Рабская усадьба

2 февраля 2006 10:00

В минувший понедельник военнослужащий Максим Гугаев отметил свой 23-й день рождения. Родители не смогли приехать к нему из Ярославля, от родины же, которой не так давно давал присягу, никаких подарков Максим не получил. Поздравить его пришли сотрудники правозащитной организации «Солдатские матери Санкт-Петербурга», компанию которым составил корреспондент «Новой»... От рассказов Максима о службе кому угодно станет не по себе. Сейчас совсем еще молодой парень является потерпевшим сразу по двум уголовным делам. Один фигурант – полковник, сотрудник Военной академии тыла и транспорта Александр Перегудин отдал его в рабство второму – гражданскому лицу Николаю Уборевичу. Как говорится в материалах следствия, «рабовладелец» систематически избивал солдата-раба, а потом еще и кислотой его облил.

Плантатор в рваной майке заставлял называть себя «товарищ генерал»





Идти в армию Максиму, конечно, не хотелось, однако уклоняться от службы парень не стал. Наоборот, обрадовался, когда узнал, что попадет не куда-нибудь, а в Петербург, в батальон обеспечения Военной академии тыла и транспорта. Конечно, аналогии с трагическими событиями в Челябинске сегодня возникают сами собой... Впрочем, радикальные перемены в жизни рядового Гугаева начались, когда командиром батальона обеспечения стал полковник Перегудин, переведшийся из другой части. Он-то и отправил Максима на дачу, для дальнейшего несения службы.
По словам парня, события развивались так. Далеко не прекрасным летним днем Гугаева посадили в машину и отвезли к особняку, окруженному высоким забором с колючей проволокой. Далее офицер сдал солдата людям, охранявшим дачу. Они и поведали Максиму, в чем будут заключаться его дальнейшие обязанности: провели экскурсию по усадьбе, показали кроликов, кур, гусей, свиней, за которыми нужно ухаживать, а также только что начавшуюся стройку хозблока. Вскоре Максим познакомился и с хозяином дачи. О том, что рабовладельца зовут Николай Уборевич, он узнает гораздо позже, уже в ходе предварительного следствия, – мужчина, ходивший по территории в рваной майке и спортивных штанах, заявил, что называть его нужно не иначе как «товарищ генерал».
Сейчас уголовное дело в отношении дачного генерала расследует обычная – гражданская прокуратура. Ведь никакого отношения к воинской службе самозванец не имел. Это, однако, не мешало ему вести себя как настоящему военному. Как рассказывает Максим Гугаев, истошно брызгая слюной, он избивал солдата за то, что тот не так быстро подбежал к нему или не туда посмотрел. Сопротивляться Максим пытался всего один раз, защищаясь от резиновой дубинки. Тогда Уборевич позвал бодигардов, которые жестоко избили парня. Самое ужасное, что очень скоро к такому обращению Гугаев привык. Куда сложней оказалось привыкнуть к голоду. Правда, сперва солдата кормили худо-бедно три раза в день. Затем два, потом один, а далее и вовсе стали пропускать по несколько дней. Спать Максиму приходилось то в подвале, то на рабочем месте – стройплощадке. Некоторое время парня подкармливали сердобольные соседи. От них он и узнал, что является далеко не первым рабом на «генеральской». Солдаты не только возвели, но и обслуживали поместье, при этом, по оценке соседей, на них было страшно смотреть...
Неделя шла за неделей, а забирать Максима с нового места службы никто не спешил. Более того, за все прошедшее время его даже с территории дачи не выпускали. Постоянные побои и голод в конце концов подтолкнули к побегу.
Как-то раз ночью он попытался перебраться через забор с колючей проволокой. Подтянулся, поднялся наверх и... рухнул на землю с дикими криками. По проволоке был пропущен ток, как в самом настоящем концлагере. В ту ночь Максима страшно избили охранники вместе с хозяином дачи.
– Один из них, улыбаясь, заявил, что предыдущего солдата, – того, что был в рабстве до меня, они будто бы и вовсе убили, – рассказывает пострадавший.
Неизвестно чем бы кончилась эта отвратительная история, если бы не очередная выходка рабовладельца Уборевича. Чрезмерно возбудимому «товарищу генералу» в очередной раз не понравилось, как юноша работает. Схватив первое, что попалось под руку, он швырнул это в сторону Максима. К сожалению или к счастью, «этим» оказалась банка с кислотой. От ожогов на ноге и шее изможденный голодом и побоями парень стал терять сознание. Вызывать скорую обитатели дачи не стали. Просто запихнули Максима в машину, отвезли к КПП Военной академии тыла и транспорта и бросили у ворот.
Оттуда в совершенно жутком состоянии Гугаев попал в клинику военно-полевой хирургии ВМА. О случившемся с ним в прокуратуру тут же сообщили врачи. Вид молодого человека, побывавшего на «генеральской» даче, потряс видавших виды эскулапов до глубины души.
Лишь в середине декабря минувшего года в отношении «работорговца» полковника Александра Перегудина появилось уголовное дело. 19 декабря командира батальона задержали в качестве подозреваемого и оправили за решетку, правда всего на десять суток. Сейчас товарищ полковник знакомится с уголовным делом, гуляя под подпиской о невыезде. Найти того, кто называл себя «товарищ генерал», оказалось не так уж сложно. Закончить расследование уголовного дела, возбужденного сразу по нескольким статьям в отношении Николая Уборевича, прокуратура пока не может. «Товарищ генерал» постоянно хворает и уверяет следователей, что не встает с больничной койки.
Какое наказание получат полковник и «генерал», покажет ближайшее будущее. Максима же, долго лежавшего в госпитале, признали годным к продолжению службы и направили в роту обеспечения другой известной военной академии. По словам Гугаева, дикий случай в Челябинском танковом училище особого впечатления на его сослуживцев не произвел. Как ни прискорбно, подобное они воспринимают как часть обыденной жизни.

Андрей ИВАНОВ
Фото ИНТЕРПРЕСС


Примечание: Фамилии героев изменены.