Награды полковника вывезли на свалку
Фото: Елена Лукьянова

Награды полковника вывезли на свалку

27 февраля 2017 14:24 / Общество

Сотрудники Федеральной службы исполнения наказаний уничтожили китель и награды полковника внутренней службы Сильвы Арутюнян, прослужившей в системе более тридцати лет

Сильва Араратовна работала начальником пресс-службы петербургского УФСИН до 2011 года. Когда ей (к слову, единственной женщине-полковнику в штабе) не продлили контракт, ее начальникам в Москву посыпались письма из Петербурга. Журналисты, с которыми она взаимодействовала по роду службы – из РИА, «Коммерсанта», «Невского времени», чиновники Комитета по печати Смольного, – все просили генерал-полковника Александра Реймера оставить Сильву Арутюнян в должности. Реймер, которому самому на тот момент оставался год до отставки и четыре года – до посадки, к просьбам остался глух. Сильве Арутюнян потребовалось четыре года, чтобы узнать причину своего увольнения.

В июле 2011 года Сильве исполнялось 55 лет – для полковника внутренней службы это возраст, когда начальство продлевает срок еще на пять лет или отправляет на почетную пенсию. На ее вопрос о перспективе начальник петербургского УФСИН генерал-майор Игорь Потапенко удивился: мол, пусть о своем будущем беспокоятся те, у кого есть взыскания, а наша героиня отродясь их не получала и работает за пятерых. Военно-врачебная комиссия подтвердила годность к службе, и Арутюнян подписали пятилетний контракт. Казалось бы, беспокоиться не о чем, но спустя месяц рапорт и контракт исчезли из ее личного дела. Сильве внезапно назначили новую ВВК (спустя месяц после положительного заключения предыдущей комиссии), один из членов которой рассказал ей по секрету, что та находится в черном списке тех, кто по приказу начальства не должен ее пройти. В результате Арутюнян забраковали на основании медицинского обследования 2009 года.


Четыре года экс-начальник пресс-службы ломала голову, почему попала в немилость ФСИН России.


Пока в 2015-м не прочитала статью Евы Меркачевой из «Московского комсомольца», где журналистка со ссылкой на источники в УИС пишет среди прочего, что Арутюнян уволили за излишнюю, как выяснилось, открытость руководства СИЗО № 4 – «Лебедевки».

Выяснилось, что в конце 2010 года Меркачева приезжала в СИЗО проверить слух о привилегированных условиях содержания Вячеслава Типпеля – бывшего начальника оперативного управления петербургского УФСИН. Его обвиняли в пытках заключенного. Начальники «Лебедевки» заявляли, что камера у Типпеля самая обычная. Журналистка из Москвы договорилась о приезде в Петербург с начальством ФСИН без посредничества питерской пресс-службы. «Телевизор, электрический чайник и холодильник, забитый едой», – описывала потом Меркачева увиденное в «обычной камере». Начальник изолятора и его заместитель лично сопровождали Еву Меркачеву и разрешили фотографировать. Такие доказательства особого положения предполагаемого садиста в СИЗО вызвали скандал, ФСИН начала внутреннюю проверку. Всех собак повесили на начальника пресс-службы Сильву Арутюнян: недоглядела за своими подопечными журналистами, хотя московские корреспонденты и не были ей подвластны.


«Руководители очень болезненно реагируют на подобные статьи, – говорит полковник на пенсии. – Они хотят, чтобы журналисты писали о них только позитивно».


После увольнения началась череда прокурорских проверок и судебных тяжб. Сильва Араратовна требовала от прокуратуры заставить ФСИН выплатить ей положенные увольнительные. Местные начальники рапортовали в Москву, что ничего не должны бывшей работнице. Тем не менее прокуратура вынесла на имя Потапенко два представления о соответствующих выплатах экс-пресс-секретарю. «Я подумал, что если руководство так поступает с заслуженными сотрудниками, начальниками служб (использует финансовую безграмотность работников, увольняет без объяснения причин.– Ред.), то как они поступят с рядовыми сотрудниками?» – рассказал «Новой» Василий Масалович, который уволился вслед за Арутюнян и ушел работать в полицию.

Директор ФСИН А. А. Реймер уволил Сильву Арутюнян, как она считает, незаконно: во время ее очередного отпуска. «Добиться правосудного решения и правильного толкования законов мне не удалось», – говорит Сильва. Решению она не удивилась, поскольку сама человек системы и знает, как слаженно могут работать следствие, прокуратура и суды. Тем не менее все это время она таила надежду вернуться в строй, потому и форму свою из 304-го кабинета не забирала.

Александр Зубов, новый руководитель пресс-службы, разместился в том же 304-м кабинете, но полковничий мундир предшественницы не трогал как минимум до конца 2013 года.

Но к 2016 году, когда по просьбе Арутюнян омбудсмен УФСИН Елена Кузнецова обошла несколько кабинетов, оказалось, что форменное обмундирование исчезло, в том числе и китель полковника. Вместе с нагрудными знаками. «Я передал его вам!» – перекладывал ответственность за пропажу один высокопоставленный сотрудник. «Вы мне ничего не отдавали», – отрицал другой. – «Точно отдавал!» – «Да не было такого».

Оскорбленная в лучших чувствах полковник написала начальнику УФСИН по Петербургу Игорю Потапенко. Тот поставил ее в неловкое положение, ответив, что якобы она сама в 2012 году «в присутствии сотрудников аппарата управления забирала вещи из кабинета». «Новой» Потапенко подтвердил, что в кабинете вовсе не осталось «ничего из ее личных вещей, в том числе форменного обмундирования». Но бывшая сотрудница пресс-службы Елена Басова (теперь она работает в Марий Эл) рассказала, что даже в 2013 году видела полковничий китель и другое обмундирование Сильвы Арутюнян в помещениях питерского УФСИН.

«В 2012 году вместе с Сильвой Араратовной мы заехали в УФСИН. Я забрал все свои вещи, а она форму забирать не стала. Даже помню, как китель с наградами висел, парадная форма. Оставили все, потому что она еще судилась, и ее могли восстановить», – эти слова еще одного бывшего сотрудника пресс-службы УФСИН и действующего сотрудника МВД Василия Масаловича в разговоре с «Новой» заставляют усомниться в искренности питерских тюремщиков.


Если верить, что мундир Арутюнян после 2012 года остался в кабинете на третьем этаже здания УФСИН на Захарьевской, ответ ведомства человеку, 30 лет жизни отдавшему работе в уголовно-исполнительной системе, звучит довольно издевательски: «Все бесхозные вещи были вывезены из УФСИН и утилизированы».


Надо понимать, что генерал-майор Игорь Потапенко отправил на помойку мундир полковника внутренней службы и нагрудные знаки «Отличник милиции», «В память о 300-летии Петербурга», серебряную медаль «За укрепление уголовно-исполнительной системы», а также шесть офицерских звездочек (по три на плечо) и эмблемы МВД и ФСИН. Прокуратура по заявлению Арутюнян попросила Управление экономической безопасности и противодействия коррупции МВД РФ проверить действия руководства петербургского УФСИН. Награды можно восстановить, но Сильву волнует другое: «Каждому поступку должны давать оценку. Я не заслужила такого отношения».



vkontakte twitter facebook youtube

Подпишись на наши группы в социальных сетях!

close