Поезда уходят под воду

15 июля 2002 10:00

Какая, казалось бы, связь между введением или отменой международных санкций против Ирака и погашением задолженности по зарплате российским бюджетникам? Здесь даже далекий от экономики человек составит простую логическую цепочку, где ключевым словом будет «нефть». А вот найти взаимосвязь между небывалым наводнением на юге России и возможным переделом строительного рынка Петербурга удастся далеко не каждому. И тем не менее рискнем предположить, что такая связь существует.





Вся страна сейчас гадает, что стало причиной трагедии на юге России: был ли это климатический каприз, усугубленный ошибкой метеорологов, или головотяпство, граничащее с терактом (кто-то специально открыл шлюзы)? Очевидно одно: пострадавшим нужна экстренная помощь. На восстановление районов, пострадавших от наводнения, переселение оставшихся без крова людей и выплаты им компенсаций нужны средства, причем немалые. А откуда их взять?
С ценами на нефть дела обстоят неплохо, но и не особенно блестяще. Правда, профицит бюджета все же существует - 68,5 миллиарда рублей. Нефть, извините за невольный каламбур, в прошлом году не подкачала. Но с этими деньгами правительство расставаться не хочет. Возможные дополнительные доходы бюджета расписываются еще до его принятия. И здесь на одну миску семь ложек. Есть резервный фонд правительства как раз на ликвидацию последствий от стихийных бедствий. Но, судя по заявлениям чиновников, он уже давно пуст, да и изначально сумма в него была заложена небольшая. На недавнем заседании правительства Минфин РФ согласился выделить 1 миллиард 100 миллионов рублей, которые будут взяты из трансфертов, ежегодно направляемых в регионы из федерального бюджета. В целом же было решено на все про все выделить 3 миллиарда рублей (хотя очевидно, что на самом деле эта сумма должна быть раза в два-три больше).
Вариантов найти деньги было немного. Можно в очередной раз попробовать через Минфин получить кредит в Центробанке. Но резервы ЦБ небезграничны, и они еще пригодятся для поддержания доллара в обозначенных в бюджете рамках. К «равноудаленным» олигархам нынешний президент с подобными просьбами обращаться не любит. Тем не менее напоминание о том, что бог велел делиться, все же было сделано. И первым его, по нашим данным, услышал руководитель РАО «ЕЭС». Но от него глава государства получил отказ. Об аргументах остается только догадываться. Их может быть несколько. Во-первых, ЕЭС, будучи акционерным обществом, подчиняется не президенту, а совету директоров. Во-вторых, отношения этих двух политиков собчаковской плеяды всегда складывались непросто, а сейчас АБЧ может быть обижен на ВВП за то, что тот не помог ему пролоббировать через Госдуму проект реструктуризации РАО «ЕЭС»...
Скорее всего, подобный же заход был сделан и в «Газпром». Об этом нам пока ничего неизвестно, но, во всяком случае, о каких-либо реальных результатах тоже пока не слышно.
С подобной же просьбой, напоминающей приказ, президент обратился к министру путей сообщения Геннадию Фадееву. Тот, возможно учитывая свое довольно зыбкое нынешнее положение, взял под козырек. Таким образом, часть прибыли МПС, которую планировалось реинвестировать, фактически была экспроприирована президентом. Почему-то особенно пострадали проекты МПС на Северо-Западе, в частности в Архангельской области и в Карелии. Проекты чрезвычайно важные для развития не только транспортной инфраструктуры, но и в целом экономики региона. В том числе Петербурга.
Как нам стало известно, буквально на днях петербургские генеральные подрядчики получили из МПС письма, где их уведомили о необходимости срочно законсервировать строительство на неопределенный срок, т. к. финансирование с сего дня прекращается. По Карелии и Архангельской области речь идет о «скромной» сумме в 1,5 миллиарда рублей. Кстати, консервацию, тоже процедуру довольно дорогую, предложено проводить за свой счет. Будут ли стройки продолжены и если будут, то когда - неизвестно.
Бесспорно, помочь людям в беде нужно. Тут за ценой не постоишь. Но странно другое. Почему в бездефицитном бюджете в стране с якобы растущей стремительными темпами экономикой нет отдельной статьи расходов с серьезным обеспечением именно на подобные форс-мажорные обстоятельства? Каждый раз вынуждены собирать с миру по нитке. При этом кажется, что отдает деньги не тот, кому они меньше нужны, а тот, кто по каким-то причинам просто вынужден это сделать...
Ну да вернемся к тому, с чего начали. Как «добровольная благотворительная» помощь, оказанная МПС пострадавшим от наводнения, может изменить палитру строительного рынка Петербурга? А вот как. Существует несколько крупных петербургских компаний, которые традиционно специализировались на промышленном строительстве в самом широком смысле. Основной заказчик одной из них - МПС. Для него она строит на просторах от Дальнего Востока до Крайнего Севера. У компании имеются колоссальные производственные мощности, многотысячный коллектив. Если, как и в нынешнем случае, МПС перестанет финансировать собственные проекты (уже фактически приостановлены работы по реконструкции трех петербургских вокзалов, на 10% секвестировано финансирование Ладожского, значительно урезана программа по Дальнему Востоку и т. д.), то компании ничего не останется, как либо искать нового заказчика подобного же масштаба (которого нет), либо переквалифицироваться на другой вид деятельности. Третьего пути, не считая банкротства, не существует.
Наиболее привлекательной областью, требующей минимальных затрат на перепрофилирование производства, является жилищное строительство. И если все произойдет именно так, то нынешние относительно крупные компании, представленные на этом рынке, будут выглядеть по сравнению с монстром просто лилипутами. Многие из них окажутся вытеснены с рынка, другим придется консолидироваться, вероятнее всего, с иностранными фирмами.
Вот вам и передел. Который, как известно, ничего особенно приятного, во всяком случае на первых порах, ни потребителю, ни городу в целом не сулит.

Леонид ПАНЧЕНКО