Нехеппи-энд

7 июля 2005 10:00

Те представители электората, о чьей поддержке единственно печется городской парламент, заседают в Смольном



В городском парламенте завершился очередной «семестр»: вчера состоялось последнее заседание сезона 2004–2005 годов. Спикер Вадим Тюльпанов подвел итоги, по традиции точно подсчитав количество заседаний, принятых юридических актов, подписанных и не подписанных губернатором законов и так далее. И сам председатель ЗакСа, и его коллеги из «Единой России», как и год назад, говорят о «конструктивном сотрудничестве» Мариинского дворца и Смольного.



Оппозиция, в свою очередь, говорит о «безволии городского парламента», который, не думая об избирателях, одобряет практически все, что требует исполнительная власть.
Хотя, в принципе, речь идет об одном и том же. Только одни называют это «взаимодействием», а другие – «соглашательством» и «предательством»...
В конце прошлого года в ЗакСе окончательно оформилась нынешняя расстановка сил. На одном полюсе – «ЕдРо», «Родина», ЛДПР (фракция жириновцев образовалась в питерском парламенте впервые – раньше в самом демократичном регионе России до такого все-таки не доходило), на другом – Демократическая фракция и в последнее время – «Партия жизни».
При этом на смольнинской стороне политической баррикады – 36 депутатов из 49. По идее, это ощутимое большинство может вообще обходиться без строптивого меньшинства: принять любой закон (даже изменить городской Устав). Что мы постоянно и видим. За последние полгода в Устав внесли больше поправок, чем за предшествующие шесть лет...
Осенью «медведи» и их союзники дружно одобрили президентские инициативы по отказу от выборов губернаторов (при том, что Петербург был первым городом в стране, где стали выбирать исполнительную власть).
Затем они же простили Ледовому дворцу долг в 700 миллионов рублей перед питерским бюджетом (при том, что когда-то на эту «народную стройку» торжественно обещали не потратить ни копейки городских денег).
А когда ЗакС стал обсуждать предстоящую монетизацию, парламентское большинство поддержало инициативу Валентины Матвиенко ввести, мягко говоря, скромные компенсации, должные заменить ветеранам труда, жертвам репрессий и труженикам тыла отмененные льготы. У пенсионеров отняли прежний бесплатный проезд на общественном транспорте и вместо этого дали по 230 рублей (при том, что единая карточка с Нового года стоила 600). Предложение оппозиции – или увеличить субсидии, или ввести льготные «проездные» – было гневно отвергнуто нерушимым блоком «Единой России» и Смольного: мол, вы с ума сошли, нет денег.
После этого грянул хорошо известный «горячий январь». Тут-то городской парламент и проявил себя во всей красе.
Сначала до смерти напуганные пришедшими к Мариинскому дворцу бунтовщиками «единороссы» спешно проголосовали за несколько предложений Демократической фракции: ввели льготные проездные карточки для пенсионеров, студентов и школьников и дали право бесплатного проезда детям-инвалидам и их сопровождающим. Более того, они даже поддержали подготовленное демократами обращение в Конституционный суд – с оспариванием федерального закона о монетизации. Но уже через неделю, под внимательным взглядом срочно вызванного из Москвы спикера Совета Федерации Сергея Миронова, одумались.
Дальше все покатилось по прежним рельсам. «Уличная» оппозиция в лице образовавшегося Петербургского гражданского сопротивления устраивала митинги протеста – их запрещали, отгораживали здание Мариинского дворца заборами... Оппозиция в парламенте требовала принять правомерные законы (например, о восстановлении выборности губернаторов) – все ее инициативы надежно блокировались агрессивно-послушным большинством. В свою очередь, любые пожелания администрации дружно протаскивались блоком из «медведей», «родинцев» и «жириновцев».
Этот незатейливый механизм легко обеспечил и принятие закона о проведении выборов следующего состава ЗакСа исключительно по партийным спискам, и ограничение полномочий Уставного суда (осмелившегося отменять решения Смольного), и повышение квартплаты, и предоставление администрации возможности по своему усмотрению раздавать «нужным людям» земельные участки, и блокирование референдума по «китайскому кварталу»...
«Мы живем во времена наступления реакции», – грустно констатирует депутат Михаил Амосов. Правда, по его словам, кое-что демократам все-таки удается пробить – скажем, отмену досрочного голосования на муниципальных выборах или обязанность органов власти стать «прозрачными» для граждан, – но эти успехи весьма редки.
«Это не законотворчество, а политический фарс», – считает коллега Амосова по Демократической фракции Сергей Гуляев, по мнению которого, парламентское большинство сейчас по команде Смольного продавливает «самые непопулярные и неприемлемые решения». При этом одни «медведи», например Игорь Риммер, могут в кулуарах откровенничать с журналистами: «Я был против этого закона, но, конечно, проголосовал, как сказали». А другие, например Владимир Еременко, – призывать с трибуны к поддержке того самого закона, против которого только что торжественно обещали проголосовать...
В общем, Законодательное cобрание день ото дня становится все больше похоже на «старших товарищей» – Государственную думу. Никакие аргументы не имеют силы против руководящих и направляющих указаний чиновников. И если у думских «медведей» главным и единственным представителем электората, о чьей оценке надо беспокоиться, является г-н Путин, то у питерских – разумеется, г-жа Матвиенко.
Тех, кто ориентируется не на губернатора, а на граждан, в сегодняшнем питерском парламенте – кот наплакал.
Остается лишь слабая надежда, что понимающие это граждане все-таки попробуют изменить ситуацию. Но сие произойдет не ранее весны 2007 года.

Виктория РАБОТНОВА