Отношения без очевидного хеппи-энда

16 июня 2005 10:00

Многие в России воспринимают страны Балтии как нечто единое целое, ну разве что с небольшими нюансами, к примеру, вот говорят там на разных языках, но это, мол, не главное, все одно – прибалтийцы. Сами балтийцы далеки от такого стереотипа, это расхожее клише воспринимают в штыки, считая, что между эстонцами, латышами, литовцами различий больше, чем сходств. Очень метко эту ситуацию охарактеризовал один политик, сказав примерно так: между нашими странами нет практически ничего общего, кроме полувекового периода истории, который мы все хотим забыть. Период истории, понятно, – советский. Сегодня в странах Балтии он вновь у всех на устах. Как и в России, где в последнее время только и говорят о коварных кознях и неисчислимых претензиях Балтии к восточному соседу. «Градус кипения» в отношении каждой из трех стран разный. Выше всего, разумеется, в отношении Латвии, меньше всего – в отношении Литвы. Хотя, между прочим, с исторической точки зрения в деле переоценки ценностей советского и постсоветского периода Литва во многом была и остается пионером. Только делается это там вполне тактично, без нажима, не вызывая горькой оскомины в Москве.

Далекая и близкая Литва




Глядя из Вильнюса
Говорить о том, что в Литве нет специфических «русскоязычных проблем», было бы неверно. Хотя то, что их существенно меньше, чем у балтийских соседей, – факт. Ну хотя бы потому, что самих русских в Литве куда меньше, чем в Эстонии и тем более в Латвии (в Литве их – меньше 10% населения, в Эстонии – почти 25%, в Латвии – 40%). К тому же Литва единственная из трех стран приняла в свое время «нулевой вариант» гражданства. Все, кто фактически проживал на территории республики на момент принятия декларации о независимости в 1990 году, имели право получить литовский паспорт. Таким образом, самый больной для русскоязычной диаспоры Балтии вопрос «неграждан» в Литве даже не поднимался.
Литва еще в 1997-м первой из стран Балтии подписала с Россией договор о границе (он был ратифицирован в 1993-м). Это – в отличие от Эстонии, которая подписала пограничный договор с восточным соседом лишь в мае нынешнего года. И уж тем более Латвии, договора о границе с которой нет и, судя по всему, в ближайшее время не предвидится. (Переговоры Латвии с Россией на эту тему, как известно, зашли в тупик, завершившись эпохальным обещанием Владимира Путина подарить Риге «от мертвого осла уши, а не Пыталовский район», – в ответ на очередную декларацию латвийского сейма.)
Однако лишь немногие, по всей вероятности, знают о том, что декларации, осуждающие коммунистический режим в Балтии, впервые появились на свет вовсе не в Риге. В Вильнюсе, например, это произошло задолго до нынешней «холодной весны 2005-го». Там существует даже специальный закон – Закон Литовской республики «О возмещении причиненного оккупацией СССР ущерба». И принят он не вчера, а еще в июне 2000-го. Впрочем, никаких конкретных материальных и территориальных претензий (так же, как и в латвийской декларации!) в литовском законе нет.
Литовские политики оценивают ситуацию вокруг «прибалтийских претензий» примерно так.
– Когда ставится вопрос о возмещении ущерба от оккупации, то очевидно, что должны вестись переговоры с противоположной стороной, – сказал «Новой» вице-спикер литовского сейма Чесловас Юрченас. – Это записано и в нашем законе. Но со стороны России никакого интереса к этой теме нет. Нет никаких переговоров. Так что и говорить практически не о чем.
– Печально, что Россия отрицает сам факт оккупации, не проявляя, таким образом, уважения к странам Балтии, – развил тему другой вице-спикер сейма, Гинтарас Степонавичус. – И не вступает в переговоры хотя бы по такому вопросу, как возмещение пропавших вкладов Внешэкономбанка – это несколько миллионов долларов. В свое время Черномырдин обещал решить этот вопрос. Но с тех пор дело так и не сдвинулось с мертвой точки.
Несмотря на эти «шероховатости», большинство трезвомыслящих политиков в Вильнюсе в один голос оценивают российско-литовские отношения вполне оптимистично.
– Отношения Литвы с Россией, несмотря на отдельные нападки с той и с другой стороны, очень хорошие, – заявил нам министр иностранных дел Антанас Валионис.
И подтвердил слова фактами: проблем с русскоязычным населением в Литве нет, активно решаются все вопросы калининградского транзита, развивается совместный бизнес, регулярно осуществляются контакты литовских и российских официальных лиц.

Глядя из Москвы
Российская сторона оценивает ситуацию иначе. Да, литовские политики сейчас не говорят о претензиях. Но ведь говорят же об оккупации. А тема оккупации чуть ли не автоматически влечет за собой вопрос о материальных, а там и территориальных притязаниях. Называют и сумму литовских «претензий», подсчитанную некими экспертами, – 20 миллиардов долларов.
Несколько скептически высказываются российские представители и по поводу отсутствия проблем с русскоязычным населением. Мол, проблемы действительно не так остры, как, скажем, в соседней Латвии. Но вектор общей устремленности тот же: число русских школ снижается, достаточно последовательно, хотя и без нажима проводится ассимиляция русскоязычного населения, русский язык вытесняется из широкого обихода, сокращается его культурное пространство.
При этом, правда, скептики не отрицают и того, что многие русские семьи, осознавая новые реалии, все чаще сами отдают детей в литовские детские сады и школы – чтобы в будущем обеспечить своим чадам беспроблемное существование и конкурентоспособность. В то же время многие литовские школьники все чаще берутся за изучение русского в качестве второго иностранного языка (после английского), понимая, что этого требуют интересы бизнеса, туризма, расширяющихся совместных связей.
Долю скепсиса вносят мидовские чиновники и в вопрос о калининградском транзите. Да, сейчас проблемы действительно решены. Но что будет после того, как Литва присоединится к Шенгенской зоне в 2008-м? Тогда по идее для транзитников потребуется шенгенская виза, за которую всем россиянам, направляющимся в Калининград, придется платить по 30 евро. Как быть? Ответа на этот вопрос нет.
Совместный бизнес? Да, говорят скептики, российский бизнес идет в Прибалтику, в первую очередь в Литву и Эстонию. Но есть границы, за которые российский капитал пускать не хотят, рассматривая это как вопрос национальной безопасности, боясь оказаться в зависимости от восточного соседа.
И по поводу регулярных дипломатических контактов российская сторона приводит нелицеприятные факты: за прошлый 2004 год из Литвы были высланы 5 российских дипломатов, в то время как из Эстонии – 2, а из Латвии – 1...

Умом Россию не понять
Сегодняшняя Литва, по мнению российских политиков, – главный «экспортер демократии» на всем постсоветском пространстве.
Рассуждают примерно так. Вот в Вильнюсе говорят, что готовы делиться опытом. Например, опытом по выводу российских военных баз из Грузии. Больших успехов в плане обмена опытом достигли и на Украине. Литовский президент Валдас Адамкус даже был одним из посредников по ликвидации правительственного кризиса в Киеве. А белорусская оппозиция – так та вообще едва ли не прописана в Вильнюсе...
Тональность такого рода высказываний, думается, угадать нетрудно. Мол, экспорт «оранжевой революции» на деньги дяди Сэма и все такое...
Литовские политики оценивают то же самое с прямо противоположным знаком, не скрывают гордости от того, что многие в Европе считают Литву форпостом демократии на всем постсоветском пространстве.
– Да, мы заинтересованы в том, чтобы демократия у наших соседей развивалась, – говорит министр иностранных дел Литвы Антанас Валионис. – Демократия – это свободный выбор свободных людей. Создавать условия для осуществления такого выбора – это в наших общих интересах. Чем мы можем помочь? Только своим примером. Показать, как работают суды, свободная пресса, негосударственные учреждения, как проходят независимые выборы – все это мы можем показать на собственном примере, можем обсуждать эти вопросы на совместных конференциях, международных семинарах. Мы должны говорить об этом с соседями. И мы должны больше говорить с Россией...
Только вот в сегодняшней России, с точки зрения балтийских коллег, не все в порядке. К примеру, с их точки зрения (кстати, общей для всей Европы), очень тревожна тенденция сверхцентрализации власти в Москве, «закручивания гаек».
– Мы хотим видеть в качестве своих соседей государства с развитой рыночной экономикой и демократически развитым обществом, это естественно, – продолжает Антанас Валионис. – Но сегодня с российской стороны мы нередко слышим достаточно резкие высказывания в адрес стран Балтии... Или, вот, говорят о том, что пакт Молотова – Риббентропа был оправданным шагом для обеспечения безопасности СССР. Такое трудно понять в 21-м веке. Ведь если считать, что этот шаг был верным, можно предположить, что возникнет желание повторить такого рода рациональные шаги?.. Мы, конечно, понимаем, что российский народ сам больше всех пострадал от тоталитарного режима. Но вместе с тем сейчас в России вновь ставят памятники Сталину. Как это понимать?
Да уж! Впору воскликнуть: «Умом Россию не понять!»... И ведь не понять, похоже, не только в Европе, но и в самой России. Метко высказался на этот счет депутат литовского сейма Эгидас Варейкус:
– Мы часто говорим в Брюсселе: Россия – наш стратегический партнер, с Россией надо работать. Но мы часто не понимаем, чего же хочет от нас Россия. Трудно даже понять, чего хочет Россия от себя самой... Такие вот у нас, я бы сказал, несколько странные отношения. Отношения без очевидного хеппи-энда.
Вот и ломай тут голову...

Николай ДОНСКОВ
Вильнюс – Санкт-Петербург