Кровавый майор

29 октября 2003 10:00

Четыре года понадобилось суду Ленинградского военного округа, чтобы рассмотреть дело по обвинению в нескольких убийствах майора Григория Малярова. Сын бывшего заместителя командующего ЛенВО и бывший зять бывшего городского прокурора получил 25 лет колонии строгого режима с лишением всех воинских званий.



В самый канун 1999 года опергруппа уголовного розыска Московского РУВД после многочасового ожидания в засаде на квартире задержала майора по подозрению в кровавом двойном убийстве. На тот момент Маляров уже находился под следствием по другому делу об убийстве, но почти все время этого первого следствия он проходил на свободе под подпиской о невыезде...
Григорию Малярову в жизни везло. Отец его дослужился до звания генерал-майора и должности заместителя командира Ленинградского военного округа. Сам Григорий тоже пошел по военной стезе, став в конечном итоге преподавателем военной кафедры Академии аэродинамического приборостроения. Получил майорские звездочки. И в личной жизни удача поначалу ему улыбалась: первой его супругой стала дочь бывшего прокурора Санкт-Петербурга (затем прокурора Северо-Западного пограничного округа, а ныне - начальника главного управления Минюста по Санкт-Петербургу и Ленинградской области) Владимира Еременко. Вскоре в семействе Маляровых родился сын. Молодая семья хлопотами тестя получила квартиру в новом доме на Комендантском проспекте.
Но генеральский сын и прокурорский зять оказался большим любителем выпить. К тому же, судя по дальнейшим событиям, и в интимных связях был достаточно неразборчив.
Вначале рухнула семья. Жена, забрав сына, вернулась в большую отцовскую квартиру на Невском, оставив Малярова в их квартире. Григорий горевал не слишком долго (по крайней мере, свою задолженность по выплате алиментов на сына он выплатил лишь тогда, когда уже находился под следствием и как в воздухе нуждался в положительных характеристиках). Вскоре в квартире появилась его очередная пассия - студентка 22 лет. И все же водку Маляров любил, пожалуй, больше женщин, из-за чего постоянно попадал в какие-то приключения...
Вечером 24 февраля 1998 года Маляров заглянул «по-соседски» в квартиру 108 к сержанту транспортной милиции Алексею Крюкову. Алексей в это вечер был с невестой, сестрой, матерью и приятелем. Малярова пригласили за стол, угостили пивом... Вскоре после его ухода хозяева заметили пропажу магнитофона и денег. Алексей с приятелем, сестрой и невестой отправился к соседу поговорить. Разговор получился долгим, и пока мужчины беседовали, девушки вернулись в свою квартиру.
Майор признался, что именно он взял магнитофон. Нашлась и пропажа - во встроенном шкафу в коридоре. Все вроде бы было спокойно. Но тут в поведении Малярова произошел резкий перелом. Возможно, его взбесил намек на пропавшие деньги. Маляров схватился за нож. Своим противникам он нанес около трех десятков ножевых ранений. Обливаясь кровью, парни бросились в свою квартиру, Маляров бежал следом, размахивая ножом.
Алексей скончался в машине «скорой помощи», его приятель чудом выжил.
Маляров заперся в своей квартире и дрожал за железной дверью, запертой на все замки. Он так и не открыл дверь милиционерам: группе захвата пришлось штурмовать квартиру через соседский балкон. Малярова они нашли, скорчившегося в ванной, пьяного и перепуганного.
Майор оказался в «Крестах». Правда, ненадолго. Уже через полтора месяца расследовавшего дело следователя отстранили от дела, а на его место назначили нового. Который... изменил Малярову меру пресечения на подписку о невыезде. (Первый следователь ни в какую не хотел выпускать подозреваемого на волю.) Маляров вышел на свободу. Да и как было не выпустить, когда за Григория - «грамотного и подготовленного специалиста» (строки из характеристики с места работы) так просили его коллеги по кафедре. И, думается, не только они, поскольку обычно прокуратура к таким просьбам коллег и родственников сидящих за решеткой даже по подозрению в совершении менее серьезных преступлений не столь внимательна. Главный аргумент в освобождении Малярова под подписку у следователей из военной прокуратуры был в том, что «Маляров не представлял опасности для общества»...
Ранним утром 29 декабря 1998 года в одной из квартир дома 5 по Московскому шоссе были обнаружены два женских трупа и тяжелораненый мужчина. Женщины были избиты и зарезаны, а мужчина получил сотрясение мозга от нескольких ударов сковородой по голове. Мужчина и одна из женщин были хозяевами этой квартиры: бывшими супругами, находившимися в разводе. Женщина подрабатывала проституцией, ее гостья, лет тридцати, также была представительницей древнейшей профессии.
Из разрозненных показаний единственного оставшегося в живых потерпевшего складывалась такая картина произошедшего.
29 декабря хозяйка познакомилась на улице с 34-летним мужчиной, которого пригласила к себе, сговорившись на «полную программу обслуживания». Единственное, что она смогла о нем узнать, это то, что зовут ее нового знакомого Гришей. Закупив спиртного, они пришли в квартиру. Туда же вскоре пришла и молодая подруга хозяйки. Гость быстро переключил свое внимание на более молодую даму, но она отвергла его ухаживания. Хозяйка стала упрекать гостя в том, что он пристает к подруге. Гость начал скандалить, и словесная перепалка переросла в потасовку. Мужчина стал избивать женщин. Когда хозяин попытался за них вступиться, то получил несколько ударов сковородой по голове. А гость, зарезав женщин, покинул квартиру.
По всем приметам выходило, что Гриша, за которым по Петербургу протянулся кровавый след, и майор Григорий Маляров - одно лицо.
Дело о двойном убийстве было возбуждено Московской районной прокуратурой Петербурга. Но через несколько дней после ареста Малярова дело передали в военную прокуратуру Петербургского гарнизона, где его материалы были присоединены к уже имевшемуся делу по убийству. Дело дошло до суда и закончилось приговором через четыре с лишним года...

Александр САМОЙЛОВ