Материалы петербургской редакции доступны на сайте федеральной «Новой газеты»
Потеряли отходы

Потеряли отходы

5 марта 2018 12:17 / Экология

Полномочия по приему опасных отходов передали из одного комитета в другой, после чего выяснилось, что часть вредного теперь не принимает никто.

Несколько лет Комитет по природопользованию Смольного приучал горожан сдавать опасные отходы – батарейки, ртутные лампы, старую электронику, негодные лекарства – отдельно от общего мусора. Сознательные граждане настолько подсели на эту повинность, что, когда в начале 2018 года система претерпела реформы – изменились адреса пунктов, формат приема, а также уменьшился список того, что можно сдать, – они оказались в полном недоумении.

21 февраля выяснилось, что привычные вагончики с надписью «Правительство СПб. Экопункт» уезжают навсегда: контракт ГУП «Экострой» с Комитетом по природопользованию, охране окружающей среды и экологической безопасности Петербурга (КПООС) закончен. Более того, полномочия по приему опасных отходов перешли к другому ведомству – Комитету по благоустройству.

Комитет по благоустройству эстафету принял и разъяснил, какие нас ждут новшества. На первый взгляд, причин для беспокойства нет. Вагончиков по старым адресам больше не будет, теперь принимать опасные отходы будут с помощью экобоксов, которые расставят около социальных учреждений – школ, поликлиник, библиотек. Адреса вывешены на сайте комитета. Боксы существовали и раньше, но теперь, по словам заместителя председателя КБ Кирилла Пащенко, число их увеличится с 210 до 381. Также вырастет число рейсов экомобиля – передвижного пункта приема. Теперь машин будет не две, а семь, и остановок в течение месяца станет больше. Например, согласно графику на сайте комитета, 6 марта экомобиль сделает 18 стоянок по часу каждая в Невском районе. И так со всеми городскими районами. Раньше стоянок было меньше, и обслуживались они с меньшей периодичностью.

Экопункт в Купчино // Фото: gov.spb.ru

Однако есть одно большое но – и боксы, и экомобили будут принимать «базовый набор» опасных отходов – батарейки/аккумуляторы, ртутные лампы и градусники. Раньше список был гораздо шире. На вопрос «Новой», почему нельзя было сохранить эковагончики, которые принимали отходы по гораздо более широкому списку, Пащенко ответил, что КПООС не передал Комитету по благоустройству правоустанавливающие документы на участки для этих вагончиков. А без документов даже фургон на колесах поставить нельзя (так делают все кому не лень, но по закону – нельзя). Получается, что все экофургоны КПООС, а точнее, подведомственного ему ГУП «Экострой» (стоявшие, например, у метро «Гражданский проспект» или на углу Будапештской и Белы Куна) несколько лет подряд занимали свои места на птичьих правах?

В КБ начали писать новую историю про отходы. Даже дизайн экобоксов теперь другой, и оператор приема тоже. Старый – ГУП «Экострой» – в тендере даже не участвовал. Нынешний победитель – ООО «Экологический сервис – Санкт-Петербург» – был единственным участником конкурса. Но с точки зрения горожан, оба комитета – ветви одной и той же городской власти, и им не очень понятно, почему она вдруг перестала принимать те виды опасных отходов, которые принимала раньше. И более того, сама же объявляла их запрещенными для выбрасывания в урну. Вот, например, прошлогодняя листовка КПООС гласит: «Не выбрасывай в урну лекарства с истекшим сроком годности, бытовую химию, краски, масла, бытовые приборы и оргтехнику, покрышки автомобильные». (Это помимо стандартного набора.) Законопослушные и совестливые горожане к этому привыкли. А с передачей полномочий Комитету по благоустройству выясняется, что все перечисленное сдать уже некуда.

Кирилл Пащенко сослался на закон: КБ в рамках своих полномочий может принимать опасные фракции только из состава коммунальных ТБО – твердых бытовых отходов. Жидкая бытовая химия – это не ТБО, лекарства относятся к медицинским отходам, автопокрышки – отходы хоть и твердые, но не коммунальные. Против оргтехники вроде нечего сказать, но ее тоже не принимают. Зампред думского комитета по экологии Сергей Боярский уточнил, что возможность сдать все вредное и опасное у населения теоретически есть, но это стало гораздо сложнее: покрышки нужно везти на предприятие, где их перерабатывают, а принимать лекарства с истекшим сроком годности обязан завод, который их произвел. Пащенко напомнил, что выбрасывать в общий контейнер строительные отходы граждане формально не имеют права: они обязаны заключить договор и заплатить за вывоз.


Иными словами, у жителей есть выбор: либо потратить много сил и денег, чтобы выполнить закон, либо на все наплевать и жить как раньше.


«Людей приучили, что эти опасные отходы выбрасывать в общий мусор нельзя, что мы обязаны их сдавать, а потом лишили возможности это сделать», – сетует активистка движения «Раздельный сбор» Мария Кочубей. Получается, что теперь мы лишены возможности выполнять закон – нас фактически снова понуждают его нарушать.

Можно, конечно, рассуждать цинично: число пострадавших от реформы – мизерная доля населения Петербурга. Уровень экологической сознательности граждан оставляет желать лучшего. Большинство не то что старый компьютер выбросить не посовестятся, а и батарейки не подумают куда-то сдать. Так, может, и не стоит гнать волну, если раздельная сдача никому реально не нужна? С одной стороны, да. С другой – пока не будет возможности сдавать компьютеры и лекарства, привычка это делать точно не появится. Так что возникает вопрос к правительству СПб – почему при передаче полномочий в КБ за Комитетом по природопользованию не оставили прием того, с чем имеет право работать только он? Почему КБ не может принимать одно, а КПООС – другое?

В Комитете по благоустройству нам сообщили, что с 1 января 2019 года региональный оператор по обращению с ТБО будет обязан установить на всех мусорных площадках во всех дворах специализированные контейнеры для опасных отходов. Правда, кидать в эти контейнеры можно будет все тот же набор – батарейки/аккумуляторы, ртутные лампы и градусники. Может быть, следом за этим чиновники смогут разобраться, куда гражданам девать старую оргтехнику, жидкую химию, покрышки, лекарства и т. д.