Не очень-то и плохо у нас. Бывает хуже

Не очень-то и плохо у нас. Бывает хуже

20 марта 2018 09:57 / Общество

В день выборов президента Путина «Новая» побывала в деревеньке Пудомяги между Гатчиной и Павловском.

Деревня Пудомяги – прекрасный образец слияния села с городом. Прямо у шоссе, в поле, елочкой стоят длинные блочные пятиэтажки, девять штук. Номер 1, потом 3, потом сразу 14. Это почти вся деревня. По другую сторону шоссе есть еще частные дома, но их за полем не видать.

Во дворах пятиэтажек солнечные блики играют на большой трубе. Это местная скрепа: она тянется вдоль всех домов в Пудомягах. Где-то уходит под землю, потом опять выныривает, взмывает вверх и образует воротца в очень неожиданном месте. Там жители Пудомяг приспособились под трубой ходить. Получилась дорожка. Очень удобно и красиво. Кажется, это отопление, потому что на трубе греются кошки. Вдоль нее паркуются автомобили. Когда в Пудомягах, как пишут районные газеты, дает сбой канализация, ее содержимое начинает скапливаться у домов – под теплой трубой.

Труба тянется по всему периметру каре из пятиэтажек. А в центре стоит детский садик. Это и есть помещение для голосования. Здесь 18 марта жители Пудомяг выбирали президента Путина.

– Я тут тридцать лет живу, – призналась Любовь Васильевна, с которой мы разговорились на выходе из избирательного участка. – До того жила в воинской части.


Я и за границей много была: в Испании отдыхала, в Турции, в Египте. Но у нас в Пудомягах лучше. И красивее.


Сейчас она на пенсии, а раньше работала воспитателем как раз в этом детском садике, где теперь голосовала. У входа ей подарили наклейки «Россия в моем сердце», «Россия – это мы», «За нами будущее».

– Я пришла голосовать, чтоб жизнь лучше стала, – поделилась Любовь Васильевна. – Чтобы надеяться на что-то хорошее. Но я за хорошее и голосовала: за Путина. Сейчас тоже хорошо, правда?

Самым счастливым сельчанам удалось под окнами разбить огородики. Зимой этого не оценить. Но местные жители охотно рассказывают, как хорошо им живется.

– Мне очень у нас тут нравится, – рассказала пенсионерка Нина Семеновна. – Свежий воздух, посадки. А дальше будет еще лучше! Дом культуры обещают построить в этом году. То есть заложить. И не надо будет в кино ездить в Павловск.

Фото: Ирина Тумакова

До самой пенсии Нина Семеновна работала оператором котельной. Здесь, в Пудомягах.

– Тот, за кого я голосовала, уже всё для нас сделал, – с чувством продолжала женщина. – У нас с мужем пенсия хорошая. На двоих обычно хватает. Поехать только никуда не можем, надо копить. Но мы не жалуемся.

А вот Галина приехала из соседней деревни Монделево. Там нет помещения для голосования. Она долго ждала автобуса, потом шла по обледеневшей дорожке под трубой.

– Ехала специально, чтобы проголосовать за Владимира Владимировича, – сообщила Галина. – Он, конечно, победит, но я все равно должна. Я не вижу лучше, чем Путин. И вообще, не очень-то и плохо у нас. Бывает хуже. А если кто-то другой придет в президенты, то может быть и у нас хуже.

Пенсионерка в черной шубке с аккуратно подкрашенными губами шла по коридору детского садика к выходу, она только что проголосовала. Слева сын бережно поддерживал ее под локоток. Правой она прижимала к уху телефон.

– Татьяниванна? – кричала она в трубку. – Ну вот, сообщаю: проголосовала. Да, все вовремя…

Сын дергал маму за пальто и громко шептал: «Мам, чего ты перед ней отчитываешься?» Я тоже не удержалась и, когда разговор с Татьяниванной кончился, спросила, зачем она отчитывается.

– Я работаю в одном государственном учреждении, в каком – не скажу, – охотно пустилась объяснять Антонина Петровна. – Нас записывали: кто в какое время пойдет голосовать, со скольки до скольки. Вот я позвонила, сказала, что проголосовала. Теперь поеду в церковь в Гатчину. Но я бы и так пошла голосовать. А то, боюсь, выберут не того. А надо, чтобы Путина. Вот мой муж-алкоголик говорит: надо Титова, он всех напоит вином. У каждого свой интерес.

– А у вас какой?
– Чтоб были закреплены границы нашей страны. И мы будем спокойно спать. Войны-то нам не надо. А кусок хлеба у нас есть.

18 марта в Пудомягах был настоящий праздник. С фасадной стороны домов поставили полосатую торговую палатку. Шерстяные носки, полотенца, платья, бежевый лифчик, большая коробка осветлителя для волос и брелок с собачкой. Продавщица в толстом платке и коричневом пальто грелась рядом в «газели». Вышла один раз, когда я взяла в руки собачку – рассмотреть. Потопталась рядом по снегу, вздохнула и ушла обратно в «газель». Никто в Пудомягах ее товар не брал.


В соседний магазин по случаю праздника завезли свежее пиво. Об этом сообщал плакат на двери, рядом с призывом голосовать за президента.


Из уличного репродуктора громко играла популярная музыка. Песня летела в каждое окошко, не давая жителям забыть о том, какой сегодня день.

Молодой и гладко выбритый человек в черной куртке зашел в магазин. Это Сергей, он работает в Петербурге автослесарем, а в Пудомягах живет, поэтому здесь голосовал. Настроение у Сергея было не очень праздничное.

– Тут давно всё за нас уже решили, – мрачно сказал он. – Социально-экономическое устройство страны надо ломать. Капитализм свое изжил, народ живет бедно, медицины нет, правоохранительных органов нет, судейская система не работает. Только с Жириновским у народа появятся силы всё это перевернуть.

Политически продвинутый автослесарь купил бутылку пепси-колы, повторил продавщице то, что сказал только что мне, и ушел. Свежее пиво его не интересовало. Я вышла следом.

У магазина стояли супруги Лена и Павел. Когда я приблизилась, Лена что-то торопливо завернула в пакет. Из мятого бумажного воротника в ее руке торчало коричневое горлышко.

– Мы живем во-о-о-н в тех домах, – показал Павел на пятиэтажки подальше. – Сюда еле дошли, нигде не посыпано. Вчера три капельки какие-то бросили песка, а сегодня вообще голый лед.

Но по голому льду они все равно пришли, чтобы проголосовать за Путина. Лена работает в автопарке в соседнем райцентре, в Гатчине, Павел – рабочий в Пулково. Дальше райцентра и аэропорта никогда из Пудомяг не уезжали.

Фото: Ирина Тумакова

– Мы ждем улучшений от правительства, – объяснила мне Лена свою позицию. – Да они уже есть, улучшения! У нас тут и дорогу отсыпали, и электричество поменяли. А то раньше было: включаешь чайник – свет вырубается. Теперь поменяли – стало хорошо.

– Коней на переправе не меняют, – добавил Павел.

У дверцы серого опеля благообразный дядечка лет пятидесяти колдовал с замком. Представился как Константин. Он тоже с утра пораньше сходил в магазин, потом в детский садик, проголосовал. За президента Путина. Хоть и настроен Константин критически.

– Социальная политика государства меня пока что не устраивает, – покачал он головой.

– Политика Путина? – уточнила я.

– Да не Путина, а государства! Социальной политикой у нас кто командует? Правительство.

– А правительство откуда берется? – спросила я.

– Из кабинета министров, – объяснил Константин.

Из репродуктора неслось: «Желаю тебе, земля моя, высокого неба ясного». Над Пудомягами уже синело ясное небо. Солнце сверкало на трубе отопления. На дорожке поскользнулся и упал на бок бородач в синей куртке. Встал, отряхнул снег и пошел дальше – в детский садик, голосовать.