Природа не обидится. но отомстит

10 апреля 2003 10:00

Сейчас страховые компании Запада начинают отказываться страховать риски, связанные с природными катаклизмами. Причина проста - за последнее время наблюдается рост катастрофических природных событий. Если в 1991 году сумма страховых выплат пострадавшим от бурь, наводнений, ураганов и тайфунов составила 12 миллиардов долларов, то в 2001 году она приблизилась к 100 миллиардам. Комментарии излишни. Изменение привычного течения весен, зим и лет, учащение сокрушительных проявлений стихии специалисты связывают с глобальным изменением климата. Похоже, человеку деваться некуда - чтобы выжить, он должен менять свое мировоззрение. Об этом наш разговор с членом правления Санкт-Петербургского общества естествоиспытателей кандидатом биологических наук Александром Карповым.





- Прежде всего давайте определенно скажем, что слово «экология» стало элементом городского жаргона и каждый понимает под этим что-то свое. Для многих это вполне определенные вещи: уборка мусора, озеленение городских улиц, очистка рек, установка на выхлопные трубы автомобилей катализаторов и т.д. Если все это делается, значит, с «экологией» у нас все в порядке.
- На самом деле это вчерашний взгляд на вещи, пора осваивать следующую ступень экологического сознания. Попробуем посмотреть на Питер как на большой организм: он поедает пищу, которую привозят из разных мест, пьет воду, сжигает горючее для своего обогрева, выделяет тепло и свет, формируя свой микроклимат. Город производит огромное количество отходов, начиная от внешне безобидных типа углекислого газа и кончая высокотоксичными...
- И подобно живому существу, имеет свою среду обитания?
- Конечно, только она чрезвычайно обширна. Это «пастбища», на которых выращиваются пища, древесина, добываются энергетические и минеральные ресурсы, это места, где город «отдыхает» (включая рекреационные зоны для горожан). Проще всего было бы представить себе Петербург в виде гигантского зверя, пасущегося на просторах Ленинградской области. Хотя, по сути, область для пятимиллионного мегаполиса - тесная клетушка. К примеру, здесь не растут бананы, киви, арбузы, виноград, которые мы с аппетитом поглощаем. Нефть нам привозят из Сибири, бумагу - из Швеции и Финляндии, компьютеры - из Тайваня.
- То есть «пастбище» города - чуть ли не вся планета Земля?
- Примерно так. Подсчитать, сколько требуется пространства, чтобы обеспечить ежедневную кормежку города, - достаточно сложная, но очень важная задача. Такие подсчеты есть, хотя их нельзя назвать очень точными и окончательными. Так, по опубликованным шведскими учеными в 1997 году данным (научный журнал «Ambio»), для того, чтобы обеспечить снабжение Петербурга только продуктами питания и изделиями из древесины (куда входит бумага всех видов), необходимо 109300 кв. километров «лесов, полей и рек». В этих расчетах площадь города была принята равной 250 кв. километрам. То есть для снабжения одного кв. километра Питера нужно 18 кв. километров леса, 50 «квадратов» садов, огородов, полей, 133 квадратных километра морей и озер. Однако для того, чтобы природные экосистемы могли переработать наши отходы, нужно площадей в десять раз больше! Только леса для поглощения выделяемого с 1 кв. километра углекислого газа необходимо от 350 до 870 кв. километров! Согласно этим расчетам требующаяся под комфортное проживание северной столицы площадь превышает площади Ленинградской, Новгородской, Псковской областей и Карелии вместе взятых! Но ведь на этих территориях тоже живут люди.
- Получается, петербуржцы, сами того не подозревая, «грузят» выбросами соседей?
- Не переживайте, за счет своих соседей живет не только Петербург. Чемпионами в этом «многоборье» являются американцы и западноевропейцы. Для того, чтобы поддерживать существование среднего американца со всеми его домами, автомобилями, полетами на самолетах к друзьям, поп-корном и Голливудом, нужно около 23 гектаров (!) плодородной земли и земли под промышленную активность. Несколько скромнее скандинавы: среднему шведу нужно в три раза меньше - «только» 7,2 гектара земли. Но это все равно много, ведь если площадь нашей планеты разделить на всех ее жителей, то получится всего чуть больше двух гектаров на брата. Так что можно было бы говорить, что европейцы добились успеха в охране окружающей среды, если бы для обеспечения экономики европейских стран требовалось в три раза меньше территорий, чем сейчас.



- А как у нас?
- Наши средние показатели «на душу населения» немного превышают норму. Однако мы удерживаем первенство по неэффективности использования природных ресурсов. При тех же объемах их изъятия, но экономном расходовании, как это делают европейцы или американцы, мы могли бы жить в 4 - 5 раз лучше.
- Правильно ли я поняла, что жить за счет других, как это делают американцы, невозможно - на Земле не хватит на всех «пастбищ». А значит, мы никогда не достигнем уровня американской мечты?
- Смотря что понимать под «американской мечтой». Если свести ее к наличию того количества автомобилей, бытовой техники, домов и фазенд, что демонстрируют сериалы, то, безусловно, нет. Пожалуй, понимание того, что это невозможно, - одна из существенных ступенек в росте экологического самосознания каждого человека. Ведь кроме россиян, пытаются «поднажать» все развивающиеся страны, а это большая часть человечества. Планете Земля действительно не под силу выдержать аппетиты почти шести миллиардов потребителей. Природные катаклизмы - проявление процессов глобального изменения климата - можно рассматривать как кару за необузданное стремление к благам.
- Можно ли что-то сделать?
- Оказывается, очень много зависит от наших привычек и выбора. Так, суммарное потребление Петербурга в значительной степени определяется тем, что каждый из нас ест, какие вещи покупает, как часто пользуется автомобилем или другими видами транспорта, как обогревает свой дом, как отдыхает, лечится, делает ли выбор в пользу «экологически дружелюбных» товаров. Если для западных стран важнейшей задачей становится снижение уровня потребления - каждый может иметь одну майку вместо десяти и ездить на общественном транспорте пять дней в неделю, - то для нас более актуальна задача повышения экоэффективности в повседневной жизни и в производстве. Задавались ли вы, к примеру, вопросом, откуда в вашу булочную привозят хлеб? Откуда вообще привозят продукты питания? Здесь нас кровно интересуют следующие моменты: сколько энергии было затрачено на транспортировку продукта? Лучше покупать хлеб ближайшего завода. Хотя стоит и поинтересоваться, насколько его производство экологически чисто. Если заводишка стар и коптит небо трубами, не покупайте его продукцию. Выберите порядочного по отношению к природе производителя. Если так будет поступать массовый покупатель, это заставит завод обновить технологии.
- Одни мои знакомые всегда спрашивают у продавцов, где выращены овощи или зелень. И выбирают товар, производимый в теплицах, расположенных ближе всего к его району или дому.
- Уже многие начинают понимать - как бы ни рекламировали «экологически чистые» западные продукты, из-за транспортировки их суммарное воздействие на окружающую среду неизмеримо больше, чем у выращенных вблизи города. Хотя, к сожалению, пока процесс производства товаров в России недостаточно прозрачен. Тема экономии ресурсов и снижения потребления бесконечна. Здесь можно говорить и об экономии воды, об экологических преимуществах общественного транспорта перед личным, о возможности обходиться без лишних вещей, навязываемых рекламой, об отказе от вредной или загрязняющей природу продукции.
- Сейчас очень многие в Петербурге гоняются за окнами из ПВХ, а в Швеции их выпуск приостановлен, так как при утилизации полихлорвинил выделяет яды...
- Разумный подход каждого жителя, умноженный на пять миллионов, изменит характер нашего города - он на глазах снизит площади своих «пастбищ» и «лежбищ». Это и есть повышение экоэффективности жизни и производства.
- Но беда в том, что, даже пожелав выбрать «правильные» товары или услуги, петербуржцы зачастую не имеют возможности осуществить свой выбор. Например, даже если я знаю, что моя машина безбожно чадит, все равно ею воспользуюсь, поскольку общественный транспорт работает плохо. Если дома холодно, в подъезде выбиты окна, а батареи едва теплые, я все равно включу обогреватель в сеть, зная при этом, что электростанции загрязняют природу...
- Не спорю. И все-таки лед тронулся. В официальных кабинетах все больше говорят об экоэффективности. По большому счету Питер остро нуждается в данных, по которым можно было бы определить, скажем, растут ли у нас выбросы в окружающую среду в пересчете на рубль произведенной продукции или падают, сколько бензина сжигается при перевозках людей, товаров и отходов. Сейчас разрабатывается новый Генплан развития города (действие предыдущего генплана заканчивается в 2004 году, а новый будет действовать до 2025 года), который определит его пространственную структуру и в какой-то степени - наш будничный выбор в пользу экологически дружелюбного или безудержно потребительского образа жизни. Именно сейчас наука и экологические, социальные организации должны предложить конкретные ориентиры для горожан и проектировщиков - каким будет Петербург-2025... Стремиться к большему потреблению окружающей среды означает объявить войну планете и своим соседям по ней. Делать это - все равно что устраивать перестрелку на борту летящего на большой высоте авиалайнера. В итоге природа отвечает тем же - сметает с лица Земли ненасытное человечество.

Беседовала Лина ЗЕРНОВА
Фото ИНТЕРПРЕСС