Крест Невского лесопарка №660

21 марта 2013 10:00 / Общество / Теги: памятники, следствие, стройка, экология

Что скрывает под собой стремление защитить памятник культуры?

Проблема Невского лесопарка уникальна. Обычно с помощью подлогов и угроз злоумышленники хотят лишить объект охранного статуса, чтобы развязать себе руки. С Невским лесопарком все наоборот: в результате подделки документов территория, занятая защитными лесами, вдруг оказалась «особо охраняемой».

Золотой век

Невский лесопарк протянулся от правого берега Невы в сторону Колтушей. В начале XIX века на берегу реки Черной здесь возвели деревянную усадьбу Богословка, принадлежавшую воспитателю Николая I Зиновьеву. К ней прилегали парк и несколько тысяч гектаров охотничьих угодий.

В 1932 году здесь был создан первый в СССР лесопарк. У главного входа построили пристань, где во время войны стояли эсминцы «Строгий», «Стройный» и «Опытный»; отсюда уходили войска на Невский пятачок. В здании усадьбы был госпиталь. С советских времен здесь работает детская лыжная база, воспитавшая немало олимпийских чемпионов.

В 60-х годах усадьба была включена в список памятников культуры государственного значения, но, несмотря на это, вскоре была разобрана и в 1997 году указом президента исключена из списка как не сохранившаяся. Все это время лесники ухаживали за территорией, в том числе за дренажной системой и мостами ландшафтного парка.

Два переговорных процесса

В начале 2000-х судьба лесопарка изменилась. Был создан фонд «Возрождение памятников архитектуры Русского Севера», позднее переименованный в «Покровский». В число его учредителей входит Геннадий Явник, глава фонда «Константиновский дворцово-парковый ансамбль в Стрельне», имеющий связи в администрации Путина.

По словам Андрея Антонова, гендиректора фонда, «Покровский» был основан для воссоздания церкви Покрова Пресвятой Богородицы из деревни Анхимово Вытегорского погоста Олонецкой губернии. Когда же Михаил Мильчик, член Совета по сохранению культурного наследия, предложил место для этого в Невском лесопарке, учредители захотели целиком воссоздать Богословку, а вместо одной церкви возвести этнографический парк.

Начались переговоры с Михаилом Мильчиком и представителями Русской православной церкви.
— В документах 2004 года говорится о храме, доме престарелых, реабилитационном центре, о восстановлении усадьбы Зиновьевых как рекреационного центра, — комментирует отец Алексей Юдин, настоятель храма Покрова Пресвятой Богородицы, впоследствии возведенного в лесопарке. — Потом рекреационная зона переродилась в идею этнопарка, кстати, тоже неплохую.

Немного другую версию событий излагает Михаил Мильчик:
— Замысел изначально был — создать историко-этнографический парк с деревянной архитектурой Северо-Запада, — пояснил «Новой» Михаил Исаевич. — С копиями памятников, в том числе утраченных, этого района. Но к концу 2000-х появилась копия часовни из нижней Онеги, что за пределами нашего района. Начались разговоры о постройке шатровой церкви, которая разрушит идею погоста… Когда были нарушены все договоренности, я отказался участвовать в проекте.

Церковь Покрова Пресвятой Богородицы с колокольней на территории погоста в Невском лесопарке.

Эфемерная аренда

В 2004 году Росимущество отдало в аренду фонду несколько мостов и руины построек. Спустя три года Росимущество своим распоряжением выделило РПЦ и фонду 590 гектаров на территории лесопарка и на основе этого распоряжения заключило договор о безвозмездной аренде земли на 49 лет.

— Уже в 2013 году прокуратура Ленобласти установила, что договор № 160-н не прошел госрегистрацию, — утверждает лидер «Охтинской дуги» Елена Малышева, которая несколько лет пытается восстановить справедливость. — Это должно означать, что вся деятельность фонда здесь незаконна. Пока что проверка продолжается.

В материалах Следственного комитета о подделке документов есть выписка из реестра прав на недвижимое имущество, выданная 27 ноября 2012 г. Из нее следует, что земельный участок в 590 га на территории Невского лесопарка почти полностью свободен от арендаторов: здесь есть частное лицо, Александр Уланов, арендующий 3,4 га до 2019 года, а также ООО «Альбатрос», взявшее 2,6 га на 49 лет. Еще три обременения в виде аренды не конкретизированы — на 8,6 га, 7,2 га и 1,3 га. Документ свидетельствует, что ни фонд Покровский, ни РПЦ официально не являются арендаторами всей территории памятника «Усадьба Богословка». Андрей Антонов отказался как-либо прокомментировать эту ситуацию.

Никому не интересная подделка

Но на каком основании Росимущество вообще передавало Невский лесопарк в аренду, т. е. распоряжалось землей, входящей в состав лесного фонда и находящейся в ведении Рослесхоза? Росимущество и фонд уверены: в историю Невского лесопарка вкралась «кадастровая ошибка», и это давно не лесной фонд, а особо охраняемая территория. Мол, еще в 1972 году Ленгорисполком постановлением № 660 «О памятниках архитектуры, находящихся вне охранных зон» утвердил границы и охранные зоны памятника «Ансамбль дачи Зиновьева» (усадьба Богословка), и это решение никто не отменял. А значит, с 1972 г. Невский лесопарк считается особо охраняемой территорией и лишь по ошибке остался в лесном фонде.

Между тем в тот момент действовал Земельный кодекс 1970 года, в котором вообще не было понятия «земли особо охраняемых территорий». Кроме того, решение о переводе земель, занятых лесами первой группы, из одной категории в другую мог принимать только Совет Министров, а никак не Ленгорисполком.
Однако арбитражные суды, как ни странно, поддержали фонд и Росимущество!

Возможно, потому, что в основе их решений лежало не настоящее, а поддельное решение № 660, которое представил в суд фонд «Покровский». Оно называется иначе — «О границах территории памятника садово-паркового искусства и охранных зон ансамбля «Усадьба Зиновьевых», и в нем, в отличие от оригинала, есть упоминание не только границ, но и «территории памятника». Что, как ни странно, все равно не является поводом для изменения категории земель, на которой настоял суд.

Факт подделки подтверждается письмом Центрального госархива СПб (ЦГА) от 18.08.2008, в котором указывается на ошибки в подложной копии. В 2010 г. ОБЭП Центрального района СПб нашел в действиях представителей фонда «Покровский» признаки преступления — изготовление и использование заведомо подложного документа, но ввиду истечения срока давности дела не возбудил. Заметим, что позже это решение было отменено и правоохранительные органы еще не раз разбирались в обстоятельствах подделки.

Последний раз, насколько известно «Новой», 12 ноября 2012 г. следователь Майхир (Адмиралтейский район ГСУ СК РФ) отказал в возбуждении дела против Андрея Антонова за отсутствием состава преступления. Следователя удовлетворило объяснение Антонова, что подделка, представленная фондом в суд, пришла… из госархива Петербурга! И это якобы не подделка вовсе, а некий проект решения № 660.

В это, однако, верится с трудом, хотя бы потому, что в письме из архива от 18.08.2008 название проекта документа почти совпадает с названием окончательного решения: «О зонах памятников архитектуры, находящихся вне объединенных охранных зон». И усадьба Богословка в проекте ни единым словом не упоминается. А значит, представленная в суд подделка появилась из какого-то другого источника.

Более того, в письме ЦГА сообщается, что «архивом были предоставлены копии документов по запросу фонда «Возрождение памятников архитектуры русского Севера» — так, напомним, поначалу назывался «Покровский». Значит, подлинник у фонда был? Однако следователь Майхир не попытался устранить противоречия между этим письмом и показаниями Антонова.

В ответе на запрос «Новой» гендиректор фонда «Покровский» Андрей Антонов утверждает, что, когда факт подделки был установлен арбитражным судом в 2008 году, тот все равно встал на сторону фонда и Росимущества, согласившись с тем, что Невский лесопарк входил в лесной фонд незаконно, в результате кадастровой ошибки.

— На самом деле суд просто не принял во внимание документы, представленные Центральным архивом, — утверждает Елена Малышева. — В материалах дела есть и поддельный, и настоящий документ 1972 года, но на основании какого из них принято решение о «кадастровой ошибке», стыдливо не уточняется…
Несмотря на то что подлинное решение № 660 так же, как и поддельное, не может служить основанием для исключения Невского лесопарка из лесного фонда, суд почему-то встал на сторону фонда.

Поддельное решение 1972 года № 660 легло также в основу распоряжения Управления Росимущества по Ленобласти № 203 от 13.04.2007. Руководитель управления М. А. Блинов переводит «земельный участок в составе Невского лесничества из категории земель лесного фонда в категорию земель особо охраняемых территорий» «в связи с допущенной ранее кадастровой ошибкой».

В этом решении закон нарушен дважды: во-первых, основание подложное, а во-вторых, осуществлять перевод защитных лесов, находящихся на землях лесного фонда, в земли других категорий может только Правительство Российской Федерации. Даже если была ошибка.

А потом тот же Блинов (письмо от 2007 года №12-1227/07-0) требует от руководителя Управления Федеральной регистрационной службы по СПб и ЛО Г. А. Волчецкой нарушить закон: внести изменения в Свидетельство о госрегистрации права на Невский лесопарк без предоставлении акта Правительства РФ о переводе земель из лесного фонда в земли иных категорий. Основание для этой просьбы — все то же сфальсифицированное решение 1972 года.

Однако следователь Майхир не находит в действиях Блинова состава преступления. Потому что, хотя он и выносил решение на основе фальшивого постановления (ст. 293 УК РФ «Халатность»), но решение все равно было отменено арбитражным судом, который потом сам согласился с наличием «кадастровой ошибки». А значит, халатности как бы и не было.

Федеральный меч

Подтвердив с помощью судов то, что Невский лесопарк всегда был «особо охраняемой территорией», а не землей лесного фонда, «Покровский» закрепил свои права.

Однако затем Андрей Антонов поссорился с Михаилом Мильчиком: последний обвинил фонд в нарушении обязательств по созданию этнографического парка и в том, что проект перестает иметь отношение к науке и превращается в кич. Антонов официально ответил, что «точка зрения Мильчика имеет место быть», но их «производственные отношения не требуют публичного рассмотрения».

Также фонд судится с РПЦ — за владение церковью Покрова Пресвятой Богородицы, которую собственными силами построил в Невском лесопарке. Кстати, из ответа прокуратуры «Охтинской дуге» от 27 февраля 2013 г. следует, что церковь функционирует без разрешения на ввод в эксплуатацию, за что фонд привлечен к штрафу в размере 10 тыс. руб. Андрей Антонов воздержался от комментирования этого факта, заявив, что данный вопрос «является вмешательством в хозяйственную деятельность Покровского фонда».

Между тем в 2009 г. президент Медведев издал поручение о комплексном воссоздании и реставрации ансамбля дачи Зиновьева. В 2010 г. Росохранкультура утвердила границы памятника и режим использования его земельных участков.

В 2011 г. Правительство РФ включило его в Единый госреестр объектов культурного наследия.
— Увидеть эти границы и узнать режим нам так и не удалось, несмотря на многочисленные попытки, — утверждает Елена Малышева.

Эти постановления как бы разрубают гордиев узел: подделок, подозрительных решений Росимущества и судов. Мол, забудем все, что было в прошлом, раз теперь это территория памятника. Однако назвать виновных, занимавшихся подделками, необходимо хотя бы для того, чтобы защитить Невский лесопарк в будущем.

Оползень на дороге, идущей в лесопарке вдоль Невы. Фото: Михаил Масленников.

Настораживающие поползновения

В ответе «Новой» Андрей Антонов утверждает, что цели фонда не изменились: это сохранение целостности парка, проведение научно-реставрационной работы, строительство этнографического парка и развитие территории парка. Ответ из Всеволожской прокуратуры подтверждает, что фонд совместно с Коневскими реставрационными мастерскими в 2013–15 годах приступит к разработке рабочей проектной документации по объектам памятника.

Между тем есть факты, заставляющие усомниться в реальности этих радужных перспектив. Пока за Невский лесопарк отвечали лесники, его территория бережно сохранялась, поддерживалась в рабочем состоянии дренажная система. Однако за последние годы, по заявлениям «Охтинской дуги», в результате малопонятных гидротехнических работ фонда (в частности, строительство дороги через поток) была перекрыта речка Черная, что привело к заболачиванию почвы. Проведенная в феврале прокуратурой Ленобласти проверка установила, что в результате оползня на протяжении 40 метров разрушено полотно дороги, идущей через лесопарк вдоль Невы. Есть ли связь между оползнем и действиями фонда, должно установить Невско-Ладожское водное управление. Андрей Антонов на наш вопрос пояснил, что «в этом районе автодороги Покровский фонд никаких работ не проводил».

Что бы ни грозило Невскому лесопарку: застройка гостиницами и развлекательными сооружениями в рамках развития территории, или же медленная гибель усадебного ансамбля с последующим выводом земель из особо охраняемых и отдачей под коттеджи, — по мнению защитников Невского лесопарка, предохранить от этого может только возвращение лесопарка лесному фонду.

Конечно, как хорошо известно читателям «Новой», принадлежность к лесному фонду отнюдь не является гарантией безопасности и вернуться в золотой век при нынешних временах Невскому лесопарку все равно не удастся. Однако останется ли он на земле особо охраняемых территорий или вернется в лесной фонд — хоть какой-то гарантией для защиты от рейдерских угроз может служить раздача всем сестрам по серьгам: доскональный и честный разбор правоохранительными органами всех махинаций, которые проделывали с этой территорией. В противном случае, стоит вниманию общественности чуть ослабнуть, лесопарк так или иначе будет «освоен» — слишком лакомая земля, вокруг которой все свободные клочки уже заняты роскошными виллами.

Отец Алексей ЮДИН,настоятель храма Покрова Пресвятой Богородицы в Невском лесопарке.

Храм Покрова Пресвятой Богородицы принадлежит фонду «Покровский» или РПЦ?

— Вопрос решается в суде. Соглашение о совместной деятельности предполагает получение церковью здания храма, но прямо это не предписывается. На этом и строится позиция фонда в судах: они построили храм на собственные средства для собственных целей, поэтому являются его собственниками.

Мы с этим не согласны, так как предмет благотворительности не может быть собственностью благотворителя. Если нам говорят: давайте мы построим храм, найдем финансирование — мы за! Но когда храм построен, нам вдруг говорят: спасибо, что поддержали, — но мы его построили за свой счет и для себя. Мы не очень понимаем, что значит «для себя» — во-первых, церковь приняла определенную долю ответственности, так как является арендатором земли. А во-вторых, храм освящен, в нем проводятся службы, и зачем нужен храм фонду — не очень понятно.

— Что будет, если РПЦ в итоге проиграет этот процесс?

— В любом случае это будет странно. Нам что, придется арендовать храм у фонда? Для нас не совсем понятно, как это. Тем более что храм стоит на земле, которая арендована церковью. То есть мы, в свою очередь, будем брать арендную плату у фонда за то, что на нашей земле стоит храм? Это фарс будет.

Андрей АНТОНОВ,генеральный директор фонда «Покровский»:

— «Никакой конфликтной и тем более скандальной ситуации вокруг Невского лесопарка не существует. Просто некоторым лицам, представляющим РОО «Охтинская дуга», намеренно хочется представить общественности ситуацию так, что имеется скандал, конфликт на основе коммерческих интересов. И подается вся информация под соусом защиты памятника, природы и экологии».