В Смольном решили экономить на такси. Для инвалидов
Фото: Елена Лукьянова

В Смольном решили экономить на такси. Для инвалидов

26 ноября 2013 16:23 / Общество / Теги: смольный

В Петербурге подорожало социальное такси. Теперь имеющие на него право будут платить не десять процентов от стоимости проезда, а тридцать или даже пятьдесят. Смольный объясняет, что цены повысились из-за злоупотреблений и недостатка средств.

Тотальная дифференциация 

Закон о социальном такси был принят в Петербурге при Валентине Матвиенко в 2006 году. Изначально компенсация за все виды услуг всем группам населения, имеющим право на социальное такси, составляла 90 %. Поначалу к ним относились только инвалиды-колясочники и инвалиды по зрению. Позже в список включили и более широкий круг инвалидов, участников Великой Отечественной войны, и стариков после 80 лет с любой группой инвалидности, а также детей-инвалидов до 7 лет. 

Но 1 июля 2013 года закон «О специальном транспортном обслуживании отдельных категорий граждан в Петербурге» изменили. Список мест, куда инвалид мог поехать на социальном такси, разделили на основной и дополнительный. При этом основной перечень был расширен, но размер компенсации дифференцирован: за некоторых инвалидов город продолжил компенсировать по 90 % стоимости поездки, а для других снизил размер льготы.

Так, в основной перечень вошли органы власти, ряд медицинских учреждений, аптек, юридических консультаций, образовательные и спортивные учреждения. В дополнительный — санаторно-курортные и культурно-зрелищные учреждения, аэропорты и вокзалы, объекты сферы ритуальных услуг. При этом компенсация по дополнительному перечню меньше, чем по основному. За поездки по адресам из основного списка инвалиды-колясочники и инвалиды первой группы по-прежнему платят 10 %, те же группы за поездки по дополнительному списку — 30 %. Дети-инвалиды до 7 лет, инвалиды по зрению до 18 лет, инвалиды второй группы — 20 % за основной список и 50 % за дополнительный, инвалиды третьей группы — 50 % по обоим спискам. 

Инвалиды-жулики? 

В Комитете по социальной политике Смольного решение объясняют просто. По словам пресс-секретаря комитета Екатерины Майбороды, бюджетного финансирования не хватает на все группы, имеющие право на льготу. К тому же зачастую более активные инвалиды третьей, наиболее легкой группы злоупотребляли льготой. Поэтому и было решено списки оптимизировать. 

Майборода отмечает, что с инициативой выступил комитет, но решение было согласовано с организациями инвалидов. Однако движение «Умная сила» проводило пикет в знак протеста против удорожания социального такси. Собранные на акции подписи были переданы председателю Комитета по социальной политике Александру Ржаненкову. 

Екатерина Майборода замечает, что с социальным такси есть и другая проблема: неприспособленность машин к нуждам инвалидов. Сейчас Комитет по соцполитике обращается к Комитету по транспорту с просьбой обязать перевозчиков иметь в парке хотя бы один специализированный микроавтобус — для колясочников или детей, к примеру, с хрупкостью костей. Заметим, услуги социального такси предоставляют около 90 различных перевозчиков, и практически никто из них не имеет спецтранспорта. 

Экономьте на здоровье 

Данных о том, сколько накатали на такси именно инвалиды-жулики, нет. Вряд ли это самая критическая прореха в городском бюджете. А сравнить экономию от сокращения расходов на такси, скажем, с расходами на городские издания, финансируемые из бюджета, можно. 

В 2012 г. 51,2 тыс. человек (16,2 % от числа имевших право на услугу — 316,2 тыс. чел.) воспользовались такси 640,1 тыс. раз. Город на это потратил 388 271 500 рублей. В 2013 г. к концу мая 27,9 тыс. человек проехались 227,7 тыс. раз на почти 25 млн руб. О том, как изменилась статистика с принятием нового порядка предоставления услуги, данных пока нет: в комитете обещают подвести предварительные итоги в феврале 2014 г.

Теперь сравниваем 388 млн (потрачено на соцтакси за 2012 год) с бюджетными расходами на издание смольнинских газет. В бюджете на 2014 год на издание газеты «Петербургский дневник» выделено 177,5 млн руб., а также предусмотрена субсидия в 300 млн на увеличение подписного тиража неких изданий (есть подозрение, что она достанется тому же «Петербургскому дневнику»).

"Люди бы не поддержали сокращение» 

Понятно, что злоупотребления надо пресекать. Так, председатель правления организации «Жители блокадного Ленинграда» Ирина Скрипачева говорит, что услугами социального такси иногда пользуются не по назначению. «Учитывая, что ветераны войны имеют государственные надбавки, некоторые люди не то что злоупотребляют, но ездят, например, на общественную работу на социальном такси», — рассказала она. 

Руководитель проекта «Честный Петербург» Никита Сорокин, занимающийся созданием доступной среды для инвалидов, согласен с дифференциацией. Однако он отмечает, что если изначально закон о социальном такси был направлен только на инвалидов-колясочников, то позже льгота, наоборот, распространилась слишком широко. 

Председатель петербургского отделения Всероссийского общества слепых Алексей Колосов объясняет: изначально предполагалось, что данная мера социальной поддержки будет предоставляться только самым сложным категориям, которые в этом действительно нуждаются, — инвалидам по зрению и опорникам. Когда список расширили, те, кто изначально больше всего нуждался в помощи, оказались стеснены в использовании социального такси. А вывести уже обеспеченные льготой категории обратно из списка оказалось гораздо труднее, чем внести. 

Правда, Колосов излагает несколько другой вариант «согласования» вносимых в 2013 г. изменений с заинтересованными организациями, нежели Комитет по социальной политике. По его словам, мнения инвалидов особенно не спрашивали. «Нам объяснили ситуацию, — говорит он. — Если бы вопрос был поставлен на голосование, то люди, конечно, не поддержали бы сокращение адресного перечня и удорожание проезда».

Никита Сорокин полагает, что социальное такси — это временная мера, необходимая только потому, что в городе не создана доступная среда для инвалидов. «Я считаю, что если бы была доступная среда, соцтакси вообще было бы не нужно, — говорит Сорокин. — Я бы оставил его только для слепых и людей с тяжелой инвалидностью».