Усыновить в последний раз

16 сентября 2013 10:00 / Общество

Гражданское общество требует изменения списка опасных заболеваний, дискриминирующего людей, больных ВИЧ и гепатитами.

Вступивший в силу в начале этого года закон, запретивший усыновление российских сирот гражданами США, сократил шансы детей, в том числе страдающих серьезными заболеваниями, обрести семью.

Однако этого законодателям показалось мало: в начале июля вступил в силу закон № 167-ФЗ, еще более ужесточающий правила усыновления. Он, помимо всего прочего, запрещает усыновление людям, «которые совместно проживают <…> с лицами, страдающими заболеваниями, представляющими опасность для окружающих». К таким заболеваниям относятся, в частности, ВИЧ и гепатиты B и С. Это означает, что семья, принявшая в семью ребенка с ВИЧ, не сможет уже никого усыновить — даже другого ребенка с ВИЧ.

Что думают юристы

Одной из первых бить тревогу начала Светлана Макарова, мама из Екатеринбурга — создатель интернет-сайта, рассказывающего о том, как жить с детьми, больными ВИЧ.

«Я благополучный здоровый человек с высшим образованием и престижной работой. У меня в семье растут двое приемных детей, они ВИЧ-положительные, — пишет Светлана Макарова. — Таких сирот редко берут в семьи. Виной тому наше незнание, и от этого — страхи. Я не боюсь. Я знаю, что ВИЧ не передается в быту, поэтому я спокойна, что мои приемные ВИЧ-положительные дети растут и живут вместе с моими здоровыми кровными детьми. Едят из одной посуды, играют в одни игрушки. Я очень люблю своих приемных детей, мы счастливы вместе, и я бы в будущем хотела взять в приемную семью еще детей — разумеется, ВИЧ-положительных. Но новым законом для меня закрыли эту возможность, а еще одному или двум ВИЧ-положительным сиротам — возможность найти семью. Ведь получается, что со мной проживают два ВИЧ-положительных ребенка, значит, я больше не смогу быть приемным родителем. Даже ребенку с ВИЧ».

Вступивший в силу закон №167-ФЗ от 2 июля 2013 года противоречит ряду нормативных актов. В частности, по мнению юриста благотворительного фонда «Апрель», статье 17 закона «О предупреждении распространения в Российской Федерации заболевания, вызываемого вирусом иммунодефицита человека», где сказано: «Не допускается <…> ограничение прав и законных интересов ВИЧ-инфицированных на основании наличия у них ВИЧ-инфекции, равно как и ограничение жилищных и иных прав и законных интересов членов семей ВИЧ-инфицированных». Кроме того, как дискриминирующий людей по признаку наличия заболевания, закон нарушает ряд положений Конституции и Конвенции по правам человека.

Заметим, что закон распространяется также на соседей по коммунальной квартире — они ведь тоже «совместно проживают в помещении». А это уже дискриминация в чистом виде: ведь сосед по коммуналке не обязан вас уведомлять, чем он болен. Но если вы хотите усыновить ребенка, вам придется просить всех соседей сдавать анализы — иначе органы опеки вам автоматически откажут.

Что думают мамы

Несмотря на это, закон уже начал действовать фактически. Только в Петербурге он может ударить по десяткам семей.

— У меня трое кровных детей, и мы удочеряем девочку с ВИЧ, — рассказывает Мария. — Ребенок уже четыре месяца живет с нами, но документы еще проходят оформление. Как только приняли этот закон, документы оставили без движения под надуманным предлогом. Я думаю, ждут каких-то комментариев по его применению. У нас в семье пока нет никого с ВИЧ, мы должны проскочить — в теории. Но больше ни одного ребенка мне принять в семью не удастся — об этом мне прямо сказали в опеке.

— У меня один свой ребенок, и я нахожусь на стадии поиска приемного, — рассказывает Елена. — Я могу пострадать от этого закона, потому что большинство детей, которые мне нравятся, ВИЧ-положительные. Скорее всего, я возьму именно ВИЧ-положительного, и меня пугает, что этот ребенок может стать последним. У меня много знакомых, которые уже оказались в такой ситуации. Сам закон может быть нормальным, но нужно изменить список заболеваний, опасных для общества. Он принимался в 90-е годы, с тех пор многое изменилось; нужно убрать из него ВИЧ и гепатит. Обществу выгодно, чтобы эти дети росли в семьях, а сейчас создали такую ситуацию, что «вичиков» перестанут брать вообще.

— У нас четверо своих детей и один приемный с ВИЧ, — рассказывает Анна. — Мы хотели взять еще одного ребенка, и как только вышел закон, я пошла в опеку, чтобы понять ситуацию. Мне прямо сказали, что я получу письменный отказ по закону. Даже если ситуацию не изменят законодательно, я буду бороться: слышала, что есть юристы, которые берутся помочь. Дети не должны оставаться в этой системе. Я была волонтером в доме ребенка и видела, как они там ломаются.

Что думают специалисты

— Этот закон принят не во благо детей, — считает Людмила Негруцак, директор благотворительного фонда «Детская улыбка». — На мой взгляд, государство не заинтересовано в том, чтобы дети были в семье. Говорится одно, а делается другое — системе выгодно держать их как можно дольше. Все дома ребенка у нас психоневрологические; значит, чтобы держать там малышей, им нужно ставить соответствующие диагнозы (если такой ребенок попадает семью, после обследования эти «диагнозы» обычно снимаются). Но если ребенок остается в системе, ему прямая дорога в ПНИ, где на нем продолжают зарабатывать…

Детдому за ребенка платят 35 тыс. руб. в месяц (заметим, когда его берут под опеку, родителям дают всего 7 тыс. руб., а если усыновить — вообще ничего). Кроме того, у детей, оставшихся без попечения родителей, может быть жилплощадь — ею распоряжаются официальные опекуны, то есть директора детских домов…

Конечно, как рассказывает Людмила Негруцак, не все детские дома одинаковы: есть такие, сотрудники которых согласны, что дети должны жить в семьях. Но есть и такие, откуда детей не выцарапать.

Психотерапевт, специалист по устройству в семью детей, оставшихся без попечения родителей, Татьяна Дорофеева считает, что применение закона №167-ФЗ может иметь отрицательные социальные последствия с психологической точки зрения.

— Если из-за наличия заболевания у родственника семья не сможет усыновить ребенка — отношение к такому родственнику у других членов семьи может ухудшиться, — считает Татьяна Дорофеева. — Это лишний повод для стигматизации людей с болезнями. Они и так себя чувствуют неважно, но если осознают, что при этом являются источником проблем для других, это может ухудшить их состояние. Кроме того, нарушается конфиденциальность диагноза.

По мнению Татьяны Дорофеевой, применение закона снизит процент усыновления детей с диагнозами, которых не так давно начали брать более продвинутые приемные родители.

— Запретить родителям, у которых уже есть ВИЧ-положительных ребенок, свой или приемный, брать других ВИЧ-положительных детей — не лучшее решение, — полагает эксперт. — Ведь именно у этих семей есть сложный опыт преодоления проблем, связанных с вирусом.

Все вовлеченные в проблему представители гражданского общества уверены, что список заболеваний, представляющих опасность для окружающих, должен быть пересмотрен в ближайшее время. Во всяком случае, оттуда давно пора исключить гепатиты B и С и ВИЧ, которые в быту не передаются.