Ох уж этот барон

5 июня 2003 10:00

Одним из почетных гостей, прибывших на празднование трехсотлетия Петербурга, был известный русский меценат барон Эдуард Александрович фон Фальц-Фейн, живущий в Лихтенштейне, куда когда-то занесла его судьба после эмиграции семьи из революционной России. Среди множества его добрых дел на благо российской культуры есть и такое - именно ему принадлежит большой вклад в воссоздании вновь открывшейся в царскосельском Екатерининском дворце Янтарной комнаты...



Барон красив, элегантен, ему 90 лет и при этом, как он сам говорит, чувствует себя на 30. Недавно в Швейцарии его лишили на два месяца водительских прав за превышение скорости - торопясь в аэропорт, барон ехал в своем вишневом кабриолете со скоростью 210 километров (вместо допустимых 120). И такое с ним, известным в прошлом гонщиком, происходит не впервые... Барон часто бывает в России и постоянно принимает у себя на вилле в Лихтенштейне гостей-россиян. «Каждый, кто приезжает в Щвейцарию, обязательно заглядывает и ко мне, - рассказывает барон. - Это происходит так. Звонок из Швейцарии: «Я Петров из Москвы». - «Что ты хочешь?» - «Посмотреть на вас». - «Ну заходи»... На следующий день: «Я Сидоров из Петербурга...» - «Ну заходи»... И так постоянно...
В эти юбилейные дни у барона не было ни минуты свободной. Однако где бы он ни был - на открытии памятников Павлу I и Александру II, всевозможных выставок, в «Лавке писателей» на презентации книги Надежды Данилевич «Фальц-Фейн. Жизнь русского аристократа», на своем вечере в Музее Достоевского или просто на прогулке по праздничному городу, он охотно, со свойственными ему непосредственностью и особой образностью речи, с обескураживающей поначалу манерой обращаться к собеседнику на «ты» отвечал на вопросы знакомых, журналистов и просто людей из толпы, рассказывая о себе и о своих впечатлениях о юбилее. Вот отрывки из этих бесед.
- Эдуард Александрович, как с вашей точки зрения выглядит праздничный Петербург?
- По сравнению с прежним - это как день и ночь. Он стал очень красивым. Дома покрашены, на дорогах, по которым обычно мы ехали с моим шофером, нет больше дырок. Много милиции, она работает хорошо. Даже слишком. Со мной был такой случай: на открытии Михайловского сада меня ждал у Спаса на Крови мой друг, правнук Александра II, князь Георг Юрьевский. У меня случайно не было с собой пригласительного билета, но я сказал милиционеру: «Пропусти меня... Меня ждет у Спаса правнук Александра II. Я могу тебя с ним познакомить». Милиционер подумал, что я какой-то городской ненормальный, пока не подошли мои друзья из Русского музея и не сказали ему, кто я и что это правда про правнука Александра II.
- Расскажите о своих впечатлениях о новой Янтарной комнате?
- Мне было 5 лет, когда я видел ее. Это было у меня чудесное потрясение на всю жизнь! После войны я вместе с Юлианом Семеновым и Жоржем Сименоном искал ее двадцать лет. Когда было решено делать новую Янтарную комнату, я подарил реставраторам швейцарские станки для шлифования янтаря и особые сверла. Теперь я опять увидел ее такой, как она была в детстве. Могу сказать одно: русские реставраторы - лучшие реставраторы в мире! Молодцы! Я счастлив.
- Как прошел банкет в честь открытия Янтарной комнаты?
- Начну с того, что, когда я приехал в Петербург на юбилей, директор музея «Царское Село» Скаутов сказал мне по телефону, что я по протоколу не могу быть на этом банкете, где соберутся всякие высокие гости. «Как же так?! - сказал я. - Ты же знаешь, сколько я сделал для Янтарной комнаты!» «Ничем не могу помочь», - ответил Скаутов. Мне, конечно, было больно это слышать. А на другой день мне позвонили из Москвы, из канцелярии президента, и сообщили, что для меня выслали пригласительный билет на банкет в Царское Село. Вот так... На банкете сначала я сидел за столом с Людмилой Нарусовой. Вдруг ко мне подходит адъютант Путина и говорит: «Президент приглашает вас к своему столу». Так я сел рядом с президентом. Потом подошел Кучма, тоже сел, и я оказался между президентами двух стран - России и Украины. И тогда я использовал момент, чтоб начать политиканствовать. Я сказал им обоим: «Мне очень радостно, что я в середине между вами. Я использую свое положение и скажу: пожалуйста, подружитесь, не сражайтесь друг с другом, не надо...» «Мы как раз об этом до вас рассуждали, - сказал Путин. - Спасибо»... Теперь я держу на память в кармане личное приглашение на этот банкет от самого Президента. Только я удивляюсь: на билете написано, что «президент приглашает вас на банкет, который состоится там-то и во столько-то». Но тот, кто составлял этот билет, забыл указать, в честь какого события состоится банкет. На билете - ни слова о Янтарной комнате! Узнаю Россию. Как жалко! Я ведь очень хотел показать такое уникальное приглашение у себя в Лихтенштейне! И еще я хотел бы послать своим друзьям письма, чтоб на них стоял штемпель «Царское Село», но почему-то там на почте ставят прежний штемпель - «Пушкин»...
- Как вы относитесь к тому, чтобы в нашей стране возродился монархический строй?
- Время монаршей власти прошло. Сегодня никто из Романовых не имеет законного права на российский престол, тем более я не вижу среди них тех, кто бы мог быть императором. Сегодня Россия имеет совсем другие заботы, и нужно забыть про любую диктатуру. Надо делать настоящую демократию. Я высказал это Зюганову. Несколько дней назад на открытии выставки в Манеже мы оказались с ним рядом. Меня ему представили, и он мне сказал: «Я еще никогда в жизни не встречал аристократов. - И спросил: - Вы не боитесь со мной говорить? Ведь я коммунист...» «Нет, - ответил я. - Я даже хочу вам дать совет: не думайте больше про диктатуру. Пусть в стране будет демократия». «Это здорово, что вы сказали, - ответил Зюганов, - я подумаю...»
- Правда ли, что царь Николай II держал вас на руках, когда вам было два года?
- Это было, когда Николай II гостил два дня в имении моего дяди Фредерика на Украине в Аскании-Нова, чтобы посмотреть на созданный дядей уникальный заповедник. Кто знал, что через много-много лет, когда будут перезахоранивать останки царской семьи, уже я буду держать череп бедного Николая в руках?!... А тогда Николаю очень понравилось, как в дядином саду гуляют утки, цапли, журавли. После, в Москве, в Думе, один депутат выступил с речью, что по протоколу царь не должен приезжать в гости к частному лицу. На это Николай сказал, что очень хотел посмотреть близко степь, уникальных домашних животных, услышать рядом пение птиц, и благодарен моему дяде за прием... А мне сейчас стыдно было принимать там Кучму. В свое время я дал 100 тысяч долларов, чтобы восстановили наконец дом моего дяди, но вместо этого глупые или непорядочные люди построили новый дурацкий дом, который без крыши, потому что, сказали, им не хватило таких денег. Потом местный священник сказал мне, что надо построить церковь. «Хорошо, - согласился я, - я построю часовню». - «Нет, у нас много верующих, надо церковь». Я стал давать деньги один год, другой... Через пять лет дошли до купола - и все. Опять давай денег... Так что я не знал, куда девать глаза, когда Кучма увидел дом без крыши, а церковь без купола. Я попросил Кучму выделить средства, чтобы докончить строительство, - ведь это теперь государственная собственность! - на что он сказал, что бюджет Украины бедный... Вот такие дела...
- Эдуард Александрович, известно, что ваш дедушка, генерал Епанчин, семь лет был директором Пажеского корпуса, и вы много сделали для восстановления пажеской церкви. Теперь вы довольны?
- Да, несколько лет назад я дал большие средства, чтобы привести в порядок церковь в Пажеском корпусе. Сейчас церковь - красота. Но в ней все еще нет икон, которые когда-то были. А как может действовать церковь без икон?! Я знаю, что 11 этих икон находятся в Русском музее и в Эрмитаже. Их вернули в церковь в прошлом году, когда праздновалось 200 лет Пажеского корпуса. Но если бы мои друзья - потомки пажей, которые приехали на тот праздник из Парижа, узнали, что через пять минут после того как они покинули училище, эти иконы снова из церкви увезли, они бы пришли в ужас... Как раз сегодня у меня были переговоры с начальством Эрмитажа и Русского музея, чтобы вернуть иконы Пажеской церкви, но разговоры эти опять ничем не кончились... Я просто возмущен...
- Расскажите немного о вашей семейной жизни...
- Когда-то я был большим Казановой. Но однажды мама мне сказала: «Эдуард, хватит. Ты должен иметь семью». Моей первой женой стала англичанка. От этого весь мой дом был пропитан английским духом... У меня есть дочь - балерина, внучка. Теперь я вдовец, живу один, люблю сам заниматься хозяйством. Я большой садовник, и у меня тысячи тюльпанов. Я люблю готовить, принимать гостей. По субботам я принимаю дам...
- Как вам удается оставаться таким молодым, энергичным?
- Это потому что я делал, как мне велела мама, - никогда не пил алкоголя и не курил. Ем я как птичка: утром молоко плюс хлеб с медом, - никогда не ешьте белый хлеб, потому что он вредный, - днем - апельсин или абрикос, вечером - борщок по собственному рецепту...
- Вы бы не хотели вернуться в Россию, жить здесь?
- Нет, так не получится. У меня в Лихтенштейне есть свой уникальный сувенирный бизнес, который позволяет мне помогать моей России. Здесь бы такого бизнеса у меня не было. Ваши налоги - это абсурд!
- Вы столько делаете для России!.. А можно узнать, какой последний подарок вы преподнесли нашему городу?
- Это скоро будет для Петербурга маленькая сенсация... Две недели назад я у себя в Лихтенштейне получил из Лондона аукционный каталог «Сотби» и ахнул: в каталоге я увидел, что родственники Шаляпина за 5 миллионов долларов распродают его последние реликвии, и первым лотом за 3 тысячи идет уникальная фотография Шаляпина, которая принадлежит его внучке Наташе, что живет в Стокгольме. Я был в ужасе! Вечером позвонил Наташе и накричал на нее: «Как вам не стыдно торговать фотографией вашего дедушки?! Вы подумали о России?» Утром от нее звонок: «Эдуард, после того как вы меня выругали, я не спала всю ночь и плакала. Мне очень стыдно. Теперь я решила передать фотографию в русское посольство, чтобы она принадлежала России». После этого Наташа пошла в посольство, там как раз в этот момент был министр иностранных дел Иванов, ему была передана эта фотография, и скоро она будет в вашем, - ох, я не должен говорить «в вашем», я же русский! - в нашем Музее Шаляпина...
Вот так благодаря барону Фальц-Фейну Петербург будет иметь еще одну уникальную вещь.

Эмилия КУНДЫШЕВА
Фото ИНТЕРПРЕСС



vkontakte twitter facebook youtube

Подпишись на наши группы в социальных сетях!

close