Снос опережает сохранение
Фото: О. Георбелидзе

Снос опережает сохранение

21 января 2015 23:27 / Общество

Корпус Обуховской больницы поспешили демонтировать, пока КГИОП не определился с его статусом.

В конце прошлого года ВООПИиК подал историко-культурную экспертизу, рекомендующую включить в госреестр памятников здания в составе ансамбля Обуховской больницы – в том числе корпус под литерой "Л". В начале недели начался его снос, пока в охранном ведомстве еще не определились с окончательным решением.

Больница "для черного люда", куда (по Лескову) "неведомого сословия всех умирать принимают", появилась близ Обуховского моста, на участке между Фонтанкой и Введенским каналом в 1779 году. Сначала это были шесть бараков на 60 коек, через пять лет на том же месте открыли новую городскую больницу с Домом призрения для умалишенных – первого в Петербурге психиатрического учреждения, в "17-й нумер" которого поместит фантазия Александра Сергеевича спятившего Германна. Мужское отделение размещалось в каменном здании, выходящем на набережную Фонтанки (1784, арх. Руска). Женское откроется в 1839-м (арх. Плавов), на углу Загородного и Введенского канала. Эти два, а также достроенный к 1866 году "принцевский" корпус (возведенный на средства принца Ольденбургского) и сад с оградой получили статус памятника. Между тем, по мнению экспертов, его достойны и другие исторические корпуса, и рассматривать данный объект надлежит именно в их совокупности, как ансамбль. Именно как ансамбль регионального значения и рекомендовала экспертиза ВООПИиК включить объект "Обуховская больница" (сейчас имеет статус выявленного) в государственный реестр.

Его ценность не только в архитектурных решениях, но и в особой исторической значимости: здесь была открыта первая в России фельдшерская школа, Пирогов провел первую операцию под эфирным наркозом, жутковатые для обывателя подробности прочих его изысканий содержит табличка на оборотной стороне постамента: "Здесь стояла покойницкая, где Н. И. Пирогов на распилах замороженных трупов создавал свой атлас топографической анатомии"; сюда свозили раненых в Кровавое воскресенье 1905 года. В XX веке Обуховская больница стала передовым научным клиническим учреждением, ее традиции продолжила и Военно-медицинская академия, под клиническую базу которой исторический комплекс отошел в 1956 году.

Знакомый почерк

Когда в январе 2013 года Сергей Шойгу уволил и. о. начальника военно-медицинского управления Минобороны Вячеслава Новикова, среди причин отставки указывались и "недостаточные темпы работы" ГВМУ по развитию ВМА. Неделей позже стало известно, что бывший строительный вице-губернатор Петербурга Роман Филимонов (в бытность Шойгу губернатором Московской области трудившийся там зампредом правительства по строительству) назначен главой департамента госзаказа капитального строительства Минобороны – которому в числе прочего поручалось заняться развитием имущественного комплекса ВМА.

Специфика деятельности отошедшего Филимонову департамента нашла отражение в материалах проверки Счетной палаты, исследовавшей контракты 2011–2012 годов и представившей свои выводы осенью 2013 года. Коллегия СП пришла к выводу, что два единственных генподрядчика Минобороны по строительству и капремонту (департамент госзаказа капстроительства и "Главное управление обустройства войск", ГУОВ) фактически не выполняли своих функций, но получали 2,85% объема госзаказа. Эти организации получали авансом до 80% цены госконтрактов и передавали функции по их выполнению субподрядчикам. Зачастую закупка осуществлялась "у единственного поставщика".

По той же схеме в конце ноября 2014 года заказчик – ГУОВ – заключил с единственным поставщиком – ООО "Инженерное бюро "Хоссер" – более десяти контрактов на реконструкцию, реставрацию и расширение корпусов бывшей Обуховской больницы на общую сумму свыше 11 млрд руб. Оплата по сложившейся схеме: после сдачи-приемки работ, каковые "Подрядчик обязуется выполнить на свой риск собственными и/или привлеченными силами и средствами".

Риск по противозаконному демонтажу литеры Л (1874 года постройки, трехэтажный, выходящий торцом к Введенскому каналу) может дорого обойтись подрядчику – в принципе, это может быть рассмотрено как неисполнение условий договора, с соответствующими для оплаты последствиями. Хотя едва ли такой фальстарт случился без неписаного указания со стороны генподрядчика, и градозащитники в своих комментариях склонны поминать недобрым словом "знакомый почерк" Романа Филимонова.

Засекреченное будущее народного достояния

Детали предстоящих историческому объекту преобразований остаются секретом не только для широкого круга горожан, но и для Совета по сохранению культурного наследия. В договоре с подрядчиком особо прописано, что все материалы по предстоящим работам являются конфиденциальными, стороны обязуются не хранить ее "ни на каком компьютере, в базе данных или с помощью других электронных средств хранения данных или информации ("компьютер"), кроме случаев, когда данный компьютер находится под контролем исключительно данной Стороны и к нему не имеют доступ сторонние организации и лица, в этом случае Сторона может хранить конфиденциальную информацию на компьютере, и она должна быть возвращена или стерта".

Также подрядчик "обязуется не публиковать какую-либо информацию, документ или статью в отношении Работ в каких-либо средствах массовой информации без предварительного утверждения со стороны Генподрядчика".

Самые общие сведения по предстоящим работам содержит опубликованное на сайте госзакупок техзадание. Из него следует, что имеющиеся на территории здания 1930-х годов реконструируют без изменения существующих объемов. Зато один из наиболее ценных корпусов – под литерой А, вытянутый вдоль Фонтанки, – должен обзавестись мансардой, хотя является памятником XVIIIвека.

Демонтаж предписан только двухэтажному зданию вивария (1913 г.) – что, впрочем, тоже вызывает вопросы. Как такое может быть изначально заложено в ТЗ, если снос объектов до 1917 года постройки запрещен законом?

В отношении корпуса под литерой Л сказано: реконструкция существующего здания площадью 2455,5 кв. м и новая пристройка площадью 1294,5 кв. м. Прописано лишь "разработать проект демонтажа дымовой трубы и стен котельной", а в отношении самого здания "по результатам обследования предусмотреть усиление (восстановление) несущих элементов". Однако начали именно со сноса литеры Л. В договоре срок окончания строительно-монтажных работ по нему определен "не позднее 2 февраля 2016 г.". Отчего ж такая спешка? Можно предположить, что поторопиться решили, зная о поданной в КГИОП историко-культурной экспертизе, рекомендующей включить и этот корпус, наряду с другими, в госреестр – как памятник регионального значения.

Кстати, в договоре по госконтракту со структурой Минобороны прописана необходимость согласования проекта работ с КГИОП. Зампредседателя Петербургского ВООПИиК Александр Кононов, оперативно информировавший комитет о начавшемся демонтаже, сообщает: там уверяют, что демонтаж не согласовывали, и обещают незамедлительно направить предписание об остановке этих работ.

"Новая" будет следить за дальнейшим развитием событий.

Нет комментариев

К этому материалу еще нет комментариев

Написать комментарий

Вы также можете оставить комментарий, авторизировавшись.