Вечна спомен, братушки

14 октября 2002 10:00

Имена Виктора Ногина и Геннадия Куринного вряд ли скажут многое сегодняшним читателям. Уже 11 лет прошло с тех пор, как двое российских тележурналистов пропали в зоне сербскохорватского конфликта. Пропали - и как отрезало. Государство так и не довело до конца их поиски, хотя представляли они именно его, будучи корреспондентами тогда еще государственного Центрального телевидения. Впрочем, нет уже того государства - СССР. Но и людей нет. И получается, что государство, как его ни назови, - предатель, изменник. Послало людей на смерть - и про них забыло... Впрочем, у слова «изменник» здесь может быть несколько смыслов. Изменник по-сербски - это тот, кто меняет обстоятельства. И тогда это уже о них, о журналистах, которые по-своему пытались сказать войне «нет», но которых эта война и поглотила.





Над делом о трагической гибели Виктора Ногина и Геннадия Куринного словно витает злой рок. Дважды оно было на волосок от раскрытия, но все рушилось из-за глобальных политических катаклизмов в нашей стране: первый раз осенью 1991-го, когда рухнул СССР, второй раз осенью 1993-го, когда в Москве был расстрелян Белый дом. Оба раза в поисках участвовал друг и телевизионный соратник Виктора Ногина - Владимир Мукусев, человек суперпопулярный в те времена, когда в конце восьмидесятых - начале девяностых вся страна, затаив дыхание, следила за знаменитой телевизионной программой «Взгляд». Вести поиски Мукусеву помогало еще и то, что он был депутатом Верховного Совета. Но осенью 1993-го Верховный Совет оказался вне закона, а вместе с ним и созданная для розыска российских журналистов парламентская комиссия... А Мукусев все же почти докопался до истины. Но когда обнародовал ее, его обвинили в желании «восстановить уходящую популярность». Он говорил: в гибели ребят, как и в смерти Листьева, виновны те, кто сегодня руководит 1-м каналом. И тогда «выключили» самого Мукусева, на долгие годы отлучив его от телеэфира...
Прошлой осенью исполнилось ровно десять лет, как Виктор Ногин и Геннадий Куринной уехали в свою последнюю командировку в воюющей Югославии. И Владимир Мукусев попытался еще раз реанимировать не доведенные до конца поиски. Направил письма в МИД и ФСБ. Но ответом было ледяное молчание.
Весной этого года судьба свела Владимира с известным питерским «детективщиком» Андреем Константиновым. Поговорили раз, другой, третий... А потом сели писать книгу. Собирались втроем: Андрей Константинов, его соавтор Александр Новиков и Владимир Мукусев, который часами наговаривал на диктофон все, что ему известно о деле Ногина и Куринного. После чего все это переводилось на язык художественного произведения. Почему не документального? И у авторов, и особенно у издателей были сомнения, что документальная повесть по материалам дела десятилетней давности заинтересует читателя...
А называется только что вышедший роман «Изменник». Имея в виду все толкования этого слова - и по-русски, и по-сербски.

Николай ДОНСКОВ


P.S. Благодарим Институт развития прессы за помощь в подготовке материала.