Лучше синица в небе...

24 декабря 2004 10:00

На исходе уходящего года в свет вышла книга, подготовленная природоохранным ведомством города, которая рассказывает об экологической обстановке в северной столице за последнюю четверть века. В талмуде о 800 страницах информация на любой вкус – о качестве воды и воздуха, о зеленых насаждениях и состоянии почв, о здоровье горожан и самочувствии Финского залива, о городских отходах и даже – о воронах, воробьях и прочих пернатых, имеющих счастье или несчастье обитать в городе на Неве. При чем тут пернатые? А при том, что они являются индикаторами экологического благополучия территории.



Оказывается, птиц в Петербурге целых 240 видов – почти столько же, сколько в Ленинградской области. Из них, говоря научным языком, 40% воробьиных, 19 – ржанкообразных, 12 – гусеобразных, 18 – дятлообразных и т. д. На городской территории – в парках и садах, в скверах и на кладбищах – гнездятся ястребы, соколы, ушастая сова, серая неясыть, кулики. Центр города облюбовали домовой воробей, ворона, синица... А в водоемах прижились разные виды уток, чаек, других водоплавающих. Особенно «звездным» состав пернатых бывает ранней весной, когда на Неве и в Невской губе отдыхает до 40 редких «краснокнижных» видов.
Но, как показывают наблюдения, количество пернатых в Петербурге уменьшается. Если в 1966 году на 10 гектаров парка Лесотехнической академии приходилось в среднем 52,6 пары птах, то в 2000 году уже 22,8 пары. По сравнению с началом 80-х количество птиц уменьшилось чуть ли не в два раза. Любопытно, но на 1980-й – год проведения в Москве Олимпийских игр – пришелся резкий пик увеличения птичьих стай на незастроенных территориях Ленинграда. Этот «олимпийский» рекорд так и остался загадкой минувшей четверти века.
Одна из причин происходящего птичьего исхода – уменьшение площадей зеленых насаждений. Как выясняется, максимальное изъятие лесопарковой зоны в Питере произошло с 1985 по 1994 год в связи со строительством крупных промышленных объектов: Северо-Западной ТЭЦ, Управления морзащиты. «Поедателями» зеленых территорий стали также Управление Октябрьской железной дороги и «Ленэнерго». Пострадал зеленый наряд города и за счет строительства элитного жилья. Поезжайте на Крестовский остров, взгляните... Зато в последние два года на улицах вновь стали сажать много цветов – примерно столько же, сколько в 1990-м.
Но, кроме недостатка зелени, на благополучие пичуг влияет и загрязненность городских почв. Впрочем, то, по чему мы с вами ходим, строго говоря, почвой или землей не является. Оно даже название имеет вполне определенное – урбаноземы. Или урбанолиты. Они представляют собой, как говорят специалисты, «песчаные и глиняные разности с примесью строительных и бытовых отходов». Слой урбанолитов устилает город слоем толщиной 2–3 метра. Если в таковом встречаются природные типы почв, их называют «реликты». Во как!
Так вот, эти урбаноземы еще и основательно загрязнены свинцом, кадмием, бензапиреном. Особенно грязными, порой даже чрезвычайно опасными, считаются грунты Адмиралтейского района, Центрального, Василеостровского, Красногвардейского и Кировского. Концентрации тяжелых металлов здесь превышают нормы в десятки, а иногда чуть ли не в сотню раз! Поклюй-ка зернышки с такой землицы...
Среднезагрязненными считаются Петроградский, Невский, Выборгский и Кронштадтский районы. Относительно благополучными – Калининский, Фрунзенский, Московский, Приморский. А вот пригородные Пушкинский, Красносельский, Петродворцовый и Курортный – вполне безопасными для птиц, людей и всего живого. Хотя и здесь могут встречаться грязные зоны.
Но самой главной сегодня, да и на ближайшие годы, считается, конечно, проблема загрязнения воздуха. С этим трудно не согласиться – достаточно пройти хоть по одной из закупоренных автомобильными пробками улиц, где воздуха уже не осталось вовсе. И ведь при этом с 1982 по 1994 год выбросы, шурующие из заводских и фабричных труб, уменьшались лавинообразно, дойдя до минимума. Но начиная с 1995 года главным фактором порчи атмосферы стал автомобиль. Вот почему самой грязной атмосфера Питера бывает в районе девяти утра, когда миллионы горожан едут на работу. Ну и, соответственно, вечером, когда они возвращаются домой.
А автопарк города за последние десять лет вырос в три раза. Сегодня на тысячу жителей приходится 200 авто, а в 2007 году их будет уже 280. И если уже сейчас 2–3% петербуржцев имеют не один автомобиль, то в ближайшие годы число таких владельцев увеличится. Спасет нас разве то, что старые колымаги, выбрасывающие удушливые выхлопы, постепенно уйдут на свалку, а их заменят новые модели, отвечающие жестким экологическим требованиям «евро-2» и «евро-3». Хотя будет ли это панацеей, да и когда еще это произойдет...

Лина ЗЕРНОВА