Обычные растлеваемые
Фото: life.ru

Обычные растлеваемые

27 апреля 2017 14:54 / Общество

Почему в истории про изнасилования в детдомах так трудно поверить

Скандал в петербургском Центре содействия семейному воспитанию № 8 в очередной раз напомнил о полузапретной теме, в которой никто не хочет разбираться. В качестве жертв насильники выбирают детей с нестабильной психикой, которые не всегда могут дать адекватную оценку происходящему или просто боятся. Спустя годы восстановить реальную картину событий почти невозможно. Как и оценить число подвергшихся насилию: их просто «много».

«Это происходило каждую неделю»

В декабре 2016 года уполномоченный по правам человека в Санкт-Петербурге проводил конкурс научных и творческих работ. Один из присланных фильмов вызвал у организаторов шок. «Мы сначала даже не были уверены, что такое можно размещать в интернете, – рассказала «Новой газете» пресс-секретарь омбудсмена Юлия Волкова. – И сразу предупредили автора, что не имеем права не уведомить правоохранительные органы».

Фильм студентки Университета профсоюзов Екатерины Соболевской начинается как множество видеопортретов людей с трудной судьбой. 26-летний молодой человек по имени Яков Яблочник, заикаясь, рассказывает об отношениях с приемной и биологической матерями, о смерти последней, о попытках суицида и попадании в детский дом. А дальше произносит слова, которые у неподготовленного зрителя могут вызвать как минимум скепсис: «Это происходило каждую неделю… Сначала мне было неудобно рассказывать… Старшеклассники тоже насиловали малолетних…»

По словам юноши, в 13-летнем возрасте воспитательница детдома привела его на кастинг в журнал, который оказался гей-порностудией. Спустя два месяца Яша начал заниматься сексом с мужчинами, причем делал это по собственному желанию: «Я воспринимал это как работу, это не было изнасилованием», – спокойно говорит молодой человек.

Дальше по фильму следовала безответная любовь к сверстнику, которая обернулась махинациями с квартирой, из-за чего выпускник детдома Яша в итоге оказался на улице.

Героя для своего фильма Екатерина Соболевская нашла в документальном спектакле про бездомных, который режиссер Михаил Патласов ставил совместно с благотворительной организацией «Ночлежка». Яков Яблочник сыграл в постановке одну из главных ролей.

Ответ из прокуратуры на заявление петербургского омбудсмена пришел в феврале. В ведомстве сообщили, что разрабатывают банду «черных риэлтеров», специализирующуюся на выпускниках детдомов, и что случай Якова Яблочника будет добавлен в общее производство. Об отклике оперативников на другую часть этой истории стало известно только 23 апреля: на сайте СКР появилась информация о возбуждении уголовного дела по ч. 3 ст. 132 УК РФ (насильственные действия сексуального характера в отношении несовершеннолетнего).

24 апреля СМИ назвали имена пятерых арестованных: это заслуженный учитель России 70-летний Станислав Виноградов, 46-летний старший воспитатель детского дома № 8 Михаил Елин, 41-летний сотрудник социальной гостиницы для сирот «Мечта» Кирилл Покалюк и двое выпускников того же детдома Андрей Соловьев и Павел Приказчиков. Последний, по сообщениям СМИ, вечером 26 апреля признал свою вину. В тот же день суд определил оставить подозреваемых под стражей на два месяца.

В день, когда история получила широкую огласку, Яков Яблочник дал несколько больших интервью и обвинил своих бывших воспитателей в том, что они сделали его геем. Затем сообщил, что собирает пресс-конференцию, но уже вечером прекратил все контакты со СМИ: «Ряд сюжетов (…) искажает и мою позицию, и действия в какую-то «не ту» сторону, видимо, как выгодно и удобно тому или иному каналу. Также я принял решение отказаться от передачи на Первом «Пусть говорят» и других ток-шоу».

Яблочник – творческий псевдоним молодого человека

Первоначально сообщалось, что Яблочник дал показания на троих фигурантов дела: Виноградова, Приказчикова и Покалюка. Двух других вычислил Следственный комитет, опросив более 40 сегодняшних и бывших воспитанников 8-го детдома. Позже молодой человек сообщил, что лично обвиняет только одного человека – Кирилла Покалюка. А также объявил об угрозах в свой адрес.

Сообщения о самых масштабных в новейшей истории Петербурга обвинениях в педофилии появились и быстро исчезли с первых полос и экранов. Чтобы понять, почему, достаточно обратиться к первоисточнику: впервые свою историю Яблочник опубликовал 29 декабря 2015 г. на форуме программы «Пусть говорят», а затем добавил продолжение с заголовком «Узбек-гей обокрал парня и разбил ему сердце». Истории, где как будто специально собрана вся жесть окружающего мира, изначально кажутся фейком.

К тому же из публичных выступлений Якова Яблочника уже невозможно понять, сколько у него на самом деле было квартир, кого конкретно он обвиняет и в чем. И наконец, зачем молодой человек с таким участием делится на публике жуткими подробностями своей биографии, как будто все произошедшее – спектакль.

«Сначала мы смеялись…»

В своей биографии на странице ВКонтакте Яша Яблочник пишет, что родился в Ленинграде в 1991 году. С 1992-го жил в Архангельске и Гусь-Хрустальном, а в 98-м вернулся обратно в Санкт-Петербург.

Руководство 8-го детдома для комментариев недоступно. Мы нашли воспитателей из интерната № 69 для детей с задержкой психического развития, где Яблочник обучался с 1-го по 4-й класс. Все они вспомнили Яшу как неагрессивного мальчика, который не был способен на подлость или обман.

«Очаровательный мальчишка, которому нравилась красота театра и мало что интересовало за его пределами», – рассказала «Новой» преподаватель школы-интерната № 69 и руководитель театральной студии «Республика ШКИД» Татьяна Збышевская.


На отклонения в поведении мальчика воспитатели обратили внимание не сразу. «Сначала мы смеялись, но потом начали понимать, что это пугающе, – вспоминает одна из сотрудниц интерната № 69. – И мы его госпитализировали в психиатричку».


После третьего попадания Яши в спецучреждение медико-педагогогическая комиссия определила направить его в другой детский дом. Так он оказался в Центре содействия семейному воспитанию № 8.

Дальнейшая биография уже взрослого Якова Яблочника, которую удается восстановить по соцсетям, рисует образ человека, который стремится любым способом обратить на себя внимание: танцор в клубе, актер эпизодических ролей, участник ток-шоу о проблемах ЛГБТ и т. д. Причем посты о творческих достижениях чередуются на его странице с сообщениями об очередных жизненных коллизиях: «Обворовали… Украли документы, банковские карточки, сняли с них деньги… Через личный кабинет с моих счетов были списаны средства».

Монолог 1: «Разве жертвы насилия так себя ведут?»

Анну (имя изменено) удалось найти в друзьях у сотрудников детского дома № 8.

«У Яши действительно психическое заболевание. Он выпускник коррекционного учреждения. Чтоб проверить теорию про пиар, достаточно внимательно пролистать его страницу.

Всех фигурантов знаю лично несколько лет. С Кириллом Покалюком Яша не один год общался хорошо после выпуска. Я неоднократно видела их вместе, есть десятки фотографий. И тут такое заявление. Педагоги – замечательные люди и большие профессионалы. О них прекрасно отзываются дети, родители, выпускники и весь педагогический мир Санкт-Петербурга. Еще один фигурант – сын сотрудницы школы. К детскому дому никакого отношения не имеет, такое впечатление, что оказался не в том месте.

Яша продал все свое жилье, полученное от государства. Пытался его вернуть, стали появляться множественные заявления, что его обманули, но ни один суд это не подтвердил. Отгремели фанфары спектакля (заметьте, что сценарий написан только с его слов), и тут новая волна интервью и съемок. Он засветился на каждом телеканале, почти во всех печатных и электронных изданиях. С улыбкой рассказывает явно заученный текст. Разве жертвы насилия так себя ведут?»

Монолог 2: «Я ему верю. Меня тоже так мучили»

27-летний Максим Данилов своей личности не скрывает. Последние два года молодой человек курирует социальный проект «Моя жизнь после детского дома», помогая таким же, как он, адаптироваться к условиям реального мира.

«Мы с Яшей первый раз встретились в психиатрической больнице больше 15 лет назад. Ему на тот момент было 13 или 14. Он пел женские песни, одевался, как девушка. Его в больнице все любили.

Я ему верю. Меня тоже так мучили. Недавно Яша приезжал ко мне на квартиру, рассказывал, что детдом испортил всю жизнь. Я очень удивился, что Яша смог доказать вину этих людей. Потому что был уверен, что сделать это будет сложно. Это еще одна причина, почему я не обращался в органы. Конечно, доля пиара здесь есть. Но кому такой черный пиар нужен?

Я родился здоровым ребенком, но мама в силу жизненных обстоятельств отказалась от меня. Меня взяли приемные родители, но потом просто оставили на скамейке. Я попал в школу-интернат № 6 в Красногвардейском районе. Там была нормальной практика внушать детям и всем воспитанникам, что ты дурак, ничего в жизни не добьешься и вообще ты никто. Соответствующие диагнозы тоже ставили. Но им это было выгодно, так как больным воспитанникам начисляли социальные выплаты, а учреждению отдавали процент.

Максим Данилов // Фото: vk.com

Меня в больницу положили, когда мне было лет 11. Когда мне было 7, меня впервые изнасиловали. Насильника зовут Максим Дмитриев – он был воспитанником детского дома, потом работал вахтером у нас. Мне казалось, что это нормальная процедура. Конечно, в 7 лет я ничего еще не осознавал. Подобное повторялось раз десять точно. Будучи постарше, годам к 11, я пошел к замдиректора Валентине Андреевне Путиловой – она сказала, что разберется. А на следующий день меня избили два воспитанника – Максим Кузьмин и Сергей. Я слышал как-то, что им за это обещали дать сухой паек. Били минут 15 точно. Избивали до крови, разбивали голову. Следом меня отправили якобы в санаторий, а это оказалась психиатрическая больница № 3, в которой я пролежал полгода. Мне давали таблетки. Было очень плохо: меня скручивало от них.

Конечно, из учреждения я вышел больным человеком. Думаю, вы представляете, какую физическую и психологическую травму они мне нанесли.


Я прихожу в церковь, смотрю на священника, и мне кажется, что он меня хочет.


Я помню каждого насильника. У нас был такой учитель истории Константин Михайлович. Водил нас в баню и там показывал свое добро. Сейчас мне пишет один из насильников, извиняется, говорит, что не хотел. Я говорю, что все нормально. Но понимаю, что если хотя бы кого-нибудь из них встречу на улице – сразу же расправлюсь с ним».

Серафим РОМАНОВ,
Янни ГРИГОРЬЕВА