Материалы петербургской редакции доступны на сайте федеральной «Новой газеты»
Не хочу отвечать за чужую безалаберность
Фото: ледокол «Виктор Черномырдин» / korabel.ru

Не хочу отвечать за чужую безалаберность

15 марта 2021 10:57 / Судебная хроника

Суд поставил точку в деле о пожаре на ледоколе «Виктор Черномырдин». Признанный виновным в пожаре надеется, что это лишь запятая.

Октябрьский районный суд Петербурга приговорил Константина Гомзикова к штрафу в 50 тысяч рублей и освободил от наказания в связи с истечением срока давности.

…Взрыв на строящемся дизель-электрическом ледоколе «Виктор Черномырдин» прогремел вечером 27 ноября 2018 года. Следом загорелось разлившееся дизельное топливо. Пламя охватило около 300 квадратных метров. Ущерб ледоколу, согласно материалам следствия, составил 423 млн 991 тыс. рублей. По факту взрыва было возбуждено уголовное дело по статье 216 УК РФ (нарушение правил безопасности при проведении строительных или иных работ).

Как выяснилось во время следствия, вечером 26 ноября 2018 г. на ледокол стали закачивать дизельное топливо. В тот день залить успели всего 3,6 тонны, после чего вышли из строя насосы. В результате в цистерне образовалась воздушная пробка, наполненная нефтяными испарениями. На следующий день рядом с полузагруженной емкостью всю дневную смену работала газорезательная аппаратура, нагревая паровоздушную пробку. 27 ноября в 18:42 произошел взрыв, после которого загорелось разлившееся топливо, что привело к возникновению пожара третьей категории сложности.

Северо-Западное следственное управление на транспорте СК РФ довольно быстро нашло виновных. Ими оказались технологи отдела строителей № 2 Константин Гомзиков и Максим Туленков. Следствие посчитало, что они не только полностью отвечали за все проводимые на строящемся корабле действия, но и обязаны были контролировать соблюдение мер безопасности.

Туленков признал вину еще на стадии следствия, и уголовное дело в отношении него было прекращено «за примирением сторон». Гомзиков брать на себя чужую, по его мнению, вину не захотел и не признался в том, что именно по его вине возник пожар.

«К закачке топлива на строящийся корабль лично я никакого отношения не имею, — рассказал «Новой» Константин Гомзиков. — Я понятия не имел, что в цистерну, возле которой с помощью нагрева выравнивали палубу, накануне было топливо закачано. Потому и согласовал разрешение на проведение сварочных и газорезательных работ 27 ноября.

 


Никакой вины за собой не чувствую, а отвечать за чужую безалаберность и портить себе биографию наличием судимости не намерен».


«Следствие проводилось не с целью установить истину, а с целью найти крайнего не из числа руководящего состава предприятия… В деле намеренно оставлены лишь те доказательства, которые подтверждают версию следствия… В уголовном деле нет ни одного доказательства причастности моего подзащитного к совершению инкриминируемого ему преступления. Обвинение строится на предположениях и догадках, в деле отсутствуют документальные доказательства, в том числе и об осведомленностимоего подзащитного о приемке топлива на борт, что является необходимой составляющей для привлечения его к уголовной ответственности», — заявила в прениях адвокат Гомзикова Наталья Турапина

Несмотря на то что суд назначил довольно мягкое наказание (по ст. 216 УК РФ предусмотрено наказание до трех лет лишения свободы), а затем вообще освободил от штрафа в связи с истечением срока давности, Гомзиков и его адвокат остались недовольны приговором: он предусматривает наличие судимости и освобождение от наказания не по реабилитирующим, а по временным рамкам. По словам адвоката, приговор будет обжалован в вышестоящей инстанции.