От Лермонтова – Гергиеву
Фото: Елена Лукьянова

От Лермонтова – Гергиеву

13 мая 2014 13:26 / Общество

К 200-летию поэта руководство Петербурга готовит подарок… худруку Мариинки. Многострадальный лермонтовский дом на Садовой станет обиталищем "гостей театра".

Живая память и почивший инвестор

Дом 61 на Садовой единственный в Петербурге, сохранивший живые приметы времен Лермонтова. Прочие здания, связанные с именем поэта, либо уничтожены, либо существенно переделаны. Этот тоже не избежал изменений (в конце XIX – начале ХХ в. прирос на два этажа), но второй этаж, где Лермонтов жил в 1836–37 гг., перестройки не затронули. Квартира, нанятая им "на Садовой улице в доме князя Шаховского за 2000 рублей", оказалась поделена на две, но сохранилась и ее изначальная анфиладная планировка, и габариты комнат. Именно здесь были написаны "Смерть поэта", "Бородино", шла работа над романом "Княгиня Лиговская".

Здание имеет статус памятника. Но уже многие годы вовсе не государство осуществляет его охрану, а рядовые добровольцы. Это они следят, чтобы в давно расселенное здание не проникали чужаки и потенциальные поджигатели, они который год ведут переписку с безответственными чиновниками из ответственных за судьбу дома ведомств, они 3-го числа каждого месяца проводят здесь поэтические чтения, снова и снова водружая на стену ими же сделанную временную мемориальную доску. Официальную, установленную в 1962 г., сняли в 2006-м и передали на хранение в Музей городской скульптуры. Как пояснял его директор Владимир Тимофеев, уже тогда фасад дома находился в таком удручающем состоянии, что доска могла грохнуться в любой момент. Ее обещали вернуть на законное место, как только отремонтируют здание. Но никаких даже минимальных работ хотя бы по его консервации как не было, так и нет.

В этой самой квартире были написаны "Смерть поэта", "Бородино", шла работа над романом "Княгиня Лиговская". Снимок датирован апрелем 2014 года

В 2009-м дом передали на инвестиционных условиях ООО "Петроинвест". Следом, в 2010-м, Межведомственная комиссия Адмиралтейского района признала его аварийным и подлежащим реконструкции. В том же году КГИОП согласовал концепцию "приспособления под современное использование". Однако "Петроинсвест" не выполнил условий инвестдоговора в части ремонта и реставрации памятника, здание как будто намеренно доводилось до полного разрушения. Администрация Адмиралтейского района и КУГИ выступили с предложением о продаже здания на торгах, либо его изъятии для госнужд Петербурга, либо применении схемы государственно-частного партнерства – с обязательным условием: предусмотреть организацию культурного центра им. Лермонтова.

Пошли по второму пути: 25 апреля 2013 г. городское правительство выпустило постановление "об изъятии для государственных нужд Санкт-Петербурга земельного участка и жилых помещений в многоквартирном доме по адресу Садовая ул., 61, литера А".

Дом Лермонтова продолжает ветшать

Маэстро со скалочкой

Но нынешней весной из ответа районной администрации градозащитники узнали, что, оказывается, еще в мае 2012 г. губернатор дал поручение передать вместе с земельным участком дом № 61 по Садовой улице ФГБУК "Государственный академический Мариинский театр" – "для размещения приглашенных исполнителей, постановщиков, гостей театра из других городов". Во исполнение этого поручения, сообщается в ответе районной администрации, "в настоящее время правительством Санкт-Петербурга подготовлен проект соглашения о намерениях между губернатором Санкт-Петербурга Г. С. Полтавченко и художественным руководителем Мариинского театра В. А. Гергиевым. Согласно данному проекту, Мариинский театр при проектировании работ по реконструкции здания обязуется предусмотреть в месте проживания М. Ю. Лермонтова культурно-мемориальную зону памяти поэта площадью до 50 кв. м".

В отношении лакомых площадей в историческом центре маэстро Гергиев в последнее время выказывает недюжинный аппетит. Помимо новых площадок Мариинки и планов переустройства старого здания театра, с попутным обзаведением дополнительными службами и зонами общепита, удовлетворению этого аппетита способны послужить здания Вагановки, Петербургской консерватории и Российского института истории искусств (подробнее см. № от 23 сентября 2013 года). Были мечты и о распространении экспансии на остров Новая Голландия, да смена инвестора спутала карты.

Можно, наверное, было бы порадоваться, что дому Лермонтова приискали наконец хозяина. Вот только два обстоятельства омрачают эту нечаянную радость. Во-первых, смущает келейное решение вопроса (и почему, собственно, город не воспользовался возможностью пополнить казну за счет продажи здания на торгах, и какая такая госнужда в гергиевской гостинице?). Во-вторых, уже выказанный маэстро стиль освоения новых территорий в историческом центре не вселяет особой уверенности в том, что "приспособление" дома Лермонтова отличится деликатным отношением к памятнику.

50 квадратных метров культуры

Сам факт передачи здания без внятно озвученных обременений по части сохранения подлинного вызвал у градозащитников тревогу. А отписанные "50 квадратных метров памяти" – яростное возмущение. Они-то надеялись, что хотя бы в год 200-летия Лермонтова будет услышано их давнишнее требование о создании музея-квартиры поэта.

В 2012-м руководимый в ту пору Дмитрием Месхиевым Комитет по культуре даже выразил свою обеспокоенность официально. Правда, вовсе не тем, что нет в культурной столице до сих пор такого музея. Релиз ведомства имел подзаголовок: "Комитет по культуре обеспокоен вновь поднятой в средствах массовой информации темой создания в Петербурге мемориального музея Михаила Лермонтова". Ну да, в последние годы беспокойство чиновников СМИ только и вызывают, почти наравне с Гондурасом.

Начав с весьма спорного, зато безапелляционного утверждения – из подлинного, мол, тут "сохранились только капитальные стены первых трех этажей" – комитетчики перешли к обоснованию главного своего тезиса: "Петербург не забыл о великом поэте".

Подкрепляя его, припомнили о наличии Лермонтовского зала в Пушкинском Доме (который ежегодно посещают "тысячи петербуржцев и гостей города"), о большой научной и просветительской работе Межрайонной библиотечной системы им. М. Ю. Лермонтова, существующей Лермонтовской гостиной в Центральной библиотеке его же имени. В общем, и так довольно. Главный же контрдовод сводился к следующему: для музея нет на данный момент ни помещения, ни связанных с Лермонтовым подлинных предметов, способных составить экспозицию.

Основная коллекция мемориальных предметов и рукописей поэта хранится в Институте русской литературы (Пушкинском Доме) РАН. Ее базой стало собрание первого музея Лермонтова, организованного еще в 1883 году при Николаевском кавалерийском училище (современный адрес – Лермонтовский пр., 54): прижизненные портреты поэта, его графическое и художественное наследие, рукописи, издания его книг, личные вещи.

После Октябрьского переворота музей закрыли, а его коллекции передали в музей Пушкинского Дома. Там на протяжении 1921–1964 гг. проходило дальнейшее формирование и пополнение экспозиции, итогом работы стало открытие Лермонтовского зала. Пушкинский Дом характеризует его как "крупнейшее в мире лермонтовское музейное собрание". В релизе Комитета по культуре подчеркивалось: и прежний директор ИРЛ РАН Николай Скатов, и нынешний директор Всеволод Багно стояли и стоят на том, что хранящиеся в Пушкинском Доме подлинные экспонаты не могут быть переданы куда бы то ни было ни при каких условиях. И, по мнению Всеволода Багно, целесообразнее не создавать новый музей, а укреплять материальную базу уже существующего – Лермонтовского зала в Пушкинском Доме.

– Действительно, передача экспонатов – дело в музейной практике достаточно редкое, – отмечает историк Александр Марголис, многие годы проработавший в Музее истории города. – Например, тот же Пушкинский Дом поделился хранившимися там подлинными вещами Блока, когда создавался Музей-квартира Блока. Но он получил статус филиала Музея истории города, имел не вызывающие у специалистов тревоги условия хранения.

Музей Ахматовой, напомню, тоже изначально создавался как филиал Музея Достоевского. Так что есть в этом деле определенный алгоритм, выдержавший проверку временем. Конечно, отдавать раритеты в какое-то место без определенной судьбы, с неясным статусом не станет никто из музейщиков. И в данном случае беспокойство особенно понятно – на территории гостиничного комплекса, в который собираются превратить дом Лермонтова, музейщики хозяевами положения не будут. Скорее придется довольствоваться ролью приживальщиков при богатом дяде. Да, без подлинных раритетов музея быть не может. Однако совсем не обязательно мемориальная квартира должна стать местом экспонирования подлинных вещей поэта. Сохранить чудом уцелевшую в подлинных габаритах его квартиру, провести научную реставрацию, создать здесь культурный очаг – вот что можно и обязательно нужно сделать. Здесь мог бы существовать пул различных культурных организаций, современный салон в традициях лермонтовского времени. Конечно, предлагаемые 50 квадратных метров – это издевательская цифра. Для культурного центра и вспомогательных технических помещений нужно, по самым скромным подсчетам, вчетверо больше, – убежден эксперт.

Квартирный вопрос решится в суде

Но, как выясняется, есть и другие интересанты, предъявляющие свои права на квадратные метры в этом доме. Процесс его расселения до сих пор не завершен.

"Петроинвест" по-прежнему является собственником двух комнат (36 кв. м) и согласия на переселение в другие помещения госфонда не дает. Районная администрация, как сообщается в ее официальном письме, обратилась в суд с иском к "Петроинвесту" – об изъятии путем выкупа его доли с выплатой выкупной цены.

Несостоявшийся инвестор подал свой иск – требуя признать недействительным постановление правительства Петербурга от 25 апреля 2013 г. В октябре решением Арбитражного суда СПб и ЛО это постановление признано недействительным. Решение обжаловалось администрацией в апелляционном порядке, и 24 января с. г. Тринадцатый арбитражный апелляционный суд отменил решение первой инстанции. "Петроинвест" подал кассационную жалобу – слушание по ней назначено на 14 мая.

Дарья Васильева, защитник дома Лермонтова:

"Мы решили, что весь год 200-летия поэта наши Лермонтовские чтения у дома поэта будут ежемесячными, по третьим числам. Можно сказать, что это наша "Стратегия-3". Только поэтическая. Слово – тоже оружие. И я искренне благодарна тем, кто пишет мне: "Мы с тобой", "Мы придем!" Пусть нас будет немного, но мы остаемся на Садовой".

Мемориальная доска поэту затянута строительной сеткой

UPD: 7 мая защитники дома Лермонтова обратились с открытым письмом к сотрудникам ИРЛИ РАН (Пушкинского Дома).

"Новая газета в Петербурге" приводит полную версию обращения:

Мы, защитники дома Лермонтова в Санкт-Петербурге (ул. Садовая, 61), настоящим письмом выражаем категорическое несогласие с вашей позицией по отношению к коллекции будущего музея Михаила Юрьевича Лермонтова в нашем городе.

С этим письмом мы обращаемся к вам в особое время. В год 200-летия Лермонтова. По всей стране уже анонсируются праздничные мероприятия. Анонсируете их и вы. Одновременно с этим открыто заявляя о том, что Пушкинский Дом является обладателем уникальной коллекции рукописей, изобразительного наследия и памятных вещей, связанных с жизнью и творчеством поэта. Недавно в сюжете телеканала "Культура" (07.05.2014,11:58) вы говорили об обновлении экспозиции, рассказывали о ценнейшей находке юнкерской тетради Михаила Юрьевича, содержащей около двухсот графических рисунков ныне знаменитого воспитанника Школы гвардейских подпрапорщиков и кавалерийских юнкеров. Попутно в кратком интервью телеканалу, вошедшему в этот сюжет, вы упомянули о доме, который мы защищаем. О доме № 61 на улице Садовой, где поэт написал "Смерть поэта" и "Бородино".

Однако ни слова вами не было сказано о том, что дом, фигурирующий в сюжете, находится в жутком состоянии. Что он расселен и стоит заброшенным, с протекающей кровлей и стеклянным плафоном в парадной, с грязным, обветренным фасадом, которому давно и остро требуется косметический ремонт. Сейчас этот фасад затягивают зеленой сеткой. Власти, очевидно, стыдно за то, что знаменитый дом встречает юбилей поэта в запустении. Но сетка не прикроет стыда.

Или те, кто дал указание затянуть этой сеткой фасад, испугались нашей доски?

Чего ждать дальше? Сноса? Открыто заявляем: второго "Англетера" не будет. Мы не дадим снести этот дом.

Уже сейчас ежемесячно, по третьим числам, мы собираемся у фасада заброшенного дома поэта, где читаем стихи.  Лермонтовские и свои гражданскую лирику. Таким образом мы обращаем внимание петербуржцев и гостей города на ситуацию, сложившуюся с домом. Мы стоим у фасада. И нам стыдно. Стыдно за дом.

Жаль, что вы не разделяете этого стыда.

Также мы укрепили на фасаде временную мемориальную доску взамен несколько лет назад снятой под предлогом "аварийности фасада" постоянной. Ее постоянно кто-то снимает, но мы вешаем ее вновь и вновь. Мы не дадим забыть, что это за дом.

Жаль, что вы ни слова не замолвили за возвращение хотя бы копии оригинальной доски.

И ни слова – ни в данном сюжете, ни в прочих интервью – не обронили вы о том, что в городе, в котором Лермонтов провел немало времени и в котором написал бессмертные строки, которые знает каждый гражданин, сложилась катастрофическая ситуация с лермонтовским наследием. В Санкт-Петербурге нет ни одного музея Михаила Юрьевича Лермонтова. И вряд ли таковому быть. Ибо в том числе и вы активно способствуете тому, чтобы его открытие не состоялось.

Цитируем текст сюжета. "Настоящая исследовательская работа может вестись только в Пушкинском Доме, уверены лермонтоведы. Никакого другого музея поэта в Петербурге пока быть не может.

"Это невозможно. Для того чтобы был музей, нужно, чтобы было здание и коллекция. Здание в данный момент не принадлежит городу, вопрос о собственности еще не решен – в частном владении. И коллекции у города тоже нет – коллекция принадлежит Пушкинскому Дому. Мы ничего из стен передавать не можем, по закону о государственном фонде музейные коллекции неделимы", – отмечает Лариса Агамалян (заведующая Литературным музеем Пушкинского Дома. — Прим. авт.)".

Напомним: вокруг одного из лермонтовских адресов в Петербурге долго не утихали споры. Были и митинги, и пикеты: люди требовали открыть в доме музей поэта. Но если нет собрания – что там хранить? Страсти улеглись, и созрело единственное решение. В доме 61 по Садовой улице, где когда-то Лермонтов написал знаменитые "На смерть поэта" и "Бородино", при определенных обстоятельствах может появиться только культурный центр".

Мы считаем, что ради Лермонтова можно менять законы.

Одновременно с этим администрация Адмиралтейского района, сообщив нам 21 марта 2014 года о грядущей передаче дома оперативное управление Мариинскому театру, сообщила об инвестиционных обязательствах создать в здании "культурно-мемориальную зону памяти" площадью всего лишь до 50 квадратных метров.  Это меньше площади квартиры, которую занимал поэт.

Основным аргументом предоставления памяти столь малой площади выдвигается довод о том, что в данной "рекреационной зоне памяти" нечего хранить. Да, это упущение прошлого, что в доме вместо лермонтовского музея появилась коммунальная квартира.

Но мы считаем, что такие ошибки нужно исправлять. И экспонаты для музея (повторим, единственного музея в городе) есть. Только находятся они у вас. И вы не желаете их возвращать, хотя они доверены вам всего лишь на ответственное хранение, всего лишь ввиду отсутствия Музея Лермонтова в городе. И если всё-таки появится такой музей, они должны вернуться в него по справедливости и законному праву.

Нас возмущает то, что Лермонтова по сути уплотнили и ограбили после смерти. Нам очень неприятно то, что в лермонтовской коммуналке делят его вещи. Что учреждение, являющееся учреждением культуры, теоретически должное быть носителем благородства и добра, ведет себя столь некрасивым образом. Отношение Пушкинского Дома к Лермонтовскому дому на Садовой отношение к конкуренту, представляющему угрозу собранию вещей поэта.

По нашему мнению, музей не место для конкурентной борьбы.

В пользу создания музея на Садовой мы информируем вас, что современные технологии позволяют делать копии без большого труда. Тетрадь с рисунками Лермонтова можно распечатать на струйном принтере и разрешать листать посетителям, потом заменять новой. Копии мелких вещей можно изготовить на 3D-принтере. Мебель не обязательно должна хранить на себе отпечатки пальцев Лермонтова, ведь никто из посетителей Лермонтовского дома не будет их искать.

Да, дом Лермонтова изменился с тех времен. Но нужно сохранить отношение к нему как к дому Лермонтова. Так же, как мы храним отношение к ветеранам Великой Отечественной войны, хотя они уже не те молодые парни, которые брали Берлин. Нужно стараться сохранить то, что можно сохранить.

Мы просим вас вернуть вещи поэта в его дом на Садовой.

Мы предлагаем вам в двухнедельный срок ознакомиться с письмом и ответить на него. Можно также через прессу либо посредством публикации на собственном сайте.

В ином случае мы оставляем за собой право на акции протеста.

Защитники дома Лермонтова и его памяти

Нет комментариев

К этому материалу еще нет комментариев