брокер, вопреки всем правилам, неоднократно прикладывался к рюмке, употребив в общей сложности 350 граммов коньяка и 200 – водки (что, разумеется, успеху предприятия не способствовало). Короче, к вечеру необходимую сделку совершить так и не удалось.
Намереваясь отдать Симагину обещанную сумму в рублевом эквиваленте, Владимиров спустился в депозитарий. Бывший на месте Борис Пустынников открыл ему соответствующую ячейку; брокер забрал свою сумку с деньгами и сразу вернулся обратно в офисное помещение, которое занимал на пару с Симагиным. Но тот, несмотря на договоренность, уже ушел.
Разыскивать коллегу по мобильному телефону Дмитрий почему-то не стал. Не стал возвращать в депозитарий и весьма крупную сумму наличных (в пересчете около $60 тысяч). Владимиров покинул биржу, взяв деньги с собой, уйдя при этом не как обычно, через центральный вход, а через кафе. И отправился после этого не домой, к беременной жене и дочери, а к подруге Вике, которая жила на Малой Морской. Добавим, что самой Вики дома, как назло, не было (а в квартиру ее Дмитрий попал, воспользовавшись ключами, которые девушка передала ему недели за две до описываемых событий).
Поутру брокер спокойно поехал на работу, но у входа на биржу встретил знакомого, который – добрая душа – сообщил ему об убийстве Пустынникова, о взломе четырех депозитарных ячеек и о том, что в преступлении подозревают его, Владимирова.
Вместо того чтобы обратиться в правоохранительные органы (где, кстати, у него были кое-какие знакомства) и настаивать на своей невиновности, Дмитрий предпочел скрываться. Сперва у Вики, затем на квартире и на даче у своего приятеля Романа Гришина, а с июня – в квартире на проспекте Луначарского, которую он сам снял. Все это время Владимиров не выходил на связь ни с семьей, ни с партнером, ни с клиентами. Примечательно, что деньги клиентов – не менее $30 тысяч – брокер отдал, якобы в долг, тому же Гришину на покупку иномарки. Себе же приобрел мобильный телефон и ноутбук последних моделей, а также (будучи вроде бы в бегах!) набор дорогой мебели.
Тем временем в депозитарной ячейке брокера Владимирова обнаружились преинтересные вещи: пистолет «вальтер» с двумя обоймами, резиновая маска обезьяны, вязаная шапочка с прорезями для глаз... Любопытную улику нашли и в коммуналке, где был прописан Дмитрий: портативный сварочный аппарат с плазменной горелкой.
На суде Владимиров пытался всем этим предметам дать невинное объяснение. Мол, пистолет – кузена, маска – дочери, сварочный агрегат – для работы с драгметаллами (в свое время он закончил ПТУ по ювелирной специальности)...
Поверят ли этому присяжные?
Меж тем после задержания 21 июня 2004 года (тогда в его съемной квартире в Выборгском районе нашли похищенные из депозитария векселя и существенную сумму денег – отпираться было бесполезно) Дмитрий рассказал са-а-всем другую историю. Мол, был у него долг перед одним крупным биржевым брокером. А отдавать было не из чего. Однажды к Владимирову явились адепты кредитора и, угрожая, вынудили выполнить их требования – взломать ячейки депозитария. Что он и сделал, используя попеременно то фомку, то плазменный резак. Пустынникова же «пришлось задушить».
Заметим, что срочную военную службу Дмитрий проходил в начале 1990-х, в специальных милицейских частях – тех самых, что посылали в горячие точки распадающегося Советского Союза: Нагорный Карабах, Осетию, Ригу. Так что, очевидно, необходимый «силовой опыт» у Владимирова имеется. А затем он устроился на службу в питерскую вневедомственную охрану. Довелось ему охранять и биржу «Санкт-Петербург»...
Все это смахивает на сюжет плохо сделанного детективного сериала. Любовь, ревность, стволы, баксы, бренди, историко-политические реминисценции... Почему обвиняемый столь резко изменил свои показания? Будет ли он утверждать, что летом минувшего года был не в себе или на него давили? Как согласуются со здравым смыслом многочисленные якобы совпадения – и откровенные нестыковки?..
Следующая серия не за горами.

Александр САМОЙЛОВ