Материалы петербургской редакции доступны на сайте федеральной «Новой газеты»
Золотое дно спортивных объектов
Фото: kolpino.ru. Проект ледового дворца в Колпино

Золотое дно спортивных объектов

8 апреля 2021 11:57 / Общество

В пригороде Петербурга Колпино развернулась настоящая война за право строить ледовый дворец. В «боевые действия» оказались втянуты благотворительные фонды, Газпромбанк и ФСБ

Ледовый дворец в Колпино собирались строить еще в начале 2000-х. В 2001 году благотворительный фонд «Детский спортивный хоккейный клуб «МКМ» (БФ ДСХК «МКМ», объединяет несколько детских и юношеских хоккейных команд) получил участок под спорткомплекс. Но до реального дела дошло лишь в декабре 2017-го: тогдашний вице-губернатор Петербурга Игорь Албин торжественно заложил первый камень в фундамент дворца. Примерная стоимость будущей ледовой арены оценивалась в 500 миллионов рублей.


Многочисленные уголовные дела последних лет, в том числе и доведенные до суда, показывают, что при строительстве крупных объектов сумма откатов доходит до 30 процентов, стоимость строительства может завышаться в два раза, дорожают материалы. Так, например, при сумме тендера в 425 млн рублей на откат уйдет 130 млн (30%). Но даже оставшихся денег хватит, чтобы построить объект и получить прибыль примерно в 40%.


Неудивительно, что на право контролировать «освоение» денег на строительство ледового дворца нашлось несколько претендентов, в основном люди далекие от хоккея, зато прекрасно знакомые с методиками поглощения бизнеса.

Пригрел…

БФ ДСХК «МКМ» был образован в 1994 году. Президентом фонда стал Дмитрий Матвеев, сын заслуженного тренера России Бориса Матвеева, поставившего на коньки многих мастеров спорта и будущих чемпионов. Матвеев-младший с детства занимался хоккеем, с 1977 по 1982 год играл за молодежный состав СКА. Ушел в бизнес, но от хоккея уйти не удалось. В 1994 году, когда существование детско-юношеских команд «Большевик» и «Ижорец» было под угрозой, Матвеев-младший по просьбе отца организовал фонд, нашел спонсоров и не дал умереть хоккейной площадке в Колпино.

В 2011 году к нему пришел некий Борис Александрович Чалов, представился полковником ФСБ и действующим помощником Путина и попросил научить его играть в хоккей. Постепенно их отношения переросли в приятельско-деловые, и в 2013-м Чалов предложил Матвееву попросить Газпромбанк стать генеральным спонсором фонда. Используя неформальные отношения с руководством банка, Чалов добился того, что с 2013 года банк стал переводить в фонд Матвеева в среднем по 50 млн рублей в год.

После заключения договора с Газпромбанком Матвеев стал считать Чалова главным попечителем фонда и выполнял его поручения. Так, в 2018 году только на перелеты Чалова фонд потратил около 500 тысяч рублей. А его супругу с 2013 года оформили в фонд консультантом.

Вице-губернатор Игорь Албин, президент БФ «Детский спортивный хоккейный клуб «МКМ» Дмитрий Матвеев и глава администрации Колпинского района Санкт‑Петербурга Анатолий Повелий на церемонии закладки первого камня ледового дворца 14 декабря 2017 г. Фото gov.spb.ru Вице-губернатор Игорь Албин, президент БФ «Детский спортивный хоккейный клуб «МКМ» Дмитрий Матвеев и глава администрации Колпинского района Санкт‑Петербурга Анатолий Повелий на церемонии закладки первого камня ледового дворца 14 декабря 2017 г. Фото gov.spb.ru

Из потерпевшего в обвиняемые

После начала строительства ледового дворца все изменилось. В клубе стали появляться странные личности, пошли непонятные Матвееву разговоры. В 2018 году Чалов приехал в клуб в сопровождении Ильи Трабера (известного в определенных кругах под кличкой Антиквар) и Владимира Даниленко (бывший директор Выборгского судостроительного завода, давний партнер Трабера). К тому времени Даниленко с Трабером, как следует из данных системы СПАРК, прибрали к рукам активы питерского предпринимателя и мецената Валерия Израйлита.

По словам Матвеева, Трабер с ним особо не общался. В ноябре 2018 года Чалов потребовал предоставить бухгалтерскую отчетность по фонду. Общий баланс имущества и денег на счетах превышал 100 млн рублей. Вроде был мелочь для солидных господ, если бы не начатое строительство ледового дворца.

Матвеев утверждает, что вскоре он начал получать угрозы, и в декабре 2018 г., опасаясь за собственную жизнь, уехал за границу. В январе 2019 г. он вернулся в Россию и подал в Следственный комитет заявление (имеется в редакции. — Ред.) о попытках захвата фонда, о том, что от него требовали переписать его на других людей и что в его отсутствие в учредительные документы фонда были внесены изменения. Однако вместо рассмотрения его заявления в ГСУ ГУ МВД Санкт-Петербурга и области появилось дело о растрате денег БФ ДСХК «МКМ». В мае 2020 г. следователь ГСУ Алексей Минин вынес постановление о привлечении Матвеева в качестве обвиняемого.

Странные письма

Арест Матвеева стал неожиданностью как для арестованного, так и для его адвокатов. По статье 160 УК РФ (присвоение и растрата), которую вменяют Матвееву, арестовывают редко. В мае 2020 г. ему избрали в качестве меры пресечения подписку о невыезде. Но 25 февраля 2021 г. органы следствия обратились в Смольнинский суд Петербурга с ходатайством о заключении Матвеева под стражу, заявив, что ведет он себя «ненадлежаще». Суд ходатайство удовлетворил и отправил Матвеева в СИЗО до 8 апреля, но накануне этой даты, 7 апреля, арест был продлен до 8 мая.

«Фабула обвинения строится на том, что мой подзащитный просил у спонсоров фонда, который возглавлял, деньги на одни цели, а тратил их иначе, — говорит адвокат Матвеева Андрей Рыжов. — В частности, один из эпизодов состоит в том, что в 2013 году он якобы написал в Газпромбанк три письма и просил деньги на приобретение микроавтобуса и агрегата для заливки льда. Банк деньги выделял в 2013 году, но не по упомянутым письмам».

Как пояснил адвокат, Матвеев действительно обращался в Газпромбанк и аффилированный с ним благотворительный фонд «Социальная ответственность» с просьбой помочь в приобретении автобуса для команды и машины для заливки льда. Но было это не в 2013, а в 2011 году. Банк тогда выделил деньги только на заливочную машину, и ее купили. В 2013 году банк перечислил фонду 31 млн 650 тыс. рублей «на уставные цели деятельности фонда», ни о каких письмах речи в платеже не шло, это было обычное пожертвование, за которое фонд отчитался в 2014 году, и данный отчет был принят банком. То есть это был не грант, а просто пожертвование. Которым фонд, возглавляемый Матвеевым, и распорядился согласно «уставным целям».

«Письма, которые фигурируют в деле в качестве доказательств, носят признаки подделки, — считает адвокат. — Следователь Минин, ведущий наше дело, несколько раз отказывал нам в требовании провести техническую экспертизу. Игнорировались и другие наши ходатайства. Например, о проведении бухгалтерских, товароведческих и экономических экспертиз. А после того как мы обратились к руководству Минина с отводом следователя и подали заявления о фальсификации доказательств по уголовному делу, моего подзащитного поместили под стражу».

После обращения в Газпромбанк на телефон корреспондента «Новой» позвонил с неопределившегося номера мужчина, представившийся Борисом Александровичем (именно так зовут Чалова, но в том, что звонил именно он, у нас нет уверенности). Во время разговора звонивший подробно рассказал, что он в курсе ситуации с махинациями, которые проводил Матвеев с деньгами банка. А когда спонсоры назначили аудит бухгалтерской деятельности, скрылся за границей. Так как разговор не был записан, мы не вправе его цитировать в качестве комментария.

Позже нам сообщили номер мобильного телефона, которым пользовался Чалов с 2017 по 2018 год. На звонок никто не ответил. Как не последовало реакции и на голосовое сообщение, оставленное на автоответчике телефона. В хоккейном клубе, по словам сотрудников фонда, Чалов в последнее время появляется редко, и застать его по стационарным телефонам тоже не получилось. Ответа от Газпромбанка мы тоже не получили.