Стакан воды

29 декабря 2004 10:00

Речь не о политических свободах. Всего лишь о деньгах. О справедливых компенсациях за необратимый ущерб, нанесенный их здоровью около двух десятилетий назад ядерной катастрофой.

Сегодня они объявляют голодовку. Они – это группа петербургских инвалидов-«чернобыльцев». Отчаявшись, люди не видят иного способа отстоять свои права.




...Типовой шестиэтажный дом в Курортном районе, на въезде в Сестрорецк. Поднимаемся на четвертый этаж. Трехкомнатная квартира практически без мебели, и потому кажется просторной. На полу брошены матрасы. Один, два, три... двенадцать – по числу голодающих...
Закон «О социальной защите граждан, подвергшихся действию радиации вследствие катастрофы на ЧАЭС», принятый 12 лет назад, устанавливает право чернобыльцев не только на различные льготы, но и на ежемесячное денежное довольствие. При этом, что очень существенно, все выплаты «подлежат защите от инфляции».
Что ж, до конца 1996 года защита худо-бедно действовала. По крайней мере, компенсации росли вслед за повышением минимального размера оплаты труда. Но начиная с января 1997-го пересчитывать МРОТ каждые три месяца прекратили, и вплоть до лета 2000 года он не увеличивался вообще. Стоит напомнить, что летом 1998 года случился дефолт, в результате которого уровень жизни большинства россиян упал в два-три раза...
Когда же МРОТ начали снова повышать, индексаций выплат инвалидам-чернобыльцам так и не произошло. А в феврале 2001 года в «чернобыльский» закон внесли изменения, привязав полагающиеся пострадавшим выплаты к росту прожиточного минимума в стране. Инфляция, опустошившая карманы граждан в 1997–2000 годах, была не замечена: выплаты за весь этот период проиндексировали... аж на 19.8%.
Летом 2004 года питерский чернобылец Виктор Иванов не выдержал и обратился с иском в Сестрорецкий суд. Инвалид третьей группы с 40-процентной потерей трудоспособности требует, чтобы все полагающиеся ему «ликвидаторские» пересчитали с учетом роста цен, начиная с 1997 года. По его оценке, компенсации должны повысить почти в восемь раз. Суд в иске отказал.
Отказал, сославшись на то, что... пропущен срок исковой давности (три года). И увеличил компенсации только в два раза, обязав собес выплатить Иванову около 20 тысяч рублей (вместо 99 тысяч, которые он требовал). Такая вот нехитрая арифметика Фемиды.
– Решение не просто необъективное, оно еще и принималось с грубыми нарушениями, – утверждает представитель Виктора Иванова в суде Сергей Кулиш. – После окончания процесса судья Яковенко удалилась в совещательную комнату, заявив, что решение будет объявлено на следующий день. Однако в указанное время ее в здании суда не было, а затем мне внезапно объявили о «возобновлении судебного следствия» и назначении нового заседания. А перед началом этого заседания судья совершила беспрецедентное: она лично предложила ответчику – представителю отдела социальной защиты района... написать заявление о применении к требованиям Иванова исковой давности (поезд, мол, ушел)! Заявление было прямо тут же составлено – и моментально удовлетворено.
Оставляя без комментариев, мягко говоря, своеобразный поступок служителя Фемиды, заметим, что федеральный закон «Об использовании атомной энергии» гласит: на требования о возмещении убытков и вреда, причиненного радиационным воздействием жизни и здоровью граждан, исковая давность не распространяется.
Сергей Кулиш – тоже чернобылец, тоже инвалид. В 1986 году был мобилизован и одним из первых брошен в чернобыльский ад. Младший сержант Кулиш командовал тогда отделением радиационной разведки... Нынешним летом он протестовал против монетизации льгот, считая новый закон пагубным для ветеранов и инвалидов, в том числе – для чернобыльцев.
– Я один из немногих еще живых ликвидаторов, – говорит Сергей без всякого пафоса. – Считаю, что человек, который бросается на амбразуру или закрывает собой реактор, должен знать, что, если он останется жив, его будут лечить и у него будет достойная старость, а если он умрет, его семья не останется без внимания государства. А у нас что делают?.. Я давно уже не верю президенту Путину и его обещаниям...
На стенах сестрорецкой квартиры плакаты: «Не убил атом – убьют чиновники!» Голодать собираются «по полной», ничего кроме воды. Дюжина мужчин, всем крепко за сорок, некоторым – за полста. В том далеком мае, который сломал им жизнь, у них были совсем другие планы...
Участвовать в акции собиралось больше народа, но кое-кто так плохо себя чувствует, что не смогли даже выйти из дома. Те деньги, к которым они просят прибавки, тратятся исключительно на то, чтобы выжить. Лекарства дорожают день ото дня, а про бесплатные рецепты доктора давно посоветовали забыть.
«Сколько друзей мы уже похоронили! Это и так существенная экономия для государства...» – горько шутят чернобыльцы. Решение Сестрорецкого федерального суда обжаловано, но когда состоится рассмотрение жалобы в Городском суде Петербурга, пока неясно.

Борис ВИШНЕВСКИЙ, Валерия СТРЕЛЬНИКОВА
фото Дмитрий ГУСАРИН