Реквием по даче

Реквием по даче

20 октября 2014 12:00 / Культура

От уникального дома остались только обугленные стены, но зеленогорские активисты не оставляют надежд его не только восстановить, но и вдохнуть в него новую жизнь

Есть дома, чьи судьбы, как и людские, стремительны и ярки, а гибель их не менее значима, чем жизнь. Но в отличие от людей у домов есть шанс на воскрешение. В зеленогорской библиотеке прошла выставка «Памяти одного дома» и семинар «Уходящая натура. Проблемы сохранения русско-финской дачной архитектуры Карельского перешейка». В центре обсуждения была сожженная этим летом дача Василия Леви.

Василий Филиппович Леви (1878, Харьков – 13.02.1954, Стокгольм) был по профессии адвокатом, а по призванию художником. Мечтал бросить скучную юридическую практику и заняться живописью.Для этого в 1912 году купил в Терийоки (ныне – Зеленогорск) участок земли и начал строительство дачи, которая могла бы служить ему мастерской.

Дом строили по собственному эскизу Леви.

«Архитектура здания сколь оригинальна, столь и символична, так как отвечает духу времени и места, где она родилась. Архитектура дома В. Ф. Леви добавляет новые краски в картину деревянной архитектуры дачных пригородов Санкт-Петербурга, которая была весьма разнообразной на рубеже XIX–ХХ вв. Северная тема была одной из излюбленных и привлекала петербуржских архитекторов своей идентичностью, была органична для Серебряного века и финско-русского культурного пограничья». (Из исторической справки Светланы Левошко, замдиректора петербургского филиала НИИ теории и истории архитектуры и градостроительства.)

«Этот дом был одной из самых интересных деревянных построек Зеленогорска/Терийоки. Находился он не в самом посещаемом месте, даже не все местные жители его видели. Но кто видел хоть раз, всегда возвращался посмотреть. В разное время года, в разную погоду. И дом всегда выглядел по-разному и всегда создавал настроение, что не всем постройкам свойственно. С башенкой шлемовидной формы, необычными окнами первого этажа, большими эркерными окнами второго этажа и чердака на южном фасаде, которые осенью изнутри смотрятся как настоящие витражи», – пишет на своем сайте краевед Александр Браво.

Когда строительство закончили, хозяин переселился в новый дом, чтобы в достатке и покое отдаться творчеству. Было это в 1916 году… После октябрьского переворота Терийоки оказался на территории Финляндии, а Леви с семьей – почти без средств к существованию.

Но Василий Филиппович не унывал – в 1918 году он набрался храбрости свести знакомство со знаменитым художником Ильей Репиным, который, как и сам Леви, стал вынужденным эмигрантом и жил неподалеку, в Пенатах. Между живописцами сразу завязались дружеские отношения, и Репин, как недавно удалось установить зеленогорским краеведам, неоднократно бывал на даче Леви. ПозжеВасилий Филиппович занимался организацией выставок Репина.

После окончания Второй мировой, когда Зеленогорск отошел СССР, дом Леви получил адрес Березовый пер., 5, здесь сделали коммунальную квартиру. Ее расселили только в конце 2013 года.

Уйти так, чтобы просили вернуться

Как следует из ответа Комитета по госконтролю и охране памятников (КГИОП) на запрос «Новой», «ОАО «Фонд имущества Санкт-Петербурга» ведет работу по подготовке документов, необходимых для продажи Объекта на торгах». Что позволяет предположить, что у дачи Леви или как минимум у расположенного под ней участка земли появился интересант.

Не зря же и историко-архитектурную экспертизу, которая должна определить ценность дома, начали именно в этом году. Притом что на учет как объект, представляющий культурную ценность, дача была поставлена в 2001 г. – и по закону эта экспертиза должна была пройти не позднее 2003 г.

Местные активисты-краеведы, прекрасно знающие, какая судьба ждет деревянный дом, вокруг которого вдруг обнаружилась такая активность, попытались сделать все возможное, чтобы спасти чудесное сооружение.

 В июле 2014 г. студенты сразу нескольких петербургских профильных вузов – будущие архитекторы, инженеры, художники – выехали на практику в Зеленогорск.

«Две недели студенты работали с дачами: делали обмеры, зарисовки, художественные работы, – рассказывает Елена Травина, координатор исследовательской группы «Старые дачи». – Были потрясающие картины – как видят тот или иной дом разные люди. А главное – сделали архитектурные обмеры дачи Леви, после чего была создана его компьютерная модель».

27 июля, через пару недель после окончания студенческой практики, дом сгорел. «По факту возгорания Объекта КГИОП направил обращение в Главное управление МЧС по Санкт-Петербургу о проведении проверки по факту возгорания. ООО «Жилкомсервис Курортного района», которое обязалось обеспечивать надлежащее содержание Объекта, приглашено для рассмотрения вопроса о составлении протокола об административном правонарушении, в адрес данного лица направлено предписание об ограждении аварийных конструкций здания», – сообщил «Новой» КГИОП. Примерный перевод с чиновничьего на русский: сгорел? ну и ладно.

Воскресить ради жизни

Теперь, когда от дачи остались лишь обугленные стены, шансы на то, что экспертиза завершится положительным результатом, практически равны нулю. Потрясающая бюрократическая мерзость! Если бы экспертиза прошла год назад, дом наверняка бы включили в реестр памятников. Тогда по закону после пожара государство обязано было бы его восстановить. Но теперь, из-за того что экспертиза так удачно затянулась, наверняка окажется, что раз ничего не сохранилось, то и включать в реестр ничего не надо, и восстанавливать тем более.

Но зеленогорские патриоты не готовы сдаваться без боя. В конце сентября в городской библиотеке прошли выставка и семинар, посвященные в первую очередь сгоревшей даче Леви. В процессе обсуждения были приняты два важных для деревянной архитектуры Петербурга решения. Во-первых, договорились проводить летние школы-практики для студентов ежегодно. Во-вторых, активисты-краеведы решили приложить все силы к тому, чтобы все-таки восстановить дом.

«Сделанных обмеров, инвентаризационного плана и фотофиксации достаточно, чтобы полностью восстановить или даже воссоздать дом, – уверена Светлана Левошко. – Даже не будучи аутентичным, здание будет иметь архитектурную ценность». «Речь идет не столько о простом восстановлении, сколько о ревитализации, – поясняет Александр Браво. – Просто восстановить здание, не зная, что с ним делать, – бессмысленно. Мы же хотим, чтобы дача Леви получила новую жизнь. Зеленогорску необходим культурный центр: у нас нет ни кинотеатра, ни места для музея. Единственная площадка для активности интеллигенции сейчас – библиотека, но она не может переварить все форматы. Наша мысль – восстановив дом на Березовом, 5, организовать в нем культурный центр: краеведческий музей, выставочный зал, дискуссионную площадку, детские кружки.

Дача Леви простояла один век – совсем не много для зданий. Можно сказать, дом погиб молодым, в самом расцвете сил. Но гибель его оказалась последней каплей, запустившей процесс, который, быть может, спасет многих других. По оценкам Елены Травиной, только в Курортном районе найдется еще полторы сотни деревянных дач, которые стоят того, чтобы бороться за их существование.