Подземный король уходит от шаха

Подземный король уходит от шаха

23 июля 2015 12:01 / Экономика

Зачем следствие ищет миллионы, которые Метрополитену никто не должен?

Дело начальника питерской подземки Владимира Гарюгина разваливается, не дойдя до суда. Самое громкое в северной столице дело о коррупции 2014 года сдувается, как плохо надутый воздушный шарик. Ни 9,2 миллиарда, ни даже 644 миллиона рублей – которые уже полгода ищет следствие – никто не терял. В уголовном деле нет ущерба – во всяком случае, никто его не понес. Нет потерпевшего от неких «незаконных действий» – следствие безуспешно пытается его найти. В ближайшее время Арбитражный суд СПб и ЛО рассмотрит иск Петербургского метрополитена к городской Контрольно-счетной палате (КСП), как раз и насчитавшей баснословные убытки для бюджета, после чего, возможно, не останется и события преступления. Зато останутся вопросы: кому все это было нужно и зачем?

Следственный фундамент

За шесть месяцев следствия стало очевидно: все его усилия направлены не на выяснение обстоятельств преступления (если оно и было совершено), а банально против Гарюгина. Смольный не сдал хозяина подземелья. Губернатор Петербурга Георгий Полтавченко сразу жестко занял позицию: «Глава ГУП «Петербургский метрополитен» Владимир Гарюгин останется в должности, пока его вину не докажет суд». Судом же еще и не пахнет. До сих пор все, на чем держится громкое коррупционное дело, – ревизорская проверка. За полгода расследования к доказательной базе больше не прибавилось ничего.

Напомним: в ноябре 2014 года КСП Петербурга сразила масштабами своих разоблачений: по расчетам аудиторов, за три года (с 2011 по 2013 г.) метрополитен нанес ущерб городской казне не менее чем на 9,2 млрд руб. По мнению КСП, во время строительства пяти станций («Адмиралтейская», «Бухарестская», «Звенигородская», «Международная», «Обводный канал») отчисления инвесторов в бюджет были занижены. Так, по зданию над «Адмиралтейской» оценщик, привлеченный ревизорами, подсчитал: инвестор должен был заплатить в бюджет 1,3 млрд руб. – в 20 раз больше, чем заплачено. Всего же, по выводам проверяющих, за семь лет (с 2007 по 2013 г.) Петербургский метрополитен заключил 292 незаконные сделки на общую сумму свыше 7,3 млрд руб., в которых усматривалась личная заинтересованность Гарюгина (см. «Новую» № 89 от 27.11.2014).

Цифры шокировали. Однако в конечном счете в вину начальнику питерской подземки вменили лишь недополученные бюджетом 466 млн руб. По версии следствия, 466 млн руб. – это стоимость фундамента под «Адмиралтейской», построенного на бюджетные деньги, а Гарюгин виновен в том, что не включил их в список затрат, которые инвестор должен был компенсировать городу. Но так ли это?

Телега впереди лошади

Стоит вспомнить, как строилась «Адмиралтейская». В 2011 г., накануне всех возможных выборов: декабрьских в городской парламент и в Госдуму, затем президентских. В лучших традициях советских времен новая станция метро задумывалась как подарок петербуржцам, но с ним катастрофически не успевали – в августе 2011 г. на месте будущего вестибюля еще зияла дыра. Что неудивительно: всего за полгода до того по итогам закрытого конкурса был выбран инвестор для возведения вестибюля «Адмиралтейской» – ЗАО «СоветниК».

В конкурсную комиссию, кроме Гарюгина, входило почти все тогдашнее городское правительство: вице-губернаторы Игорь Метельский, Юрий Молчанов, Роман Филимонов, глава КГА Юлия Киселева, председатель КУГИ Дмитрий Куракин, руководитель Комитета по транспорту Станислав Попов и др. Сегодня в деле они не фигурируют. Там есть только «иные лица, использовавшие свои полномочия вопреки интересам ГУП и города».

«СоветниКу» поставили задачу – любой ценой возвести пятиэтажный вестибюль до конца года. Инвестор справился: 28 декабря 2011 г. «Адмиралтейскую» торжественно открыли. Но бумаги не догнали реальные события. Лишь 21 декабря 2011 г. губернатор Георгий Полтавченко подписал постановление «О строительстве наземного вестибюля станции метро «Адмиралтейская». Только после этого Петербургский метрополитен смог заключить инвестиционный договор с «СоветниКом». Стороны подписали его в 2012 г., когда не то что фундамент окреп, а пассажиры уже вовсю его испытывали. Однако по документам на возведение вестибюля отведен 31 месяц. Инвестиционный договор не исполнен до сих пор – еще продолжаются сверки и расчеты. Отсюда выводы следствия о недополученных городом средствах – преждевременны, а о неполученных – ложны.

Согласно договору, инвестор обязан был оплатить все расходы на строительство здания, кроме тех, которые относятся непосредственно к хозяйству «Метрополитена». Фундамент же необходим и торговому комплексу, и наклонному ходу, и наземному вестибюлю станции, который строился за счет инвестора, но по условиям договора перешел в собственность города. Поэтому сначала требовалось определить, сколько за фундамент должен инвестор. В 2014 г. провели экспертизу, установили эту сумму и «СоветниК» перечислил в бюджет свою долю – 270 млн руб. Размер платежа определяли независимые оценщики. Сумма согласовывалась с городскими чиновниками: Гарюгин лишь исполнял распоряжения. Несмотря на это, почему-то именно его обвинили в «злоупотреблении полномочиями» (ст. 201 УК РФ) на… 466 млн руб. (полная стоимость фундамента). Получается, следствие вообще не обратило внимания ни на инвестиционное соглашение, ни на 270 оплаченных «СоветниКом» миллионов, ни на то, что за оставшиеся якобы недоплаченными 194 млн руб. город получил фундамент в собственность?

Ищите жертву

Нашелся ущерб – понадобился пострадавший. Его в уголовном деле не было до марта 2015-го. А потом вдруг следователь ГСУ СК РФ по Петербургу майор юстиции Александр Пальцев (материалы находятся у него в производстве) жертву отыскал – ею стал городской комитет по транспорту. Как выяснилось вскоре, неожиданно для себя и ненадолго.

В марте 2015-го следователь Пальцев под роспись ознакомил юриста Комитета по транспорту Ирину Тихонову с постановлением о признании потерпевшим. Едва успев пострадать, она подала гражданский иск в Приморский районный суд. С виновных лиц, то есть с Владимира Гарюгина (других фигурантов в деле нет), юрист потребовала взыскать 466 млн руб. Помимо иска, Тихонова направила ходатайство о принятии обеспечительных мер.

«С какой стати? – недоумевает адвокат Гарюгина Владимир Львов. – Какие обеспечительные меры? Еще даже обвинение не предъявлено. Теоретически это возможно, когда имущество может куда-то уйти, быть растрачено, украдено и т. д. А тут что обеспечивать? Что растрачено? Что украдено?»

Через пару дней председатель Комитета по транспорту Александр Воробьев отказался от всех претензий к Гарюгину и отозвал иск – как преждевременно заявленный. Воробьев не комментирует, знал ли он о подаче иска Тихоновой и могла ли она действовать самостоятельно. Однако за пару дней расторопный Пальцев уже успел дать ход документам и тоже обратился в суд за разрешением на обыски и арест имущества.

22 мая (спустя два месяца после отказа Смольного стать потерпевшим и отзыва иска) в рабочий офис и квартиру начальника питерской подземки пришли оперативники с обысками. А уже через пятнадцать минут после их начала официальный представитель СК РФ Владимир Маркин комментировал: «Следствием приняты исчерпывающие меры для обеспечения возможности возмещения убытков, причиненных бюджету города. Арестованы принадлежащие подозреваемому Владимиру Гарюгину денежные средства в сумме более 31 млн руб., крупные суммы денежных средств в иностранной валюте (без уточнения количества.Н. П.), три земельных участка в Ленобласти, жилой дом, автомобиль Toyota Land Cruiser и сберегательные сертификаты общей стоимостью 2,4 млн руб». «Все, что нашли, – объясняет Владимир Львов. – А главная цель – моментальная и громкая огласка в СМИ. Много шума, ненужных бумаг и лишних действий. Издано шесть постановлений об аресте имущества, хотя достаточно одного. Проведено несколько экспертиз стоимости вещей, изъятых с рабочего стола Гарюгина. Результат – определена цена степлера и подобных ему безделушек, каждая по 300–400 рублей! Не тысяч, не миллионов. Зато ни одной экспертизы, чтобы узнать стоимость фундамента «Адмиралтейской».

«Фактически никакое расследование не проводится, – подытоживает защитник подозреваемого, – лишь имитируются следственные действия. Уже понятно, что иск инициирован вовсе не Комитетом по транспорту, который не признает, что он пострадал. Ясно, что во всем происходящем нет политической воли, а есть чьи-то экономические интересы. Цель обысков и ареста имущества – психологическое давление на Гарюгина и его работодателя. Тот, кто инициировал эти процессы, видимо, рассчитывал: возбудят дело – и Гарюгина тут же снимут. А все пошло не по такому сценарию. Следствию же надо теперь отчитываться (жаль, не знаю перед кем) о проделанной работе. А когда реальных действий нет – возникает обилие пустых бумаг и море шума. По моему убеждению, это уголовное дело – чей-то заказ, который отрабатывает следователь Пальцев. Не один – задания ему дают и оперативные справки пишут полковники, капитаны всевозможных рангов и генералы ФСБ. Думаю, не лишней была бы служебная проверка в отношении Пальцева. Может быть, удалось бы выяснить, кому это нужно и зачем?»

Откуда дело растет

Сегодня, когда борьба идет за контроль над бюджетными финансовыми потоками, которых в условиях сжимающейся экономики и сокращающихся бюджетов на всех не хватает, верный признак: если какого-то чиновника обвиняют в воровстве – значит, на его место метят другие воры. Здорово верить, что неожиданное рвение правоохранителей в расследовании коррупционных дел не имеет скрытой подоплеки. Но наивно.

Один пример. Одновременно с метрополитеном КСП Петербурга проверяла ГУП «Водоканал». В ходе аудита (за период с 2010 по 2014 г.) выяснилось, что при строительстве главного канализационного коллектора «Водоканал» приобретал немецкое оборудование. По оценке экспертов, всего купил на 1 млрд руб., хотя реальная стоимость товара составляла 600 млн руб. Этой закупкой еще в апреле 2013-го интересовалось Управление по борьбе с экономическими преступлениями ГУ МВД по Петербургу и Ленобласти. По мнению правоохранительных органов, за счет завышения отпускных цен совершено хищений на сумму в 400 млн руб. Но никаких уголовных дел и следственных действий нет до сих пор.

А в отношении метрополитена итоги проверки КСП стали «составом преступления», и то благодаря удивительной расторопности. Поскольку перед тем, как знакомить с цифрами правоохранительные органы, ревизоры должны были представить отчет всем заинтересованным лицам. Сторонам следовало составить протокол разногласий, представить в КСП, получить окончательный акт проверки, и только потом, если вдруг потребуется, направить его следователям. Случилось почти наоборот. Метрополитен был последним, кто узнал об итогах.

«Мы до сих пор не получили отчет КСП и знаем только то, что выложено у них на сайте», – еще 25 ноября 2014 г. сообщила «Новой» пресс-секретарь ГУП «Петербургский метрополитен» Юлия Шавель. «Документы были разосланы всем: Следственному комитету, прокуратуре, журналистам. Всем, кроме нас, – прокомментировал в тот же день Владимир Гарюгин. – Поэтому мы до сих пор не в курсе, в чем нас официально обвиняют. Не исключено, что в отчете КСП есть неточности. Все они будут оспорены».

В декабре 2014 года Петербургский метрополитен и городской комитет по развитию транспортной инфраструктуры обжаловали выводы КСП в Арбитражном суде СПб и ЛО. Там ответчики заявили: «Заключение КСП ненормативный акт и не подлежит исполнению». Арбитраж согласился: раз выводы ревизоров – ненормативный акт, значит, не могут служить основой для обвинения, и производство по делу прекратил.

Однако на следствие по уголовному делу это никак не повлияло. Поэтому метрополитен обжаловал прекращение производства. 7 июля Арбитражный суд СЗФО отменил решение нижестоящей инстанции и направил дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд СПб и ЛО.

«Если арбитраж признает акт КСП ненормативным, ошибочным и неправильным, – говорит адвокат Гарюгина, – то возбуждение дела автоматически станет необоснованным и незаконным в силу отсутствия события преступления».

Уточнение

23 июля 2015 года в «Новой» был опубликован материал «Подземный король уходит от шаха». В тексте об уголовном деле в отношении главы петербургского метрополитена Владимира Гарюгина, помимо прочего, говорилось о том, что в 2013 г. КСП проверяла «Водоканал Санкт-Петербурга» и выяснилось, что «при строительстве главного канализационного коллектора «Водоканал» приобретал немецкое оборудование. По бумагам – на 1 млрд рублей, хотя реальная стоимость товара – 600 млн рублей. Этой закупкой в апреле 2013 года заинтересовались правоохранительные органы. По их выводам, за счет завышения отпускных цен случилось хищение на сумму 400 млн рублей. Но никаких уголовных дел нет». Однако в публикации была допущена неточность.

Как сообщили «Новой» в ГУП «Водоканал Санкт-Петербурга», в 2013 г. городская Контрольно-счетная палата действительно проводила проверку деятельности предприятия, но упомянутых фактов ревизоры не выявили. В «Водоканале» уточнили, что интерес правоохранительных органов тогда вызвали работы ЗАО «Водоканалстрой».

«Между тем «Водоканалстрой» – это самостоятельное предприятие, не являющееся дочерней компанией ГУП «Водоканал Петербурга», – подчеркивают в «Водоканале». – Петербургский «Водоканал» неоднократно давал на эту тему разъяснения СМИ, в том числе и в 2013 г. К тому же «Водоканалстрой» не являлся генподрядчиком строительства коллектора: контракт на строительство продолжения Главного канализационного коллектора был заключен ГУП «Водоканал Санкт-Петербурга» в 2001 г. с компанией СТИС. В рамках проекта по строительству продолжения коллектора прямых договорных отношений между ГУП «Водоканал Санкт-Петербурга» и компанией «Водоканалстрой» не было».

Однако отметим, что, по данным СПАРК, ЗАО «Водоканалстрой», ООО «СТИС» и ООО «Специализированное тоннельное строительство» (СТС) контролируются одним и тем же человеком – председателем совета директоров «Водоканалстрой» Владимиром Агияном. Реестр акционеров ЗАО «Водоканалстрой» неизвестен, поскольку не является публичным. На протяжении многих лет три названные компании регулярно получали от «Водоканала» контракты стоимостью в миллиарды рублей. Строительство главного канализационного коллектора, в котором принимали участие все три выше упомянутые компании, длилось 12 лет (с 2001 по 2013 г.) и обошлось в 28,3 млрд руб. (в ценах разных лет).

Кроме того, по сведениям СМИ, у Владимира Агияна и директора ГУП «Водоканал Санкт-Петербурга» Феликса Кармазинова есть также общие бизнес-интересы. Так, по информации «Делового Петербурга», Владимир Агиян и Феликс Кармазинов вместе с еще одним менеджером «Водоканала» Евгением Целиковым являются учредителями животноводческого комплекса «Урожайное» в Приозерском районе Ленобласти, запущенного в 2012 г.