Материалы петербургской редакции доступны на сайте федеральной «Новой газеты»

Почему в Канаде нет и не будет Бирюлево

24 октября 2013 10:00 / Мнения

Читаю из своей Канады про Бирюлево. Видимо, несколько лет проживания тут очень изменили восприятие

Моя первая мысль после «какой кошмар»: по предварительным данным, убийца — выходец с Кавказа? Какая странная информация. Она что же, позволит быстрее найти подозреваемого? Почему бы не назвать рост, телосложение, одежду. Лишняя информация какая-то. Если, конечно, иметь в виду поиск подозреваемого, а не провокацию мордобоя всех похожих на кавказцев.
 
Сразу прикинула: а как эта информация прозвучала в Канаде? Уверена, совсем не так. Скажем, в прошлом году некий иммигрант русского происхождения принял ислам и отправился кого-то взрывать. Но никто не стал первым делом сообщать: «Произошел взрыв. Подозревается выходец из России». И никто, само собой, не собрался в итоге на «народный канадский сход», не потребовал выселения или немедленного мордобития «понаехавших русских террористов».
 
Но дело не только в совершенно иной — не провокативной, а, напротив, предельно политкорректной информационной политике властей. Дело и в других отличиях Канады (где, к слову, «понаехавших» — на порядок больше, чем в России вообще и даже Москве в частности).
 
 
Во-первых, в канадских городах нет фактических гетто. Есть русские, еврейские, индийские, польские и т. д. районы, но это лишь означает, что там много русских, евреев, индусов, поляков. А вовсе не то, что качество жизни там разительно хуже, чем в районах, где живут канадские аборигены.
 
Первые три года мы с семьей как раз жили в польско-украинском районе Торонто. Там было много польских и украинских магазинов, куда с удовольствием ходило многочисленное англоговорящее население.
 
В Торонто иммигранты не считаются какой-то особой неблагополучной категорией. Статистики преступлений, совершенных приезжими, в Канаде не существует в принципе. Поэтому нет и понятия «этнической преступности», которое, насколько я могу заметить, прочно вошло в официальный и бытовой язык в РФ. В Канаде есть такие криминально-статистические категории: «домашнее насилие», «насилие, совершенное несовершеннолетними» и т. д.
 
Неудивительно, что, когда власть не загоняет приезжих в гетто, не ставит их в положение полулегальных полурабов, не плющит полицейскими досмотрами и не стигматизирует их криминальными штампами, для коренного канадца нет ничего ужасного в том, чтобы жить в польском, например, районе. Или индийском.
 
Помнится, летом полицейский застрелил в Торонто молодого человека по имени Сэмми Ятим. Этот человек стал размахивать в трамвае ножом, пассажиры успели выскочить, вызвали полицию, полиция повела себя избыточно жестоко. Тогда в интернете очень много обсуждали эту историю: ругали полицию за непрофессионализм; защищали полицию, говоря, что молодой человек сам виноват, зачем нож не бросил вовремя; изумлялись количеству выстрелов: полицейский выстрелил шесть раз. Никому, кроме, кажется, русского сообщества Торонто, не пришло в голову сказать: да вы посмотрите, это же иммигрант, конечно, вот он и стал ножиком размахивать!..
 
Впрочем, я слышала, что в Торонто не всегда так благосклонно относились к приезжим. Позитивные изменения произошли в последние 20–25 лет. Разумеется, не только в усилившейся политкорректности здесь дело. Дело также в канадской миграционной политике в целом. Во-первых, большинство иммигрантов — легальные. У них нет только права голосовать, и то лишь первые четыре года до получения гражданства. Во-вторых, зарплата человека с карточкой постоянного резидента и человека с канадским свидетельством о рождении не отличается. Тут, к слову, иммигранты оказываются в слабой позиции, потому что им надо при приеме на работу доказать, что, хоть они и учились в неизвестном в Канаде вузе, и работали в неизвестной заграничной компании, и английский у них не супер, но они будут работать не хуже носителя языка с таким же опытом работы, отучившегося в известном работодателю университете и работавшего до этого на компанию со знакомым брендом.
 
В-третьих, довольно много усилий прикладывается к тому, чтобы приезжие учили язык и вливались в канадскую культуру. Бесплатных языковых курсов для иммигрантов очень много, большая часть из них предлагает еще и присмотр за детьми. Кроме того, новым гражданам выдают пачку бесплатных билетов в театры и музеи. 
 
В-четвертых, к привезенным мигрантами традициям канадцы относятся с доброжелательным любопытством. Летом особенно: каждые выходные проводятся фестивали какой-нибудь культуры или кухни. Все это, может быть, и несколько поверхностно, но зато нет ощущения, что тебе сейчас запретят говорить на твоем родном языке или отберут твой любимый салат оливье. Более того, в библиотеках на развивающих занятиях для детей часто говорят о том, как хорошо и полезно сохранять семейный язык. Благодаря всему этому у приезжих не возникает желания срочно начать защищать свою идентичность, нарочито демонстрировать свою инакость, врываться в пьяном виде в местные храмы с пистолетами и т. д.
 
Вообще люди здесь много переезжают (отсутствие прописки) с места на место, поэтому почти все, кого ни возьмешь, сравнительно недавно переехали. Хоть бы и из соседнего города. Все канадцы в какой-то мере «понаехавшие», и помнить, откуда ты родом, здесь считается хорошим тоном. Моя подруга из Торонто, канадка в четвертом поколении, ни на каком языке, кроме английского, не говорящая, как-то заявила мне, что тоже считает себя иммигрантом, чем меня несказанно удивила.
 
Может быть, эта ситуация характерная только для Торонто? Не уверена. Я сейчас живу в Китченере — «очень белом городе, где мало черных», как характеризовала его одна моя знакомая по ЖЖ. Действительно, по сравнению с Торонто здесь больше людей с белым цветом кожи. Но далеко не все они урожденные одноязычные канадцы. Есть немцы, поляки, украинцы, румыны. Да и женщин в хиджабах, бурках, сари и других бросающихся в глазах костюмах хватает. Помнится, сразу по приезде мне казалось, что люди как-то косятся на меня с сыном, когда мы на детской площадке говорим по-русски. Сейчас я этого совершенно не замечаю.
Среди основных канадских политических сил нет тех, которые бы выступали против притока в страну иммигрантов. У нас три основные партии: либералы, консерваторы и НДП (новая демократическая партия). Все они считают, что иммигранты Канаде нужны. Расходятся в нюансах.
 
Консерваторы говорят примерно так: «Что-то у нас слишком большие очереди на иммиграцию, в том числе из беженцев и желающих воссоединения семей. А нам-то нужны только специалисты, причем определенных профессий. Давайте всех остальных подвинем, зато составим короткий списочек самых нужных профессий — и такие заявления будем рассматривать очень быстро». Либералы возражают: «Иммигранты приезжают и активно участвуют в общественной жизни. Давайте ускорим рассмотрение заявлений на спонсорство и воссоединение семей, чтобы иммигранты как можно скорее почувствовали себя как дома. И вообще давайте упростим процедуру подачи на иммиграцию для тех, кто уже учится и работает в Канаде». НДП добавляют: «А еще хорошо бы признавать дипломы из других стран, чтобы иммигранты могли сразу начинать работать по специальности».
 
Одним словом, канадское общество сегодня не делится на «коренных» и «мигрантов». Да, есть неблагополучные районы и провинции. Да, разумеется, у иммигрантов больше шансов долго сидеть без работы и, соответственно, больше шансов оказаться в неблагополучной ситуации, но совсем не потому, что они приехали из другой страны, а просто потому что они: а) не знают языка, б) не обладают востребованной профессией, в) не знают, как правильно составить резюме, г) не обладают навыками прохождения интервью и т. п.
Но все это поправимо. Было бы желание. И самое главное: все это не мешает представителям разных этносов, живущих в Канаде, относиться друг к другу спокойно и доброжелательно.