Радиоактивные танцы с судьями
Фото: Снос центра «Прикладная химия» / РИА Новости

Радиоактивные танцы с судьями

27 сентября 2017 09:17 / Общество

В центре Петербурга несколько лет существует свалка опасных отходов.

После сноса в 2011 г. комплекса зданий ФГУП РНЦ «Прикладная химия» на проспекте Добролюбова образовался склад зараженных грунтов и стройматериалов площадью почти 10 гектаров.

Токсины на «президентской» территории

Десятки лет территория Государственного института прикладной химии (ГИПХа) подвергалась химическому и радиоактивному воздействию: институт занимался разработкой и опытным производством токсических веществ – в частности, ядовитого гептила для ракетного топлива. При подготовке проекта «Набережная Европы» ЗАО «ВТБ-Девелопмент» заказало исследование, показавшее, что грунты насыщены тяжелыми металлами и токсинами на глубину до 10 м, а допустимые концентрации свинца, ртути, сурьмы, фтора, бензопирена превышены в несколько раз. Содержание пестицида ДДТ в некоторых местах превышает предельно допустимую концентрацию в 165 раз. Площадь загрязнения ртутью – более 3 тысяч квадратных метров. Кроме того, 0,25 кв. м загрязнены радиацией (радионуклид – радий-226). Эпицентр заражения находится на глубине 0,2 м, объем загрязненного грунта – 0,05 куб. м.

Экоактивисты и депутаты несколько лет требуют рекультивировать территорию. Однако свалка размером с небольшую гору (около 1,5 миллиона кубометров) по-прежнему высится за хлипким строительным забором. В ближайшее время там должно начаться строительство, все разрешения выданы.

Когда инвестиционный проект «Набережная Европы» накрылся, «ВТБ-Девелопмент» передал участок Управлению делами Президента РФ. Дирекция по строительству и реконструкции объектов в СЗФО скоро приступит к возведению на нем комплекса административных зданий для Верховного суда РФ. Будет здесь и элитное жилье для судей, и даже здание Дворца танцев Бориса Эйфмана. Но влиятельный заказчик не прикладывает никаких усилий к обеззараживанию территории.

Зараженный участок угрожает и соседним территориям. Согласно уже приведенному исследованию, идет вторичное загрязнение грунтов, а дождевые воды попадают в Малую Неву и далее – в Финский залив.

Так выглядит территория свалки сегодня // Фото: fontanka.ru

Опасные отходы – это выдумки?

Однако по мнению официальных ведомств, свалка ГИПХа не опасна. Как ответила на запрос Гринпис замначальника департамента Росприроднадзора по СЗФО Н. А. Боброва, «после демонтажа зданий и сооружений ФГУП РНЦ «Прикладная химия» осуществлена ликвидация опасных производств и источников загрязнения, отрывка двух лидерных котлованов и вывоз образовавшегося строительного мусора и отходов на полигоны Ленинградской области». Однако уже в следующем абзаце представитель ведомства сообщает, что отходы ГИПХа на участке все-таки остались: «По состоянию на 23.06.2017 на территории строительной площадки находится дробленый бетон и кирпич в объеме 90 тысяч кубометров, образовавшийся от разборки зданий бывшего завода ГИПХ». Его предполагается использовать «при строительстве временных дорог и площадок». По мнению чиновницы, данные отходы опасности для здоровья жителей не представляют: «Извлекаемые грунты относятся к IV (малоопасные) и V (практически не опасные) классам (…) По радиационным загрязнениям пробы грунта соответствуют нормативным значениям».

Более того, Росприроднадзор полагает, что хозяин стройплощадки – Управделами Президента – не обязан платить за размещение отходов на своей территории, как того требует ст.16 7-ФЗ «Об охране окружающей среды». В ответ на запрос Гринпис ведомство сообщило, что «отвал грунтов и строительных отходов на участке не является объектом размещения отходов», так как лишен «специально оборудованного сооружения». Получается, что если отходы хранятся не на специальном полигоне, а просто свалены кучей (что гораздо опаснее для окружающей среды), то и платить за вредное воздействие свалки не нужно.

Комитет по природопользованию, охране окружающей среды и обеспечению экологической безопасности Петербурга тоже ничего страшного в существовании свалки ГИПХа не увидел. Представитель Управделами Президента в СЗФО М. Г. Осипов заявил, что «информация о якобы имеющихся полутора миллионах кубометров отходов не соответствует действительности». Добавим, что реабилитационные мероприятия после сноса зданий получили положительное заключение СПбГАУ «Центр государственной экспертизы», а проект строительства комплекса для Верховного суда одобрен ФАУ «Главгосэкспертиза России».

Почему же данные независимых и «официальных» экспертов столь кардинально расходятся? Может быть, токсичные и радиоактивные грунты с территории действительно вывезли, а то, что осталось, и впрямь не представляет опасности?


В расследовании известного экожурналиста Виктора Терешкина в 2013 году был сделан вывод, что сотни кубов ядовитого грунта были нелегально закопаны в отработанных песчаных карьерах, а то и просто на бывших сельхозземлях Всеволожского района Ленинградской области.


Но учитывая горы грунта, очевидно, что вывезли не всё. Если представить, что все официальные лица хором врут, то почему?

Депутат ЗакСа Максим Резник полагает, что эта ложь имеет психологическую природу: «Чем дольше длится вранье, чем больше одного вранья громоздится на другое, тем сложнее сказать правду. Потому что сразу возникнет вопрос: почему правду не сказали раньше? У официальных экспертов возникает чувство страха, в том числе, быть может, перед президентом Путиным, все-таки это его родной город. И чувство страха пересиливает чувство долга. Возникает заговор молчания, который не прорвать».

А может, дело банально в деньгах? Еще в 2000-х годах проект рекультивации оценивался в 2,5 млрд рублей. Не менее 1652 кубометров грунтов должны быть утилизированы на полигоне опасных отходов, а радиоактивные вещества – захоронены в специальном могильнике. Если опасные отходы на территории еще остались, то неудивительно, что застройщик пытается избежать финансовых и организационных затрат (так, после закрытия полигона Красный Бор вывозить опасные отходы приходится дальше и, соответственно, дороже, да и хранилища радиоактивных отходов ФГУП «РосРАО» в Сосновом Бору переполнены).

Фото: greenpeace.org

Кроме того, признание существования опасной свалки автоматически означает, что за вредное воздействие на окружающую среду надо платить. А также следует как минимум административная ответственность: действующее законодательство запрещает размещение отходов (а тем более опасных) на объектах, не внесенных в государственных реестр.

Директор по программам Гринпис России Иван Блоков честно признался, что совершенно не понимает, почему Управделами Президента не может грамотно и в соответствии с законом утилизировать эти отходы: «Ответственно заявляю, что техническая возможность сделать это есть. Да, после закрытия Красного Бора везти отходы придется значительно дальше, но в нашей стране даже для отходов I (наивысшего) класса опасности существует 3–5 полигонов, для других классов – гораздо больше. Может, в смете просто забыли заложить на это бюджетные деньги?» Блоков сомневается, что все опасные отходы вывезли из центра города. Хотя бы потому, что нет технической возможности ювелирно отделить опасное от неопасного.

Депутат Максим Резник обратился к губернатору с требованием в кратчайшие сроки подготовить проект рекультивации свалки и провести его публичное обсуждение.



vkontakte twitter facebook youtube

Подпишись на наши группы в социальных сетях!

close