Каждому Лермонтову – свой Госдеп
Фото: www.stihi.ru

Каждому Лермонтову – свой Госдеп

22 апреля 2014 13:03 / Общество

Стихотворение "Прощай, немытая Россия" – не что иное, как диверсия "врагов русского народа", считают "патриоты".

За Цоя, по мнению депутата Думы Федорова, песню "Перемен" написали в Голливуде по заказу ЦРУ. Федоровы братья по разуму тем временем изобличают идеологическую диверсию куда более давней выдержки: вовсе не Лермонтов написал "Прощай, немытая Россия". За неимением ЦРУ вкалывать за поэта приходилось русофобам-энтузиастам.

В поисках коричневой пуговки

Версия, собственно, не нова. Просто в год 200-летия поэта у ее носителей случилось, видимо, предъюбилейное обострение. К тому же бред почти двадцатилетней выдержки оказался созвучен тотальной ура-патриотической истерии и обнародованной рабочей версии новой культурной политики. В общем, ребята в тренде. А появление обидной заглавной строки на плакатах антивоенных митингов восприняли как сигнал к мобилизации.

Первый приход случился на закате советской власти. В 1989-м вышли статьи сочинителя В. Бушина, объявившего стихотворение "Прощай, немытая Россия" подделкой под Лермонтова, востребованной коммунистами по причине содержащейся в ней критики самодержавия. Бушин взывал к ученым, требуя обратить самое пристальное внимание на происхождение "фальшивки". Но те то ли вовсе ничего не ведали о существовании "Кубани" и "Слова", где бушинские опусы были напечатаны, то ли не увидели в нем адекватного оппонента авторитетным исследователям, у которых никогда прежде авторство Лермонтова не вызывало сомнений.

Вторая попытка не прошла незамеченной. В 1994-м уже "Литературная Россия" опубликовала статью вторящего Бушину Г. Клеченова, сопроводив редакционным комментарием. В нем высказывалось предположение, что автором восьмистишия является издатель "Русского архива" П. И. Бартенев, который впервые в 1873 г. воспроизвел текст стихотворения в письме к издателю П. А. Ефремову.

Доводы у Бушина и Клеченова были примерно те же, что у депутата Федорова. Цой не мог написать "Перемен", потому что "до этого он пел про алюминиевые огурцы". А "Прощай, немытая Россия" несовместима с идеей стихотворения "Родина" и противоречит отношению Лермонтова к России и его взглядам на русскую жизнь. Вывод в обоих случаях один: это диверсия врагов русского народа.

Неудачная попытка разбудить Герцена

Ладно бы сочинитель Бушин, вопрошающий: отчего Бартенев, располагая текстом в 1873-м, не переправил его тотчас для публикации Герцену? Как будто скончавшийся в 1870-м Герцен продолжал издавать "Колокол" в угодьях лучшего мира. Или вышедший на пенсию сотрудник института Латинской Америки РАН Клеченов. Над их домыслами можно было бы посмеяться да забыть.

Но в 2004-м к развенчанию "мифа" об авторстве Лермонтова подключается тяжелая артиллерия – историк русской литературы библиограф Михаил Эльзон, вооружившись новыми архивными данными, указывает на Бартенева как мистификатора. Ставит под сомнение авторство Лермонтова и Николай Скатов, на тот момент директор Пушкинского Дома.

В ту же копилку статьи А. Кутыревой, защитившей ранее кандидатскую на тему "Роль сельской интеллигенции в развитии культуры села". Товарищ Кутырева уличает в создании "фальсификации, работающей на противников России" поэта и журналиста Д. Минаева – будто бы и состряпавшего пародию на Лермонтова "в духе либерализма – ничего святого".

Достойным ответом этой кампании стала работа авторитетнейшего лермонтоведа Ольги Валентиновны Миллер, полвека заведовавшей Лермонтовским залом в Пушкинском Доме ("Кто прощался с немытой Россией, уезжая на Кавказ"; журнал "Русская литература" издательства "Наука", № 3 за 2005 г.). Электронная версия ее профессионального труда, где по косточкам разобраны и низложены все доводы оппонентов, доступна. Со всеми ссылками на источники.

Свинарника не отдадим ни пяди

Но среди охотников за врагами России читателей, кажется, меньше, чем писателей. В 2010-м с отрицанием авторства Лермонтова выступает Валерий Хатюшин – главред журнала "Молодая гвардия". В 2011-м тему вновь поднимает создатель "Русского проекта" Павел Краснов. Следом подтягивается геолог и общественный деятель, член Союзписа России, обладатель ордена Преподобного Сергия Радонежского Сергей Сокуров.

Пережеванное сто раз мочало он приправляет назиданиями соотечественникам, имеющим неприятную склонность "подобострастно, с жаром поддакивать иноземцам, когда они политкорректно, подыскивая слова, намекают на исконное свинство русских":

"А если заморский русофоб вдруг возымеет желание с оружием в руках полезть в наш (…) "отечественный свинарник", чтобы его почистить (вернее, обчистить), то, без рассуждений, "и сурово брови мы насупим…". Как пить дать, накостыляем шею всякому, кто рот не прополаскивает, раскрывая его на Святую Русь, всем этим карлам, жакам, фрицам, прочим немцам. Да так вдохновенно, что, по обычаю своему, не заметим самых опасных русофобов. А они среди нас затесались…"

Мобилизуя истинных патриотов на оборону отечественного свинарника (ни пяди которого мы никому не дадим почистить), орденоносец выводит к позорному столбу русофобов: кощунника Минаева и подельника его Бартенева. Это они гнусно подставили Лермонтова и воспользовались авторитетом великого русского поэта, чтобы "каждое новое поколение со школьных лет привыкало видеть родину "немытой", неопрятной, дурно пахнущей, убогой на фоне чистенького, ухоженного густо благоухающего французскими духами, но экономящего воду Запада".

Там русский дух, там Русью пахнет

Тему гигиены (даром что поэт под "немытостью" разумел нечто совсем иное, нежели пренебрежение водными процедурами) патриоты восприняли особенно болезненно. Дискуссия из литературного русла выплеснулась в яростный спор о том, от кого больше воняет. У нас, вопил Краснов, даже в самой захудалой деревне русский мужик мылся каждую неделю, а вот французские дворяне – раз в год! И духи с одеколонами они придумали "для отбивания невыносимого смрада немытого тела", и дворянки у них сплошь носили блохоловки. Прижимистые европейцы вечно экономят на воде и отоплении, довольствуясь дрызганьем в тазиках, жмодявятся принимать ванны – вторит ему Сергей Сокуров.

И еще десятки, сотни аналогичных постов – на которые выводит тебя заложенная в поисковик строка "Прощай, немытая Россия".

Среди злобного этого хорового воя – пронзительный девичий голосок Жанны Колтович из Краснодара. С пионерским задором начитывает закадровый текст к видеоролику собственного изготовления "Правда и мифы о Средневековье: Россия и Европа" (размещено на Youtube и широко разошлось по национал-патриотическим ресурсам):

"Изабелла Кастильская мылась за всю жизнь два раза! Дочь французского короля погибла от вшивости! Папа Климент V – от дизентерии! Климент VII – от чесотки! А в России таких болезней не было".

"В Европе ставились на столы блюдца – чтобы люди могли культурно подавить вшей. А на Руси блюдец не ставили – нужды в этом не было. Мало того, что европейцы не мылись, кишели насекомыми, так они еще и справляли нужду где придется: на парадной лестнице дворца или замка. Поэтому королевский двор переезжал из замка в замок, в старом нечем было дышать".

"Не удивительно ли после этого, что живые не успевали хоронить мертвых, что жарилось и продавалось человеческое мясо! А в России каннибализма не было. Русская природа, леса и реки кормили свой народ. Поэтому русские красавицы, получавшие достаточное количество витаминов, сильно отличались от томно-бледных и беззубых европейских дам".

"Нам нужно гордиться тем, что мы русские и выросли в чистоте. А сегодня культивируется миф о немытой, нецивилизованной России.[…] Если каждый будет знать правду, мы будем гордиться, ценить и уважать нашу родную русскую землю. Тот, кто управляет прошлым, управляет будущим".

Упражнение в управлении будущем 17-летняя Жанна начинает с прискорбной статистики (из 72% опрошенных верят, что средневековая Европа была просвещенной, а Россия – немытой). А финиширует с оптимистическими рекордными показателями: 92% опрошенных студентов ее вуза предпочли бы жить именно в средневековой России, а не Европе (интересно, какой был бы расклад, спроси их о желании жить в современной России или современной же Европе).

Блюдца для вшей из запасников Мединского

Любопытствующих о том, где барышня почерпнула эти умопомрачительные факты, немного. Сама Жанна уверяет, что "взяла их из более 30 источников: в "Домострое", "Пискаревской летописи", у Дионисия Фабриция, Визалия, Бильца…"

Однако все ее сентенции обнаруживаются в тексте русского патриота Дмитрия Панкратова, опубликованного в "Русском проекте" Павлом Красновым. С характерным примечанием от редакции: "Это нужно обязательно знать нашим детям. (…) А то нас учили на декоративной стороне Европы – лучших книгах, картинах и соборах. Это все так, но только с декоративного фасада, а надо в первую очередь обязательно знать вот эту – сатанинскую и дикую сторону Европы. Такой она была и такой в своей душе и осталась – до предела лживой, вонючей и садистски жестокой. Это дети должны выучить прочнее всего и в первую очередь. А картины Лувра – как-нибудь потом".

Такой подход вполне созвучен предложениям Министерства культуры РФ к проекту "Основ государственной культурной политики", с ее ключевым тезисом "Россия не Европа". Отвечая на вопрос Ъ, использовался ли при составлении документа иностранный опыт, господин Мединский внятно обозначил схожий красновскому подход: учли прежде всего богатый опыт ошибок стран Европы.

Примечательно, что текст Дмитрия Панкратова, вдохновивший юную Жанну, апеллирует к тем же сюжетам, которые можно встретить в книгах Владимира Мединского из серии "Мифы о России". Там тебе и тарелочки для вшей, и королевский двор, меняющий замки по мере их засирания, и прочее.

Противопоставляя чистоплотную Россию грязной Европе, сравнивая наши регулярно убираемые опрятные города с загаженными тамошними, Мединский признает лишь одно позорное исключение: "Единственный город в России, который был мерзок и вонюч, не на площадях, конечно, а в подворотнях и жилых кварталах, был самый европейский город – Санкт-Петербург".

В интервью 2008 года господин Мединский, разъясняя свою просветительскую миссию, пояснял: его "Мифы о России" призваны развенчать небылицы "о русской грязи, демократии и национальном вопросе. Прощай, немытая Россия, страна рабов, страна господ…"

Выведя эту поэтическую строку в эпиграф одной из книг серии, автор – и на том спасибо – не взялся оспаривать ее принадлежность перу Лермонтова. В ту пору, правда, он еще не занимал кресла министра культуры. А нынче кто поручится, что идеологическая зачистка наследия великого русского поэта не будет поднята на уровень государственной задачи?

На колу – мочало, начнем сказку сначала

А патриоты гонят новую волну. Лермонтова уже уличили в "имеющемся в его биографии факте влюбленности в украинку", и в том, что "моральных ограничений не имел вовсе, за что его Мартынов и пристрелил". Волна эта вынесла и заключение специалистов федерального государственного бюджетного учреждения. В Вестнике Российского Гуманитарного Научного Фонда (Вестник РГНФ, 2013, № 4 (74) опубликованы итоги совещания руководителей проектов целевого конкурса "Творческое наследие М. Ю. Лермонтова и современность".

"В обсуждении проблемы атрибуции стихотворения "Прощай, немытая Россия", включённого в школьную программу и почти во все издания как лермонтовский текст, возобладала скептическая точка зрения: мистифицирована история текста, нет автографов, известны два "списка", оба исходят от П. И. Бартенева; до 1873 г. текст никому не был известен и, судя по всему, не существовал. М. Эльзон предположил, что автором этого стихотворения был сам П. И. Бартенев… Стихотворение подражательно – узнаваем первый стих: "Прощай, свободная стихия…" (Пушкин). Так ученически Лермонтов в зрелые годы не писал. Каждый его стих уже был воодушевлён поэзией. Здесь же – выверенная риторика, но нет поэзии" (В. Н. Захаров)".

И ведь едва ли на немытой России остановятся. Вот-вот возьмутся и за другие, до сих пор выдаваемые за лермонтовские тексты. "Смерть Поэта" – как еще не изъято из учебников?

Или пророческое:

Настанет год,
России черный год
Когда царей корона упадет;
Забудет чернь к ним прежнюю любовь…

Или вот еще про ту самую прекрасную дочь Украйны, что

следуя строго
Печальной отчизны примеру,
В надежде на бога
Хранит она детскую веру;
Как племя родное,
У чуждых опоры не просит…

Опасная, знаете ли, вырисовывается двусмысленность – на фоне спешащих на помощь зеленых человечков.