В городе неокончательно победившего феминизма

7 апреля 2005 10:00

Говорить о гендерных проблемах в Санкт-Петербурге становится модно. В этом даже год назад виделась некая генеральная линия – все же первый и единственный в России город с женщиной губернатором, плюс еще две соратницы в городском правительстве (насчитывающем 15 человек). В этом смысле северная столица могла бы, безусловно, осуществить прорыв в мир западной цивилизации, где женщины добиваются успехов на всех фронтах – и в результате в достаточно патриархальном пока мире заседают в парламентах и руководят министерствами. Но...




Но петербурженка – существо скептическое. Хорошо, конечно, когда мужское лобби хоть где-то дает трещину, но с другой стороны – российская женщина, попавшая во власть, совсем не обязательно прирожденный лидер, добившийся всего своим трудом. Скорее, она успешный продукт коррупционной политики. И во власти она не просто коня на скаку остановит – она может заставить реки течь вспять и доказать, что так и было задумано. Затем устроить масштабную пиаровскую акцию по этому поводу. Убедить всех в том, что новая река не просто лучше старой, но и намного краше какой-нибудь Миссисипи.
Однако западным активисткам, прибывшим в Петербург на международную конференцию «Лидерство. Гендерные перспективы» из стран победившей гендерной политики (особенно активный партнер организаторов конференции – Швеция), кажется, что у нас все обстоит точно так же, как у них, – идет суровая борьба за равноправие и свободу, которая в Швеции, например, привела к тому, что 50% депутатов в парламенте – женщины. И существует специальный министр по равноправию (мужчина). В день 8 Марта по всем каналам шведского телевидения он терпеливо отвечал на женские вопросы, и «это было лучше, чем цветы и подарки», – убеждена генеральный консул Королевства Швеции в Петербурге Май Андерссон.
Боюсь, активные западные сестры не учитывают особенности российского менталитета. То есть у нас сначала все шло как во всем мире – женщинам всегда объясняли, где их место (естественно – на кухне), а они объединялись в общественные или, как это называлось в США еще в XVIII веке, «волонтерские организации» и защищались как могли. Однако в России после знаменитых суфражисток произошел зигзаг 1917 года, в ходе которого женщин не просто уравняли в правах с мужчинами, а заставили укладывать рельсы в оранжевых жилетах и, не отходя от плиты, управлять государством. Потом бесконечные войны все расставили по местам... Как объяснили на конференции, «у мужчин и женщин есть специфические черты. Они позволяют мужчинам справляться с проблемами в экстремальных ситуациях, а женщин – быть на высоте в эпоху стабильности». Так что нас от управления государством, конечно, оттеснили давно и прочно, но память о комиссаршах в пыльных шлемах жива. Укладчиц же рельсового полотна мы периодически наблюдаем и по сей день. Поэтому с гендерными проблемами здесь все не так однозначно, и сплотить наших дам на борьбу в защиту своих прав быть лидерами наравне с мужчинами довольно проблематично.
В то же время нельзя не согласиться с депутатом Наталией Евдокимовой, председателем постоянной комиссии по социальным вопросам Законодательного собрания Петербурга, которая, послушав про «специфические черты мужчин и женщин», задала резонный вопрос: «Сколько же мы будем ждать стабильности? Они (мужчины) уже столько решений напринимали! Да, в российском патриархальном обществе женщин в парламент не выбирают. Но если бы их было больше (сейчас в городском парламенте всего три женщины, то есть полтора процента от общего числа депутатов), мир был бы справедливее». В этом сомневаться не приходится – во всем мире успехи социальной политики традиционно связывают с женщинами во власти. В Государственной Думе РФ их восемь процентов, а в Швеции этот процент был достигнут еще в 60-е годы. Становится по-настоящему страшно за социальную политику.
С другой стороны, где гарантия, что в нашей стране и нашем городе выберут и назначат на административные посты тех дам, которые реально в этой политике что-то понимают? Гарантий нет.
В общем, складывается впечатление, что тема хоть и актуальна, но на баррикады женщин не созовет.
Оказалось, что и место проведения конференции – Смольный – вовсе не говорит о специальном внимании властей и общественности к теме гендерного равенства. Конференция проведена на западные деньги, а борьба за равноправие российских граждан по западным лекалам – дело безнадежное. Мы всегда идем своим путем.

Алла БОРИСОВА
фото ИНТЕРПРЕСС


3 июня 2002 года на странице 16 «Новой газеты» в Санкт-Петербурге» была опубликована статья, автором которой указана Анастасия Беженцева, под названием «Ту НОУ ор нот ту НОУ?», содержащая информацию о том, что «Гуманитарный университет профсоюзов, например, готовит столь элитных специалистов, что их сложно разыскать в городе где-либо, кроме как в проектах, запущенных самим господином Запесоцким». Данная информация не соответствует действительности, порочит деловую репутацию Санкт-Петербургского Гуманитарного университета профсоюзов.

Наш комментарий
Хотим подчеркнуть один нюанс. Исковое заявление в суд со стороны Гуманитарного университета, руководимого г-ном Запесоцким, было подано через два года после публикации. В заявлении говорится о том, что опубликованные два года назад сведения «могут привести» к снижению количества студентов и, таким образом, «нанести серьезный урон» экономике Гуманитарного университета. Остается, во-первых, порадоваться за Гуманитарный университет – никакого урона, надо полагать, не было (ведь логично предположить, что это могло случиться только сразу после публикации). Ну и, во-вторых, порадоваться тому, что нашу газету не только читают, но и перечитывают, судя по всему, годами.