«отверточный» век

4 августа 2005 10:00

«Форд» во Всеволожске, «Тойота» в Шушарах, вот-вот готовый вылупиться все в тех же Шушарах «Мерседес» – Петербург все больше претендует на лавры «нового российского Детройта». Власти ликуют, предрекая золотой дождь, проливающийся в закрома городского бюджета... Однако так ли уж перспективно «отверточное производство»?




На конвейере – всеволожский форд


Сравнительно недавно – буквально перед майскими праздниками – Петербург (прямо как еще один праздник) отмечал пришествие «Тойоты»: руководство японской компании выбрало для строительства очередного сборочного производства именно наш город. Радость в связи с предстоящим наполнением бюджета «нового российского Детройта» понятна. Но она не должна заслонять суровой правды жизни.
Дело в том, что цивилизованные страны, в первую очередь лидеры «большой семерки» (в данном случае восьмой участник международных совещаний не в счет), выводят промышленное производство в страны третьего мира. Причем не только экологически вредные – наступил век высоких технологий, век, когда информация ценится выше, чем «металлическое железо» (как в шутку выражались в свое время некоторые петербургские инженеры).
Таким образом, размещение (пусть даже японского) автомобильного производства в Петербурге – это вовсе не великое достижение партии «Единая Россия», федерального правительства и лично губернатора Санкт-Петербурга Валентины Ивановны Матвиенко. А всего-навсего – очередное доказательство вторичности российской экономики. Наряду с экспортом непереработанных природных ресурсов (нефть, газ, лес и т. д.) и полуфабрикатов (металлы, корунды и проч.).
Стоит отметить, что подобная позиция лишает страну вообще и Северо-Запад вместе с Петербургом в частности будущего. Известно, что нельзя «догнать и перегнать». Для того чтобы кого-то перегнать в экономике, работать необходимо на опережение. Причем речь идет не только о вредных производствах. Знаменитые судостроительные верфи компании «Вяртсиля» буквально недавно переехали из финского города Турку в... Нет, не в Китай. В Италию. Причина – высокая стоимость рабочей силы в стране Суоми. Слишком высококвалифицированные кадры для судоверфи. Действительно, бесплатное высшее образование для всех делает Финляндию наиболее конкурентоспособной в сфере высоких технологий и интеллектуального продукта. На территории верфей, кстати, строится дорогое жилье. Это символично: наверняка новые дома будут обживать высокооплачиваемые программисты, инженеры, ученые...
Поэтому не греют сердце байки, призванные поддержать самосознание петербуржцев. Например, непроверенные слухи о том, что японцы, дескать, сперва ездили в Нижний Новгород. Но там посетили ГАЗ и в ужасе (вдруг эти рабочие перейдут работать к ним) бежали на брега Невы. Уж больно этот изустный рассказ напоминает анекдоты, ходившие в кругах инженеров и конструкторов еще с застойных времен – о том, как японцы посещали советские заводы по культурному обмену...
Мы не зря вспомнили застойные времена. Соперничество регионов «новой России» за размещение японского автомобильного чуда живо напоминает аналогичную борьбу областей и автономных советских республик за размещение автозаводов. Борьбу, которую в конце концов выиграли Тольятти (ВАЗ) и Набережные Челны (КамАЗ). Так что речь тут может идти опять-таки не о быстром развитии экономики РФ, а о возвращении ко временам административно-командного управления и – всеобщего дефицита.
Конечно, сейчас этот дефицит несколько иной – бюджетный (имеются в виду региональные и местные бюджеты, а не отобравший у них большинство статей дохода – и потому профицитный – федеральный бюджет). Правда, бюджет Петербурга пока что выдерживает – в отличие от многих других субъектов федерации. Но по тому, как лихорадочно городское правительство, с помощью Городского центра по размещению рекламы, выбивает буквально по 10–20 долларов с малого и среднего бизнеса за вывески магазинчиков и парикмахерских, можно предположить, что процесс наполнения бюджета идет не так, как хотелось бы.
Вспоминается по этому поводу хороший анекдот, родившийся в приснопамятном 1998 году, – как говорят, в среде потерявших работу брокеров. Приходит к врачу некий гражданин и рассказывает о своих проблемах: мол, очень меня интересует состояние российской экономики. Пока не посмотрю курс доллара, пока не почитаю экономическую прессу – даже уснуть не могу. А врач ему отвечает: «Бросьте, батенька. Это у вас выдумки, бред. Нет никакой российской экономики. Вы, наверное, водочкой балуетесь...»
Всем известно, что высокие технологии сами по себе не возникают. И давно миновали времена, когда полуграмотный энтузиаст-изобретатель прямо в дровяном сарае конструировал perpetuum mobile. Для этого необходимы проектные институты, подкрепленные фундаментальной наукой и получающие высокообразованные трудовые резервы из образовательной системы. В том числе речь идет не только о первичном высшем образовании, но и о переподготовке кадров. Нужна стройная система, выстроить которую может только государство (раз уж в России все крупные компании все равно находятся под его контролем).
На практике мы видим развитие, мягко говоря, «не в ту сторону». Сокращенный с погибающего производства высококлассный инженерный специалист в Петербурге (не говоря уже о прочей РФ) практически не имеет возможности переподготовки и трудоустройства. Его удел – это в лучшем случае малый бизнес (причем в основном не в сфере высоких технологий – таких по-прежнему единицы) или всеобъемлющая охрана.


Ну, за «Тойоту»...


Шестьдесят процентов выпускников учебных заведений идут работать не по специальности – видимо, чему-то не тому их в этих вузах и колледжах учат. Впрочем, реформа науки и образования выглядит несколько странно. Во всем цивилизованном мире увеличивается количество высших учебных заведений, образование бесплатное (причем не только первое и не только для граждан – вспомните пример той же соседней Финляндии). У нас же, если все пойдет по-прежнему, даже в средних школах в ближайшее время бесплатными останутся только закон Божий и начальная военная подготовка. Ну а о финансировании фундаментальных исследований не мне говорить. Послушайте хотя бы то, что говорит по этому поводу академик РАН, лауреат Нобелевской премии Жорес Алферов. Послушайте и ужаснитесь.
А ведь без фундаментальных исследований не будет и высоких технологий. Результат печален – это возобновление «утечки мозгов». Молодые ученые уезжают за границу теперь не только и не столько в погоне за длинным рублем: те же зарубежные гранты можно получить и в России. Им просто негде приложить свои знания и энергию – наука не развивается.
К сожалению, Петербург в последнее время теряет свой неформальный статус научной и интеллектуальной столицы. Это вовсе не означает, что эта роль переходит к какому-то другому российскому городу. Эта роль все так же утекает за границу. Достаточно вспомнить, что за последние 15–20 лет не только вышеупомянутая Финляндия, но и когда-то полностью аграрный Израиль перестроили свою экономику на основе высоких технологий, науки и общедоступного высшего образования.
В таком провале петербургской идеи можно (и не без оснований) винить власти города, равно как и федеральные власти. Но вина лежит и на всех нас – петербуржцах. В конце концов, мы эти власти выбирали, а выбрав, продолжаем терпеть их неэффективный менеджмент на уровне Ленгорисполкома второй половины прошлого века.
Так что двадцать первый век в славном городе Санкт-Петербурге может так и не наступить. Вместо него наступит опять... век двадцатый. Впрочем, для тех, кто еще не вышел из средневековья, он, безусловно, покажется невероятно прогрессивным.

Виктор НИКОЛАЕВ
фото ИНТЕРПРЕСС