Жертвы видео. невыдуманный триллер

13 января 2003 10:00

В середине прошлого месяца петербургских телезрителей постигло разочарование. Те, кто решил 16 декабря посмотреть по каналу ТРК «Петербург» первую серию нового четырехсерийного фильма «Налог на убийство» и в обозначенное в программке время 20.10 переключился на 5-й канал, вместо этого увидели концерт с участием Кристины Орбакайте. Фильма не было. Ну что ж, бывают накладки, - вероятно, подумали телезрители. Но вряд ли они могли себе представить, что на самом деле за этим стоит: судебное разбирательство автора фильма с телеканалом и противостояние с ведомством, олицетворяющим героев картины. Да каким ведомством! Многих бросает в дрожь от одного только его упоминания - налоговая полиция. Но и это не все. Историю производства этого фильма окутывает такой густой туман драматических событий, что перед этим может померкнуть лихо закрученная фабула картины. Жизнь куда более непредсказуема и жестока. Не то что придуманный детектив.





Полицейские повести
Началась эта история в конце 1999 года, когда бывший подполковник налоговой полиции Евгений Карнов, а в то время - внешний управляющий Государственного предприятия «Лентелефильм» (помните, была такая студия с логотипом в виде кораблика на шпиле Адмиралтейства), решил, что хорошо было бы снять фильм о своих коллегах - налоговых полицейских. Тема тогда была совсем свежая, даже знаменитая «Маросейка, 12» еще не намечалась. Почему вдруг Карнову пришла в голову такая мысль? Во-первых, один из его коллег по петербургской налоговой полиции - полковник Владислав Виноградов как раз написал об этом книгу - «Налог на убийство». Во-вторых, Карнову, как внешнему управляющему киностудии, надо было думать о том, как вытаскивать ее из той глубокой финансовой ямы, куда рухнула студия-банкрот.
Примерно такими словами: «Давайте снимать «Налог на убийство», будем возрождать «Лентелефильм» - он и встретил режиссера Виктора Макарова, с которым его свела редактор студии Ольга Аникина. Естественно, во всем этом принимал участие и автор книги Владислав Виноградов, который, казалось, в тот момент вытянул у судьбы счастливый билет: понятно же, что телесериал увеличивает популярность книги и ее автора стократно.
Съемки фильма, конечно же, упирались в деньги. Деньги, в общем, немалые. Карнов взял это на себя. Он принялся за поиски спонсоров - в расчете на то, что они подключатся, когда фильм будет уже сделан и им можно будет представить товар лицом, - ведь мало кто захочет отдавать тысячи, а то и десятки тысяч долларов за «кота в мешке». А первым инвестором стал он сам, Евгений Карнов - благо возможность была: ведь у бывшего налогового полицейского и профессионального арбитражного управляющего к тому времени был свой, хоть и не очень большой, но бизнес (к студии «Лентелефильм» никакого отношения не имеющий).
И - понеслось. Виктор Макаров засел за сценарий. Сюжетной основой стала операция, разработанная самим Карновым в бытность его налоговым полицейским. Тем более полицейским он был не простым: как говорили о нем коллеги, «он был опером от бога». (Примерно так и в книге, правда там эта сюжетная линия - не основная.) По словам Макарова, работа сопровождалась постоянным полушутливым диалогом с Виноградовым: мол, надо бы отписать бумагу - разрешение на экранизацию по книге, на что тот неизменно отвечал: «Ну что за разговор, Витя, надо будет - будет бумага». К слову, такой бумаги нет и по сей день, что, в частности, является одним из краеугольных камней конфликта. Но тогда об этом как-то не думалось, тем более что никто не мог себе представить, какой оборот примут дальнейшие события.
Так или иначе, летом 2000-го начались съемки. Почти вся творческая бригада работала практически бесплатно, на чистом энтузиазме. Работали с прицелом на будущее: вот сделаем фильм, продадим его телеканалам - тогда и получим причитающееся. А деньги, которые нужны были для оплаты аренды техники, выплат актерам, давал Карнов, ставший продюсером картины. Откуда деньги - никто у него особо не выпытывал, но догадывались, что - из своих. Просто доставал «из широких штанин» - и выдавал «на технику» и «на актеров». Всего, по данным директора картины Натальи Ашариной, - 9600 долларов.
В течение лета и осени 2000-го сняли 4 серии. Потом - сели за монтаж и озвучание. Наступила зима, прошел Новый год. А 23 февраля 2001-го произошло то, чего никто не ждал и даже не мог себе представить в самом страшном сне, то, после чего, как тогда казалось, все рухнуло окончательно и бесповоротно - Карнова убили.

Левашовский расстрел
Карнова убили в «мужской день» 23 февраля. Мало того, это день рождения его жены. Именно она в тот злополучный день повезла мужа в город на их «Тойоте» из их дома в Левашово. Сам Евгений Карнов за руль предпочитал не садиться, его возил шофер, но в этот день он, как назло, остался в городе.
Около 10.30 утра, когда они еще не успели выехать на шоссе, на проселочной дороге их машину с двух сторон обстреляли, расстреляв жену и мужа через боковые стекла. Каждому был сделан контрольный выстрел в голову. Еще одна в буквальном смысле слова леденящая деталь. В тот день стоял мороз, и приехавшие на место происшествия эксперты-криминалисты так и не смогли вытащить примерзшие тела из салона иномарки, пришлось машину вместе с трупами транспортировать в теплый гараж - чтобы оттаяли...
За что убили 46-летнего Евгения Карнова - неизвестно. И, видимо, уже не станет известно никогда, хотя недоброжелателей у него, надо полагать, было немало.
Карнов - бывший работник правоохранительных органов, вначале работал в грозном ОБХСС, потом - в не менее грозной налоговой полиции Петербурга. В середине 90-х, уйдя из полиции, пошел в бизнес (картина для бывших налоговиков в общем-то типичная), на правах соучредителя организовал несколько фирм, параллельно с этим став профессиональным арбитражным управляющим. На этой стезе он принимал участие во многих громких скандалах, связанных с банкротствами предприятий: завода «Витон», строительной фирмы «Виадук», «Северных верфей» и других. Понятно, что в каждом из этих дел крутились большие деньги, и кому-то деятельность Карнова была как бельмо на глазу, поскольку сулила большие потери и могла привести к полному краху. Так что, в принципе, недоброжелателей, которые могли бы отомстить арбитражному управляющему, вероятно, было немало. Тем более что за год до убийства Карнова, в апреле 2000 года, был застрелен его партнер по бизнесу - Игорь Бамбурин, кстати, тоже бывший «силовик», офицер Регионального управления по борьбе с организованной преступностью.
В связи с убийствами партнеров по бизнесу в печати появились сведения о том, что Бамбурин и Карнов были причастны к банкротству завода «Витон», производившего радиоаппаратуру, а на арендованных у остановленного завода площадях разместилась фирма «Шаттл», занимавшаяся торговлей и производством средств связи. Учредителями «Шаттла», как вы уже, наверное, догадались, были Бамбурин и Карнов...



Фильмы-невидимки
Но для нас самое интересное в этой истории другое. К моменту убийства Евгений Карнов уже полтора года - с августа 1999-го - работал внешним управляющим ГП «Лентелефильм», куда был назначен территориальным органом Федеральной службы по делам о несостоятельности и финансовому оздоровлению. Он был уже не первым внешним управляющим «Лентелефильма». Студию, как и большинство других госпредприятий, стало лихорадить уже в начале 90-х. С 1996 по 1999 год там работал предшественник Карнова - Дмитрий Дорофеев, тоже внешний управляющий, а до этого - работник компании «Русского видео», еще раньше - номенклатурный партаппаратчик, заместитель председателя Комитета по телевидению и радиовещанию при Леноблгорисполкомах.
Карнов сменил Дорофеева не просто так, по-хорошему. Этому опять же сопутствовал скандал. Более того, разобравшись в том, что происходит на студии, Карнов бросил в адрес Дорофева и его команды грозные обвинения. Через три месяца после своего появления на студии он направил «убойное» письмо в Генеральную прокуратуру России, руководителю следственной группы, расследующей печально знаменитое дело «Русского видео».
«Группа лиц, - писал Карнов, - в которую входят Дорофеев Д.Н., Кайсаров А.А., Дворников В.В., Смирнова О.А. (все эти лица являлись работниками ФГК РГК «Русское видео»), по указанию бывшего председателя совета директоров ФГК РГК «Русское видео» Рождественского Д.Д. с 1995 года готовили хищение всего фильмофонда ГП «Лентелефильм». Для этого Рождественский Д.Д., используя свои коррумпированные связи в мэрии Санкт-Петербурга, вошел в доверие к управляющему ФУДН по Санкт-Петербургу Г. Слабикову с целью назначить на должность внешнего управляющего ГП «Лентелефильм» своего подчиненного - Дорофева Д.Н., кем он и был назначен в 1996 году. Дорофеев Д.Н. заранее готовился к похищению фильмофонда ГП «Лентелефильм». Ранее эти материальные ценности учитывались в Гостелерадио СССР, а с 1991 года авторские права на фильмофонд переходили на ГП «Лентелефильм». Предыдущее руководство предприятия халатно отнеслось к своим обязанностям и не оприходовало эти материальные ценности на баланс предприятия. Рождественский Д.Д. и Дорофеев Д.Н. знали о таком положении дел и воспользовались этим...»
Дальше Евгений Карнов подробно описывает хитроумные комбинации, в результате которых государственный фильмофонд - а это ни много ни мало 1268 фильмов, снятых целой студией на протяжении трех десятков лет работы, - переходил в руки частной структуры - ООО «Лентелефильм», которая на 30 лет получала авторские права на все эти фильмы. Если вы думаете, что авторские права - вещь нематериальная, то ошибаетесь. За прокат фильмов в эфире владелец авторских прав получает вполне материальное вознаграждение. И выходило, что вознаграждение за тридцатилетнюю работу целой студии в течение трех десятков лет будет «капать» в карманы все тех же обозначенных выше лиц, никакого отношения к этим картинам не имеющих. Говорилось в письме и о других «шалостях» господина Дорофеева и иже с ним: обналичивании денег с их последующим присвоением (иначе говоря - отмыванием) - через подставные дочерние фирмы «Русского видео».
Заканчивалось письмо Карнова так: «Считаю, что Рождественский, Дорофеев, Кайсаров и другие с 1996 по 1999 годы еще более усугубили и без того тяжелое финансовое положение ГП «Лентелефильм», нанесли урон отечественному кинематографу, украли государственную собственность, обманув при этом государственные контролирующие органы. С учетом вышеизложенного прошу принять меры к пресечению совершенных преступлений, возврата украденного государственного имущества ГП «Лентелефильм» и привлечению к ответственности виновных в этом лиц»...
В общем, типичная история «прихватизации». Как и все дело «Русского видео», пример того, как, по словам великого комбинатора Остапа Бендера, происходит «относительно честный отъем денег» и имущества у государства в пользу неких «энергичных людей».

Мор на РВ
Помните, как развивалось дело «Русского видео», - кстати, первоначально тоже государственного предприятия, собственность которого постепенно за бесценок переходила в руки частников из числа руководителей? 26 марта 1997 года Управление Федеральной службы налоговой полиции по Санкт-Петербургу начало официальную проверку РВ с выемкой документов из офисов фирмы. Обратите внимание: кашу заварила опять же налоговая полиция, потом уже следствием занялась Генпрокуратура России.
Поднялся грандиозный скандал, не стихавший вплоть до последних дней жизни Дмитрия Рождественского. Политики обвиняли следствие в политическом заказе и в удушении свободы слова. Следствие твердило о миллиардных махинациях, обвиняя в мошенничестве не только Рождественского, но и связанного с «Русском видео» медиамагната Владимира Гусинского.
Рождественский провел за решеткой почти два года - с сентября 1998 по август 2000-го. Суд над ним начался в феврале 2001 года, и после 11 месяцев разбирательств в январе 2002-го был вынес приговор, по которому Рождественского признали виновным в хищениях, но тут же освободили по амнистии. Впрочем, виновным его признали лишь в мелочевке: улучшении собственной дачи за счет компании, все остальные громкие обвинения рассыпались. Но проведенное в застенках время не прошло даром: через четыре месяца - 6 июня 2002 года Дим Димыч тихо умер от сердечного приступа на той самой своей злосчастной даче в Сиверской
Но обращает на себя внимание такой факт. Умер не один Рождественский. Кроме него в деле «Русского видео» насчитывается 14 трупов. Практически все ключевые свидетели, будучи людьми в общем-то вполне здоровыми, вдруг неожиданно умирали: кто утонул, кто задохнулся в гараже, кого подкосила неожиданная болезнь... Оперативники даже высказывали мысль о том, что единственным проколом у инициаторов этого «мора» была неудачная попытка взрыва друга Рождественского - Геннадия Бурбулиса на яхте «Орлан», принадлежащей «Русскому видео»... Кстати, это, возможно, чистой воды совпадение, но Евгения Карнова расстреляли как раз в те дни, когда начинался суд над Рождественским...

Ход Голутвы
После смерти Карнова история создания «Налога на убийство», который рассказывал о бравых рыцарях налоговой полиции, приобрела несвойственную доселе нервность. Неожиданно выяснилось, что на авторство данной картины претендует таинственная фирма «Сейл», о которой Макаров прежде даже не слышал. Слово «таинственная» употреблено не случайно. Все письма, которые Виктор Макаров отправлял в адрес данной фирмы, неизменно возвращались обратно с пометкой о том, что либо такого адреса вообще не существует в природе, либо по данному адресу никакой фирмы нет.
Тем не менее фирма-невидимка успела оформить документы на фильм, причем не где-нибудь, а в Министерстве культуры России. Там был выдан документ, предоставляющий статус национального кино этой самой фирме «Сейл», которая выступает продюсером «Налога на убийство» и якобы приступила к съемкам... в мае 2001 года - когда фильм был уже снят и смонтирован. (Заметим в скобках, что статус национального кино освобождает картину от налогов, что весьма существенно.) Причем, по словам начальника юридического отдела департамента по кинематографии Минкульта Васючкова, сделано это было в обход министерского юридического отдела, документ подписан лично председателем департамента кино Александром Голутвой в ответ на письмо к нему начальника Управления Федеральной службы налоговой полиции по Санкт-Петербургу генерал-майора Александра Кармацкого. (Впрочем, сам Кармацкий здесь скорее всего ни при чем, вероятнее всего ему просто подсунули это письмо - чтобы «подмахнул».)
Узнав об этом, Макаров бросился в московскую юридическую фирму «Адвокатское бюро Борис Кузнецов и партнеры». Адвокаты выяснили еще более интересные подробности. Налоговые полицейские утверждают, что они якобы вложили в фильм немалые деньги. Еще большие деньги, по их словам, вложили спонсоры, в первую очередь известная питерская винно-водочная компания «Ладога». Общая сумма вложений, по их данным, оказывается буквально астрономической - 75 тысяч долларов. И вот теперь Фонд помощи ветеранам налоговой полиции, который курирует это «фильмопроизводство», требует показать картину в эфире петербургского телевидения, лучше всего - к 10-летней годовщине Федеральной службы налоговой полиции РФ по Санкт-Петербургу - 10 декабря 2002 года.



Роковой декабрь
Дело не ограничилось словами. Дважды фильм оказывался в программе ТРК «Петербург», первый раз - летом, второй раз - 16 декабря. Самое интересное в том, что никакой официальной копии фильма у телекомпании не существует - оригинал хранится у Макарова а две копии, как это и положено по закону, - в департаменте кино Министерства культуры и в Российском авторском обществе. Все остальные копии - по определению нелегальные. То есть, попросту говоря, речь идет о показе «пиратской копии»? Тем более у Виктора Макарова имеется на руках официальный документ - авторское свидетельство, зарегистрированное в Российском авторском обществе, а своих авторских прав на демонстрацию фильма в эфире он никому не передавал. Именно по этой причине показ 16 декабря был запрещен судом.
Виктор Макаров подал иск к ТРК «Петербург» о нарушении своих авторских прав в тот самый злополучный день 16 декабря. Куйбышевский федеральный суд Центрального района на удивление оперативно вынес определение в целях обеспечения иска: «Наложить запрет на демонстрацию в эфире ТРК «Петербург» четырехсерийного фильма «Налог на убийство» (автор сценария и режиссер Макаров В.П.) до рассмотрения дела судом». В телекомпанию срочно отправился судебный пристав. И фильм был снят буквально за 20 минут до эфира. Правда, изъять спорную кассету с фильмом (которая является уликой по этому делу) пристав не смог - кассета куда-то таинственно исчезла.

Нетелефонный разговор
В тот же день 16 декабря состоялся показательный телефонный разговор, который случайно удалось зафиксировать. На одном конце провода - жена Виктора Макарова Татьяна Масловская, на другом - мужчина, представившийся руководителем Фонда поддержки ветеранов Федеральной службы налоговой полиции РФ по Санкт-Петербургу полковником Владимиром Коровиным. Этот господин весьма настойчиво пытался убедить режиссера Макарова в том, что фильм должен быть непременно бесплатно показан в эфире ТРК «Петербург» - чтобы порадовать работников управления налоговой полиции. (Бесплатно в том смысле, что Макаров может получить деньги от показа только в случае официальной продажи фильма, но в данном случае речь не идет о покупке, а лишь о бесплатном прокате.)
Мужчина: Мы получили факс о невозможности показать фильм по 5-му каналу. Но мы-то договаривались показать фильм для налоговой полиции.
Масловская: Но почему вы обещали? Фильм-то - Макарова.
Мужчина: Да. Но вы меня послушайте. Мы его обещали показать.
Масловская: А зачем это нужно Макарову?
Мужчина: Это Макарову не нужно, а всем нужно.
Масловская: Но ведь речь-то не шла о подарке (показ в эфире). Это была обычная работа, сделанная вместе с Карновым, которого застрелили.
Мужчина: Как же так! У меня собраны все документы, кто вкладывал деньги, - «Сейл» - около 10000 долларов, «Русское видео» - 5000, винно-водочная компания - 10000, ну и ряд других. Они все нам доверенности дали.
Масловская: Понимаете что произошло? Вы кому-то вместе со своими партнерами перечислили деньги. Кому? А теперь вы требуете у совершенно другого человека, который от вас никаких денег не получал, чтобы он вам на эти деньги представил товар. Но тогда и платить надо было ему.
Мужчина: Ну вот так получилось. Теперь у нас только два выхода.
Масловская: Один из них - это как у Карнова?
Мужчина: Вы послушайте меня. Речь вот о чем. Давайте покажем фильм для работников управления, а мы поможем потом фильм продать на две телекомпании (НТВ и ТНТ).
Масловская: Но ведь речь-то сейчас идет о показе краденой кассеты. Вот что вы сегодня поставили в эфир? Краденую кассету.
Мужчина: Хорошо. Зато мы поможем продать фильм в Москве. А так он и дальше будет у вас валяться.
Масловская: Что вы так об этом беспокоитесь?
Мужчина: Потому что мы вложили в него деньги.
Масловская: Да неправда это. Когда и куда вы деньги пересылали?
Мужчина: В прошлом году мы пересылали на монтаж.
Масловская: У нас монтаж-то гораздо раньше закончился. А о фирме «Сейл» мы до сих пор не знаем ничего.
Мужчина: Ну как же, нам сказали, что нужно помочь завершить фильм!
Масловская: Что же вы, такие наивные дети?
Мужчина: Может быть, мы и наивные дети.
Масловская: Никаких денег Макарову не пересылали! Куда вы их пересылали?
Мужчина: Меня это не интересовало, мы их перечисляли на тот расчетный счет, который нам дали.
Масловская: Кто дал?
Мужчина: К нам обратилась вот эта фирма «Сейл»... На сегодняшний день мы можем либо ускорить продажу фильма, либо затормозить.
Масловская: Но ведь вас же об этом никто не просит!
Мужчина: То есть не надо вам ничего? Ну ладно, пусть будет война. Мы всех разорим... Но фильм ляжет, потому что мы заблокируем его в Москве, это стопроцентно. Вы поймите, я сам налоговый полицейский, полковник, друг Карнова...
Масловская: Друг Карнова? Побойтесь бога!

Мужчина: А чего бога бояться?..
Масловская: Ну а где вы взяли кассету, которая на 5-м канале?
Мужчина: Ну, это я, конечно, понимаю, что это левая кассета. Ну, мы на это пошли не потому, что мы этого хотим. Это приходится делать из-за того, что мы думаем о людях - героях фильма, которые служили и служат... Ну хорошо, выясним мы, куда ушли деньги, выясним. Но никто от этого не выиграет. Время-то уходит...

Постскриптум
Такая вот история. Время действительно уходит. А вопросов меньше не становится. Либо дело «Русского видео» живет и побеждает, причем так лихо, что некие таинственные бизнесмены сумели облапошить даже самих налоговых полицейских, запудрив им мозги съемками, монтажами и озвучаниями. Либо - чур меня, чур - кто-то в самой налоговой полиции пытается под шумок нагреть руки на перечисленных кому-то и исчезнувших в неизвестном направлении пресловутых десятках тысяч долларов?

Николай ДОНСКОВ



vkontakte twitter facebook youtube

Подпишись на наши группы в социальных сетях!

close