Дело о потерянном миллиарде

20 декабря 2001 10:00

На заседании Бюджетно-финансового комитета Законодательного собрания, проходившем в понедельник, было принято беспрецедентное решение о проведении аудита Комитета финансов питерской администрации. Поводом для этого послужило то, что выяснились достаточно скандальные подробности относительно миллиарда бюджетных рублей, на который у Смольного не сходились концы с концами.






Напомним, что при принятии 21 ноября в третьем чтении закона о городском бюджете-2002 Контрольно-счетная палата (КСП) предлагала депутатам отклонить бюджет. Почему? В частности, из-за обнаружения серьезных расхождений в <остатках> бюджетных средств, размер которых по состоянию на начало 2001 года упорно не сходился примерно на миллиард рублей. Речь при этом шла о средствах, полученных в результате сбора <дорожных> налогов, зачисляемых в Территориальный дорожный фонд (ТДФ). Вице-губернатор и председатель Комитета финансов Виктор Кротов заявил тогда, что расхождение действительно есть, но деньги-то все равно бюджетные - хоть и значились в смете расходов ТДФ. И потрачены эти деньги на социальные программы и на метро.
Бюджет в результате приняли, но вопросы остались. И гром грянул: КСП, как ни старалась, не смогла найти никаких документальных подтверждений тому, куда ушли <лишние> средства ТДФ. Развязка же оказалась неожиданной: представители Комитета финансов признали, что на самом деле они были направлены на то, чтобы досрочно погасить питерские еврооблигации...
Что же, с этого места - подробнее.
Год назад <Новая газета> писала о странной истории, происшедшей с еврооблигациями, которые были выпущены летом 1997 года на сумму в 300 миллионов долларов, на пять лет и под 9,5% годовых. После дефолта 1998 года их котировки, как и всех российских ценных бумаг, резко упали, потом поползли вверх - и весной 2000 года за них давали 20-25 центов за доллар. А затем, осенью 2000 года, в проекте городского бюджета на 2001 год, предложенном Смольным, вдруг появились средства на... досрочное погашение еврооблигаций. И немалые: к концу года предполагалось уменьшить почти вдвое сумму соответствующего внешнего долга. Но почему администрация решила начать расплачиваться досрочно?
Убедительных ответов на этот вопрос так и не поступило. Зато очень быстро выяснилось, что уже к ноябрю 2000 года котировки питерских еврооблигаций на фондовом рынке составляли 92-95% от номинала. Из этого следует простой вывод: те, кто заранее скупил питерские евробонды по 20 центов за доллар, через два года мог получить за них в шесть раз больше. Говорят, что этим удачливым покупателем был приближенный к городской администрации <Балтонэксимбанк> и аффилированные с ним структуры. Более того: по словам ряда депутатов ЗС нынешнего созыва, сразу после выборов Собрания, проходивших в декабре 1998 года, к ним начали приходить финансисты, тонко намекая на то, что неплохо бы городу пораньше выкупить свои евробонды. Заметим: во всем этом нет ничего незаконного, так поступают все и всегда, желая получить прибыль.
Впрочем, продолжим рассуждения: те, кто скупил евробонды, могли и не захотеть ждать, а предпочли реализовать простую финансовую комбинацию: летом 2000 года пролоббировать включение в проект городского бюджета на 2001 год расходов на досрочное погашение еврооблигаций. Даже простейшая <утечка> информации об этом (к тому же совершенно открытой - ведь проект бюджета доступен многим уже на этапе предварительного обсуждения его основных параметров), по законам фондового рынка, не могла не привести к немедленному и достаточно быстрому росту котировок евробондов. Что, собственно, и могло требоваться авторам этой комбинации, которые таким образом элементарно сыграли на повышение.
После этого, в принципе, уже не нужно было дожидаться июня 2002 года - вполне достаточно продать резко подорожавшие облигации и положить в карман деньги. Если скупили все евробонды - прибыль удачливых биржевых игроков могла достигнуть 230-240 миллионов долларов, если меньше - тогда <каких-нибудь> 50 или 100 миллионов долларов, но все равно <навар> измеряется примерно пятью тысячами процентов. За такие проценты, как учили классики марксизма, можно пойти на все. А уж на то, чтобы <пробить> нужную строчку в городском бюджете, - и подавно. Тем более если предложить тем чиновникам, от которых это зависит, поделиться потенциальной прибылью. А сто рублей, потерянных для городского бюджета, слишком часто оказываются мелочью на фоне возможного рубля, полученного в индивидуальный бюджет соответствующего должностного лица...
Конечно, изложенная гипотеза не является единственной. Другая гипотеза: в Смольном работают кристально честные люди, и от досрочной скупки питерских евробондов (с последующей упущенной для бюджета города прибылью в 240 миллионов долларов) они отказались исключительно по наивности. Или по некомпетентности. Как кому больше нравится.
Естественно, читатель волен выбирать любую из предложенных гипотез. Но при этом для него окажется небесполезным следующий факт. На направленный в конце мая 2001 года депутатский запрос о том, кто именно предъявлял питерские евробонды к оплате (что могло сразу же пролить свет на тайну скупщиков облигаций), губернатор Владимир Яковлев ответил отказом. Сообщив: <Выкуп еврооблигаций осуществлялся в соответствии с п. 6 (с) Условий выкупа еврооблигаций Санкт-Петербурга на открытом вторичном рынке, сделки на котором совершаются без раскрытия информации о владельцах ценных бумаг>. И в связи с этим администрация <не располагает информацией о юридических лицах и количестве облигаций, предъявленных к выкупу>...
Информация о том, что уже в 2000 году еврооблигации досрочно выкупались (причем в конце года), заставляет несколько по-новому взглянуть на все происшедшее.
В городском бюджете на 2000 год никаких расходов на выкуп еврооблигаций вообще не предусматривалось. Теоретически существует законная возможность направить <дополнительные> деньги на погашение долга города, но лишь в том случае, если имело место превышение доходов над расходами. Однако городской бюджет еще не был исполнен, к тому же средства ТДФ, согласно законодательству, можно расходовать только целевым образом.
Но в чем весь скрытый смысл комбинации? Он может оказаться весьма простым. К тому моменту, когда <остаток> средств ТДФ собирались направить на досрочное погашение евробондов, их котировки, напоминаем, уже выросли и достигли почти <потолка>. Те, кто заранее скупил их по низким ценам, мог с гарантией получить свои деньги - не позднее конца 2001 года. Но почему бы скупщикам было не захотеть получить свои деньги еще раньше? Пусть лучше они лежат у них в карманах, чем в городском бюджете...
На все указанные вопросы должна ответить специальная рабочая группа Бюджетно-финансового комитета. Кроме этого, КСП может, по обыкновению, передать материалы в прокуратуру, которая, в свою очередь, может сделать уже свои выводы.

Борис Вишневский



Нет комментариев

К этому материалу еще нет комментариев

Написать комментарий

Вы также можете оставить комментарий, авторизировавшись.



vkontakte twitter facebook youtube

Подпишись на наши группы в социальных сетях!

close