В "деле Умарали" дошли до очных ставок
Фото: Мать Умарали, Зарина Юнусова в квартире на Лермонтовском, 5

В "деле Умарали" дошли до очных ставок

10 декабря 2015 18:16 / Общество

10 декабря петербургские следователи должны провести первые очные ставки по делу о смерти пятимесячного Умарали Назарова

Делается это с большим опозданием – спустя почти два месяца после того, как сын мигрантов из Таджикистана Зарины Юнусовой и Рустама Назарова был насильно разлучен с мамой и через несколько часов умер в петербургской детской больнице имени Цимбалина.

На этой неделе адвокаты обжаловали выдворение Зарины из России. Напомним, решение о депортации Юнусовой и запрете ей въезда в страну на пять лет 13 октября вынес Октябрьский районный суд, а 12 ноября, рассмотрев апелляционную жалобу, оставил в силе Городской суд Петербурга. Поэтому в ночь с 15 на 16 ноября Зарина вместе с телом Умарали улетела из Петербурга в Душанбе. Согласно решению суда, Юнусова должна была покинуть северную столицу не позднее 17 ноября. А на 16 ноября у матери Умарали были назначены очные ставки с сотрудниками ФМС и полицейскими, разлучившими ее с малышом. Но петербургская таджикская диаспора 14 ноября провела координационное совещание и приняла решение отправить Зарину на родину, не дожидаясь этих следственных действий.

Защитники потерпевших Юрий Серов и Ольга Цейтлина в надзорной жалобе просят изменить или отменить решение суда о выдворении Зарины Юнусовой из России за нарушение миграционного законодательства по крайней мере до завершения следствия по делу о смерти Умарали. Как пишут юристы: «Только отмена этого наказания способна дать возможность потерпевшей активно участвовать в следственных действиях, а государству – выполнить свою обязанность по эффективному расследованию нарушения права на жизнь». В документе говорится о нарушении прав потерпевшей (отсутствии возможности давать показания, следить за ходом расследования и участвовать в нем), а также о том, что в отношении Зарины Юнусовой нарушены ст. 2 и ст. 8 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод. Поскольку во время разбирательства у нее был насильственно отобран пятимесячный сын, который без матери был помещен в больницу, где и умер.

«Надзорная жалоба должна быть рассмотрена заместителем председателя горсуда Михаилом Павлюченко в течение трех месяцев, – объясняет Ольга Цейтлина. – Но даже если вдруг он ее удовлетворит, процесс возвращения Зарины в Россию со всеми формальностями займет еще не менее полугода. Понятно, что время в этой ситуации работает против нас: еще через шесть месяцев уже никто в деталях не вспомнит всего, что случилось, и дословно всего, что было сказано 13 октября».

По сведениям «Новой», 11 декабря следователи планируют провести очные ставки между главным свидетелем событий, приведших к трагедии, Далером Назаровым (17-летним родственником Зарины, которого задержали вместе с ней), сотрудниками ФМС и полицейскими. Затем очные ставки предстоят Рустаму Назарову и Мехринисо Назаровой, бабушке младенца. 13 октября, после задержания Зарины и Далера, отец Умарали тоже приезжал в отдел полиции № 1 Адмиралтейского района, но Рустама, по его словам, даже не пустили на порог и не отдали ему сына. Мехринисо привезла полицейским документы – паспорт Зарины, свидетельства о рождении Умарали и Далера. Но с бабушкой также, по ее рассказам, не церемонились и не позволили ей не то что забрать, но даже покормить внука.

9 декабря Далера вновь допросили следователи. Во время этого визита в следственный отдел Цейтлина пыталась заявить несколько ходатайств об ознакомлении потерпевшей стороны с документами. В частности, с постановлением о возбуждении уголовного дела, о признании Рустама Назарова потерпевшим, о назначении всех проводимых в рамках следствия медицинских исследований и экспертиз, а также с медицинскими документами Умарали, изъятыми следствием и имеющимися в деле. Однако во всех просьбах адвокату было отказано.

«Это незаконно, но это не удивительно, – прокомментировала «Новой» Цейтлина. – Изначально было понятно: раз сразу никому не предъявили обвинение, никого даже не назвали подозреваемым, значит, это будет волокититься годами. Здесь же нет условий неочевидности. Напротив, есть конкретные люди, есть имена. Нет никакого интереса в расследовании…»

Нет комментариев

К этому материалу еще нет комментариев

Написать комментарий

Вы также можете оставить комментарий, авторизировавшись.