Зубы дракона

12 декабря 2005 10:00

В минувшую пятницу Ленинский федеральный суд Адмиралтейского района Петербурга подвел черту под громким процессом шестерых членов национал-экстремистской группировки «Шульц-88» во главе с их лидером Дмитрием Бобровым. Большой общественный резонанс, который вызвал этот процесс, объясняется рядом зловещих подробностей. Во-первых, «арийцев» судили не просто за действия, совершенные на почве межнациональной ненависти, но и за участие в экстремистском сообществе. Во-вторых, к делу в качестве эксперта был привлечен Николай Гиренко, видный петербургский ученый, убитый в июне прошлого года.

Питерский «фюрер» получил срок. Кто следующий?




Боброва и Вострокнутова выводят из зала суда


Процесс проходил в закрытом режиме – поскольку часть подсудимых были несовершеннолетними. Закрытым было даже оглашение приговора. По официальной версии – все из-за того же несовершеннолетия части «шульцев». По неофициальной – это было сделано также из соображений безопасности. В кулуарах говорили о том, что якобы после трагической гибели Николая Гиренко угрозы поступали и в адрес судьи.
Суд встретил публику повышенными мерами безопасности: усиленный состав судебных приставов, наряды милиции. Но если публичных выходок сторонников «шульца» возле здания суда удалось избежать, то без настенных граффити не обошлось. И на здании самого суда, и на близлежащих домах чернели косые буквы «Свободу Боброву!». Однако суд это пожелание анонимных соратников «борца за чистоту расы» проигнорировал.
Бобров стал единственным из всей шестерки, кто получил реальный срок – 6 лет колонии общего режима (на 4 года меньше, чем просило государственное обвинение). Именно Бобров, по мнению суда, был создателем экстремистского сообщества «Шульц-88», организатором действий, направленных на разжигание межнациональной розни, он публично призывал к изменению конституционного строя России и вовлек в преступную деятельность несовершеннолетнего. Кстати, этого несовершеннолетнего суд освободил от уголовной ответственности, как не доросшего до того, чтобы отвечать за разжигание межнациональной розни по всей строгости закона (ему еще не было 16 лет на момент совершения преступления). Еще трое – Алексей Мадюнин, Алексей Буторин и Максим Ражев получили по три года условно с испытательным сроком в два года. Любопытно, что среди мер обеспечения наказания они обязаны не только регулярно отмечаться в органах уголовно-исполнительной системы, не покидать дом в ночное время, но и не посещать футбольные матчи (не
секрет, что среди футбольных фанатов немало таких, кто придерживается похожих «ультрапатриотических» взглядов).
А вот Алексея Вострокнутова суд оправдал за недоказанностью. Основные доказательства его вины строились на показаниях одного из подельников, однако в судебном процессе тот отказался от своих показаний, заявив, что оговорил Вострокнутова. (Того самого Вострокнутова, за которого в суде некогда пытался вступаться широко известный в националистических кругах Александр Втулкин. Апеллировавший при этом к тому, что на съезде так называемой «Русской республики» Вострокнутова избрали полномочным представителем председателя правительства Русской республики в Санкт-Петербургской губернии, сам же Втулкин на этом съезде стал «министром национальной безопасности».) Впрочем, гособвинение намерено добиваться отмены оправдания Вострокнутова в вышестоящих судебных инстанциях.
Итак, «дело Шульца» закончено. Что дальше? Новые процессы? Ведь если предположить, что после осуждения лидера эта конкретная национал-экстремистская группировка уже не возродится, то в северной столице достаточно и других групп со схожими взглядами. На этой неделе Городской суд Петербурга должен вынести приговор членам еще одной национал-экстремистской группировки – Mad Crowd. Задержаны предполагаемые убийцы молодого антифашиста Тимура Качаравы... Поборников лозунга «Россия для русских» меньше не становится. На смену одним бритоголовым боевикам, словно зубы дракона из древнего мифа, являются новые.


Справка «Новой»
Национал-экстремистская группировка «Шульц-88» появилась в 2001 году, причем, что символично, в день рождения Гитлера. С именем которого связана и другая характерная деталь. Цифры 88 расшифровываются как порядковый номер буквы Н в латинском алфавите – закодированный знак нацистского приветствия «Хайль Гитлер».
24-летний «фюрер» Бобров собрал вокруг себя около десятка подростков, провозгласив основной целью борьбу с «инородцами» – евреями, кавказцами, африканцами и азиатами. Что и претворялось ими в жизнь.
При обыске в квартире Боброва были найдены ультранационалистические листовки, а также журнал «Гнев Перуна» с его статьями. В них, в частности, говорилось буквально следующее: «Впервые разбив морду кавказцу, ты уже становишься не пассивным интернациональным быдлом, но бойцом Русского сопротивления инородцам».
Для проведения экспертизы этой печатной продукции суд привлек известного петербургского этнографа Николая Гиренко. В июне 2004 года он был застрелен через дверь в собственной квартире. А вскоре после этого в интернете появилось сообщение, где говорилось, что ученый убит по «приговору» так называемой «Русской республики», представителем которой назывался один из подсудимых по делу «Шульца» Алексей Вострокнутов. Следствие прорабатывало версию о мести соратников «Шульца». Но убийцы известного антифашиста так и не найдены.

Избранные места из переписки с «арийцами»
Стыдно читать чужие письма. Правила современной морали делают исключения для писем исторических, присовокупляемых пытливыми исследователями к вещдокам прошлого, понимание которого необходимо современникам, пытающимся понять настоящее и заглянуть в будущее. Еще – для переписки классиков, собрания сочинений которых замыкают отдельные тома с пометкой «письма».
Дмитрий Бобров, мечтавший войти в историю под именем Шульц, свои мемуары будет дописывать в тюрьме – 6 лет (минус два года СИЗО) для сочинения, претендующего на статус послания к человечеству, явно маловато. Ожидали большего.
Переписка подследственного Шульца с его боевыми подругами, попавшая в редакцию, провоцирует циничное журналистское желание «выдать эксклюзив». В порядке самооправдания подбираешь аргументы вроде: ну всем же интересно знать, что – образно говоря – «ест крокодил за обедом». Но частная жизнь человека, пусть даже такого, кто сам считает всякого «неарийца» недочеловеком, не может выноситься на всеобщее обозрение.
Мы не станем публиковать того, что касается отношений Шульца с девушкой, отказавшейся от героического решения сочетаться законным браком с заключенным в пользу невиртуального союза с бывшим соратником Боброва, давшим против него показания. Не станем цитировать столь привлекательные для идейных оппонентов строки, что представляют «партайгеноссе» жалким, одолеваемым комплексами, страдающим от одиночества существом.
Приведем лишь несколько фрагментов из рукописи Шульца, которую он сам представляет так: «Она призвана открыть глаза слепым на мою личность».
Есть шанс, что это действительно поможет открыть глаза – тем, кого еще искушают патетикой лозунгов «подвига во имя нации», намалеванных на испачканном кровью и грязью холсте.
Орфография и пунктуация оригинальных текстов сохранена.

Из рукописи Дмитрия Боброва (Шульца):
«Окончательное и бесповоротное решение было принято и бреясь утром перед зеркалом я смотрел в свои прозрачные глаза. Приговор обжалованию не подлежит и руки не выказывали не малейших признаков дрожи – серо-голубой взор дышал пристальным спокойствием. Клятвы данные моему Богу требовали исполнения обязательств перед моими людьми. Я смотрел на себя в зеркало и взгляду моему открывалось видавшее ярость уличных сражений молодое лицо несшее на себе печать усталости последних напряженных лет. Небольшие шрамы на голове, бровях, носу и подбородке имели каждый свою индивидуальную историю и все вместе они составляли немалую часть книги моей жизни. Отчаянные схватки во время которых не единожды смерть могла забрать меня в неведомые дали потусторонних просторов и порой так близко приближалась ко мне что обдавала ледяным дыханием мое лицо отложили в памяти немало неуходящих воспоминаний.
Кровь друзей и врагов пролитая на землю и забрызгавшая одежду, разбитые и измазанные по локоть в крови руки, бесформенными мешками лежащие тела, наступательная энергия внезапных прыжков и многократные мгновенные мобилизации всех сил организма, череда массовых уличных сражений, победоносных блицкриговских атак и отчаянных самооборон стремилась в моих глазах к продолжению праздника жизни. <...>
Заканчивая ритуал утреннего туалета я устало вытирал с лица капельки воды. Сегодняшний день не вызывал сомнений, но что мне готовит будущее? Тревогу и нищету, потерю остатков здоровья, камеру смертников, боль и унижения или быть может славу и вечное право сидеть за праздничным столом в блистательных чертогах обители павших воинов??!!»

Материалы подготовили Александр САМОЙЛОВ, Татьяна ЛИХАНОВА, Николай ДОНСКОВ
Фото ИНТЕРПРЕСС