Гомонтово не уйдет безропотно

Гомонтово не уйдет безропотно

31 июля 2014 12:42 / Общество

Усадьбу Гомонтово без проведения экспертизы исключили из списка выявленных объектов культурного наследия. За нее вступилась Генпрокуратура

Усадьба Гомонтово расположена в Волосовском районе, От Таллинского шоссе отходит историческая липовая аллея, упирающаяся в просторный парк с несколькими сохранившимися хозяйственными постройками. Окруженный межевыми рвами и невысокими валами парк представляет собой древесный остров среди бескрайних полей.

Мыза Гомонтово (Хомутово) возникла вблизи Нарвского тракта во второй половине XVIII в. Тогда она принадлежала адмиралу Ивану Талызину, в XIX в. — сначала графине Варваре Фермор, а затем баронам Велио, по имени которых получила второе название.

В 1884 г. в имении Гомонтово во время военных маневров останавливался император Александр III с детьми (среди них был будущий император Николай II), а в 1890 г. несколько дней, также во время военных маневров, Александр III жил здесь с супругой и Германским императором Вильгельмом II.

В советское время здесь был совхоз, и хотя от господского дома остался лишь фундамент, в парке новые хозяева особо не лютовали, его планировка сохранилась.

В диссертации «Усадебные парки Ленобласти» исследователь Инга Барсова называет парк Велио примером сочетания пейзажей парка с естественной красотой местоположения, «обогащения композиции методом создания искусственного микрорельефа и гидротехнических сооружений».

Разонравился

Ничего странного не было в том, что в 1998 г. комиссия Департамента госконтроля за сохранением и использованием объектов культурного наследия при Комитете по культуре Ленобласти зарегистрировала усадьбу Велио в Гомонтово в качестве вновь выявленного объекта культурного наследия.

Затем по закону нужно было провести историко-культурную экспертизу, которая должна была бы сделать вывод, достойна усадьба включения в число памятников регионального значения или нет. До этой экспертизы никаких действий с усадьбой проводить было нельзя.

Однако в 2006 г. комиссия того же департамента принимает акт... об исключении Гомонтово из реестра вновь выявленных объектов. Основание: «Не обладает историко-культурной ценностью, имеющей особое значение для истории и культуры региона». То есть сотрудники департамента сами выступили в качестве «экспертов», приговорив усадьбу к застройке. Вскоре на территории парка начали продавать участки.

Интересно, что этот акт заверил тот же самый начальник департамента Сергей Васильев, который в 1998 году поставил Гомонтово на учет. За восемь лет в самом парке ничего не изменилось: с момента включения в реестр вновь выявленных объектов он стоял на охране. Поменялось только мнение: сначала усадьба достойна включения в реестр, потом недостойна...

Дышло закона

Жители соседней деревни заволновались, когда территорию парка стали размечать колышками. Вдруг оказалось, что усадьба снята с учета и земля уже продана, да не кому-нибудь, а чиновникам и депутатам района. По словам местных активистов, отцом одной из владелиц участка оказался зампредседателя Волосовского районного суда, а матерью — руководитель сектора защиты прав потребителей администрации Волосовского района. Второй участок достался главе муниципального образования Бегуницкого сельского поселения, а третий — служащему ФСИН, жена которого работает в Бегуницкой администрации землеустроителем.

Новые владельцы успели вырубить 27 здоровых деревьев 120–150 лет, прежде чем их остановили решением суда (в парке осталось не менее 500 деревьев, так что еще есть что спасать). К счастью, у Гомонтово нашлось немало защитников. За сохранение памятника выступили местные жители, Генпрокуратура и прокуратура Ленобласти, Совет по ландшафтной архитектуре петербургского Союза архитекторов, Комитет по архитектуре и градостроительству Ленобласти. Областной комитет по управлению имуществом в лице тогдашнего председателя (нынешнего губернатора ЛО) Александра Дрозденко тоже поддержал идею сохранить парк. Тем более что действия департамента были абсолютно незаконными, что очевидно всем, кроме самого департамента и его руководителей из Комитета по культуре Ленобласти.

«Ситуация с усадьбами и парками в области катастрофическая, — уверен Андрей Рейман, председатель совета по ландшафтной архитектуре Союза архитекторов СПб. — Гомонтово — не единственный пример. Местные власти режут их под застройку. То, что у государства нет денег на охрану объектов, не значит, что ценность объектов от этого исчезает».

Одной из активисток, наиболее последовательно выступающих за сохранение усадьбы, является Елена Гитина. Ей повезло: в 1990 г. под частное строительство продавались старые фундаменты, и Елена купила фундамент бывшего дома баронов Велио, даже не подозревая, какое сокровище попало к ней в руки. Раскопав остатки фундамента, она построила дом дай бог на четверти прежнего особняка. «Парк может быть для жителей района прекрасным рекреационным объектом, которых в округе вообще нет», — уверена активистка.

Прокуратура обратилась в суд с требованием обязать Комитет по культуре в лице департамента снова включить Гомонтово в реестр и охранять его до проведения экспертизы. Процесс тянется уже два года. Начался он в Смольнинском городском суде СПб (по месту нахождения ответчика), затем был перенесен в Волосовский районный суд ЛО (по месту расположения объекта).

В Волосовском суде после нескольких заседаний были наложены обеспечительные меры: запрет на строительство и вырубку деревьев в парковой зоне. «Затем судебное разбирательство вновь перенесли, на сей раз в Гатчинский городской суд, — рассказывает Елена. — Что интересно, по ходатайству той самой чиновницы, представляющей на процессе свою дочь, которая построилась в парке. Она вдруг вспомнила о родственных связях с зампредседателя Волосовского суда!»

Судебное следствие началось заново. Сделаны две экспертизы — одна еще до начала разбирательства, заказчиком которой выступило Росимущество Ленинградской области, другая — по решению суда. Выводы обеих совпадают: усадьбу Гомонтово надо включать в список объектов культурного наследия.

Чиновники настаивают: в законе сказано, что нужно проводить экспертизу для включения вновь выявленных объектов в реестр. Но не сказано, что нужна экспертиза для исключения. То есть если хотите исключать — можно просто так, без дополнительных заморочек, таким же актом, как включили. Интересно, что такая позиция противоречит не только духу и букве закона, но и общероссийской практике.

Бегуницкое, сельское, но другое

Весь район ждет, затаив дыхание, чтобы узнать, кто кого пересилит: местные власть имущие, поддержанные рядом чиновников Ленобласти, или прокуратура, на стороне которой выступают питерские и федеральные специалисты по охране памятников.

Тихой сапой местные власти собирались провести изменения в генплан, в которых территория потенциального памятника отведена под жилую застройку. На май-2014 назначили слушания. Узнав об этом, суд запретил администрации Бегуницкого сельского поселения проводить слушания до окончания судебного разбирательства. Местные власти слушания провели, но сделала это якобы не «администрация», а «депутаты» Бегуницкого сельского поселения, как бы не нарушив запрет. Пока что ни надзорные органы, ни суд не дали оценки этим действиям муниципалов.

Сейчас судебное разбирательство вышло на финишную прямую. Эксперты должны ответить на ряд дополнительных технических вопросов, и тогда судьбоносное решение состоится. Дата следующего заседания пока не назначена.