Материалы петербургской редакции доступны на сайте федеральной «Новой газеты»
Зеленая сегрегация

Зеленая сегрегация

2 марта 2015 10:20 / Общество

Деревья Петербурга поделены на две неравноправные группы, и обеим живется несладко

По словам начальства всех рангов, количество зеленых насаждений в городе намного ниже нормы, они нуждаются в охране и восстановлении. Но это на словах. На практике же ни одно отдельно взятое дерево не находится в безопасности, и если бы не стихийная «народная воля» и протесты горожан по поводу каждого уничтожаемого скверика, дышать в городе стало бы уже нечем.

Похожая ситуация была не так давно и с исторической застройкой: про весь город начальство признавало, что он бесценен, но каждый дореволюционный дом, каждый отдельный Англетер у тех же людей обязательно оказывался «рухлядью». В результате горожанам пришлось создать сначала «Группу спасения памятников», потом «Живой город», и теперь слова «Да кому нужен этот прогнивший клоповник?», кажется, ушли в неславное прошлое.

К сожалению, появление аналогичного объединения в защиту зеленых легких Питера пока впереди. Хотя необходимость в нем более чем назрела: любой каштан или дуб, по словам застройщиков, обязательно «гнилушка», «дерево-угроза», «жуткий бурелом» и т. п.

Несколько лет назад вся городская зелень подверглась сегрегации на «бар» и «Золушек». При этом даже бар – сады и парки – жильцам окрестных кварталов постоянно приходится спасать. Что уж говорить о внутриквартальных посадках, питающих кислородом наши квартиры, но кем-то бесстыдно отнесенных к зелени второго сорта?

Вот что рассказал «Новой» Красимир Врански, создатель объединения неравнодушных горожан «Красивый Петербург»: «Наша группа создавалась как охватывающая любые проблемы благоустройства – дороги, чистота, инфраструктура, транспорт… Зеленые зоны, конечно, тоже. Но они для нас лишь одна из сотен проблем. Призыв SOS звучит регулярно, несанкционированные рубки вспыхивают то тут, то там. В норме городские законы должны предусматривать оперативное вмешательство, городские службы всегда должны быть готовы прибыть на место незаконного уничтожения зеленой собственности города. Но ничего подобного, увы, не происходит. Те законы, что есть, почти не срабатывают, других, необходимых как воздух, до сих пор не прописано. Главное – нет политической воли сделать городскую зелень полноправной частью охраняемого ЮНЕСКО города-памятника. Слишком многим выгодно держать ее на положении приживалки».

По словам Красимира, в результате почти при каждом незаконном посягательстве на нашу зелень предусмотренный законом порядок ее охраны не срабатывает.

Даже в случаях, когда все документы в наличии, все согласовано, наши застройщики не могут хоть чего-нибудь не нарушить. Вот, например, недавно заимствованная Петербургом у столицы долгожданная норма закона, обязывающая перед любой валкой деревьев проинформировать об этом жителей путем выставления информационного щита – не менее чем за пять дней.

«Практически я еще ни разу не видел, чтоб это было выполнено! – утверждает Врански. – Люди просыпаются от визга пил, выглядывают в окна, видят уничтожаемую зеленую зону (да даже и отдельное дерево, оживлявшее каменный мешок). Бегут во двор, на ходу звоня в прессу, возникает перебранка, скандал, потому что вальщики ни о каких правах граждан ни от кого не слыхали и просто посылают жителей подальше. А это незаконно! Таким образом, даже если снос согласован, он перестает быть законным, как только одного жильца отшили, отказавшись показать порубочный билет или отделываясь словами, что билет «в конторе», «у начальства», «скоро подвезут». В законе жестко сказано: «Порубочный билет всегда находится на месте работ и предъявляется по первому требованию». Строители наши об этом даже не слыхали, да и полиция, как правило, тоже. Мало того, с 2014 года даже при наличии билета на месте спила и при его немедленном предъявлении – работы остаются незаконными, если за пять дней не был выставлен щит с исчерпывающей информацией, дающей возможность жильцам спокойно, без паники и звонков в «02» убедиться в том, что деревья пилят в их интересах. А если они не согласны с основаниями для этих действий, то заранее в цивилизованной форме оспорить это решение.

Пока жильцы лихорадочно обрывают телефоны УСПХ – оно футболит их в МО, МО – обратно в УСПХ, телефоны дежурного районного прокурора и природоохранной прокуратуры традиционно молчат. В результате, не справившись сами, люди звонят в «Красивый Петербург».

«Тогда я сам начинаю обзванивать верха, – рассказывает Красимир. – К счастью, мое имя уже знакомо во многих комитетах Смольного. Удается в ручном режиме выходить на начальство, оно прибывает на место скандала и приказывает работникам показать жильцам документы. Те, так уж и быть, раз САМ просит, показывают – и никакой ответственности за свое незнание закона, за незаконный отказ показать бумаги добровольно они не несут. Ведь полиция, которая обязана была пресечь вышеописанное нарушение 9-й статьи Закона «О зеленых насаждениях в Санкт-Петербурге», знать не желает не только об изменениях в этот закон от 24.06.07.2014, но и о существовании такого закона вообще!»

Как рак?

И в 2014-м, и в только начавшемся 2015 году жители Ульянки и Дачного обращались в «Новую», прося остановить превращение Воронцовского сквера в ряд вертикально стоящих чурбанов: обкорнали уже значительную часть деревьев.

«Почему нельзя оставлять тополям небольшую крону, хотя бы короткие ветки? Противно теперь гулять под этими калечными обрубками, – рассказала нам жительница соседнего со сквером дома Валентина Петрова. – Во дворах тоже скоро не погуляешь: ежегодно нам сносят десятки деревьев, но за двадцать лет ни одного кустика во дворах не посадили! Например, в 2013 г. спилили все прекрасные, абсолютно здоровые ивы, оставив лишь тополя. А тополя можно уничтожить все до единого в любой момент под предлогом аллергии у бабушки какого-нибудь владельца трех машин в семье, которые чисто случайно негде парковать». Под обращение об остановке варварской вырубки уже собрано около сотни подписей.

За комментарием «Новая» неоднократно обращалась в ОАО «СПП «Нарвское». Но инженер Виктор Мирославович Гускало (только он уполномочен согласовывать внутридворовые рубки муниципальному образованию «Дачное») ни до каких ответов ни разу не снизошел. Удивительно, но если верить этому специалисту, то он не знает даже… телефонов своих подчиненных и имен своего начальства. «Есть мастера по участкам, им и звоните! Нет, я не знаю мастера вашего участка!» – несколько раз прокричал он и бросил трубку.

А вскоре мы получили новое возмущенное письмо от жителей: «Нашу аллею, на изуродование которой мы жаловались вам осенью, окончательно решили погубить. В январе приехали, видимо, те же «садовники» и… садистски обстругали и так голые обрубки деревьев второй раз за полгода! Уничтожили тончайшие прутики, которые только к сентябрю сумели пробиться сквозь кору! Что это, если не прокрутка денег?»

При повторном звонке инженеру Гускало наш корреспондент услышал только одно: «Да что вы вцепились-то в меня, как рак?!» После чего трубка была традиционно брошена.

Садоводы или древохантеры?

В дальнейшем у главного инженера СПП «Нарвское» Александры Левицкой мы выяснили, что они не собираются останавливаться на достигнутом. В их ближайших планах – превратить в ряды голых вертикальных бревен весь сквер, включая три входящих в него охраняемых памятника: объекты культурного наследия регионального значения – Парк дачи Шереметевых, Пруды усадьбы Р. И. Воронцова и Дачу и пруды Брюса.

«Там такие деревья страшные! – пугала нас Александра Левицкая – Ивы эти над прудами наклонились, ужас!» «Да ведь ивам и положено наклоняться над прудами, почитайте, что ли, хоть Пушкина», – недоумевали мы. «Да ивы эти я до сих пор КГИОП не могу уговорить все убрать», – пожаловалась главный инженер и перешла к эмоциональному описанию еще более «страшных» остальных деревьев, украшающих собой чудесные пруды и тоже находящихся пока под защитой Комитета по охране памятников. Надолго ли, при таком-то лесопильном раже?

Мы повторно задали вопрос о целесообразности ежеквартального обстругивания уже обструганных по самое бревно бывших деревьев. «Вы что, на коррупцию намекаете?» – неожиданно НЕ удивилась главный инженер. – «Как можно! Мы? Нет! Вот жильцы, те намекают. Но мы-то даже вроде и намекнуть не успели». – «Да ради бога, пишите: больше одной тыщи на этом омоложении в карман не положишь», – огорошила нас представитель садово-парковой службы.

При таком отношении городских служб к зелени люди уже поняли, что у них нет другого выхода, как идти по следу «Живого города» – создать мощное общегородское общественное объединение защитников зеленого фонда. На данный момент всех желающих приглашают пока в группу «Под окнами рубят деревья!». А также в тему «Сообщения о вырубке деревьев во дворах, на улицах, в скверах, садах и парках» в сообществе «Красивый Петербург».