За чертой или перед?

25 июля 2005 10:00

«Революция в России может быть только кроваво-коричневой», – заявил новый лидер СПС Никита Белых, обосновывая отказ своей партии участвовать в уличных акциях «разноцветной» оппозиции и ее неприятие возможных сценариев «цветных революций». На это программное заявление тут же откликнулись лидеры питерской оппозиции – и в довольно жесткой форме.



«Мы и раньше знали, что на СПС как на структуру в случае революции рассчитывать не приходится, но можно рассчитывать на большое количество членов этой партии», – заявил председатель питерского «Яблока» Максим Резник. «То, что сегодня делает «Петербургское гражданское сопротивление», – это попытка сплотиться и противостоять фашистскому варианту. Если, как СПС, ничего не делать, то вероятность развития событий по этому варианту увеличивается», – заметила руководитель петербургского отделения Объединенного гражданского фронта Ольга Курносова. «СПС давно показала себя как партия прокремлевская, и ничего другого от них ожидать не следовало. Их в основном устраивает то, что происходит в нашей стране, ведь они при деньгах и власти. Поэтому они – наши враги, как «Единая Россия» и другие поддерживающие власть партии», – констатировал лидер петербургского НБП Андрей Дмитриев. «СПС практически вообще ни в чем не участвует, и надеяться, что эта организация примет участие в революционных событиях, сложно. Что же касается «кроваво-коричневой» ситуации, то скорее возможна «революция стариков», которые будут отстаивать свои социальные права», – заявил депутат ЗакСа из «Демократической фракции» Сергей Гуляев...
Именно с ними и полемизирует Иосиф Скаковский, чью статью мы публикуем, объясняя, почему он и его политические братья не желают участвовать в объединенной «антипутинской» оппозиции.
Со многими его аргументами можно было бы поспорить по существу.
Например, с тем, что никаких «цветных революций» ни в Грузии, ни на Украине, ни в Киргизии, оказывается, вообще не было: когда президента заменяет бывший премьер – это вовсе не революция.
Да, нередко такая замена действительно не является революцией. Не так давно мы все наблюдали такую ситуацию: помните, как премьер Владимир Путин сменил президента Бориса Ельцина? Вот только в Киеве была не операция «Наследник», а ровно наоборот: граждане не позволили пересадить премьера Януковича в президентское кресло и выбрали президентом лидера оппозиции Виктора Ющенко. И тот факт, что Ющенко когда-то был премьером, сути происшедшего – отстранения от власти старого режима в результате массового гражданского сопротивления – никак не меняет. Произошла именно революция – и, кстати, абсолютно бескровная. Повторение этого в России было бы, наверное, лучшим возможным сценарием развития событий.
Еще более спорный аргумент – что в митингах протеста против монетизации участвовали лишь «привилегированные получатели льгот», имевшие эти льготы в куда большем объеме, чем «подлинно обездоленные».
Что же, если именно о таком составе участников митингов протеста говорит социологический опрос – хотелось бы взглянуть на его данные. Личные же наблюдения автора и его коллег, принимавших участие в указанных митингах, показывают совершенно иную картину. На площадь выходили и участники войны, и блокадники, и инвалиды, и «простые» пенсионеры, у которых губернатор Валентина Матвиенко вместе с единороссовским большинством ЗакСа решила отнять их единственную льготу – право бесплатного проезда на транспорте. И лишь после массовых акций протеста, как известно, были введены льготные проездные билеты.
Что касается привилегированных льготников – например, инвалидов войны, у которых действительно было множество льгот и прав, – повернется ли у кого-нибудь язык сказать, что они их не заслужили? Наверное, все они охотно обменяли бы свой «привилегированный» статус на возможность быть молодыми и здоровыми, которым никакие льготы не нужны. СПС, как известно, монетизацию активно поддерживал – что же, бог им судья, как говорится. Но отнять льгот на рубль, а затем дать «компенсацию» на 10 копеек (что, собственно, и было сделано) – это не монетизация, а мошенничество.
«Вся наша радикальная оппозиция – своеобразные двойники сегодняшней власти», – утверждает Иосиф Скаковский. Думаю, Гарри Каспаров охотно существовал бы без Владислава Суркова, а Ольга Курносова – без Валентины Матвиенко. Да и автор статьи с удовольствием существовал бы без Владимира Путина или Бориса Грызлова, занимающих высокие государственные посты... Может быть, следуя логике Скаковского, такими же «двойниками» объявить антифашистов и фашистов? И заявить, что они, мол, тоже два сапога пара, и потому вполне стоят друг друга?
Спорить можно и дальше... но надо ли?
Принципиальные расхождения между СПС и оппозицией – не в различной интерпретации «цветных революций», различном отношении к монетизации, не в том, малой или большой кровью надо «делать революцию», и не в том, допустимо ли участвовать в общих акциях протеста с коммунистами. Все куда проще: СПС никогда не был оппозицией, никогда не ссорился с властью, и, судя по всему, делать этого не собирается.
Почему – понятно: лучше всех об этом уже сказала Ирина Хакамада, по словам которой, ее бывшая партия занималась не гражданами, а собственными бизнес-проектами (успешность которых с опозиционностью ну никак не совместима). Так не проще ли сказать об этом прямо и открыто? А не заявлять, как недавно Анатолий Чубайс, что, мол, посадив Ходорковского, Путин все-таки еще не «перешел черту». Так и хочется спросить: кого же надо посадить, чтобы эта черта, наконец, оказалась перейдена?

Борис ВИШНЕВСКИЙ, «Яблоко»