Судьи, которых мы потеряли – 2

22 апреля 2002 10:00

В номере 23 мы начали цикл публикаций, рассказывающих о петербургских судьях, не по своей воле распрощавшихся со своими судейскими мантиями. Тогда мы рассказали о судьях, привлеченных к ответственности за волокиту. Сегодня речь пойдет о других категориях проштрафившихся служителей фемиды.



Несколько лет назад ввезти в Россию новенькую иномарку, заплатив пустяковые таможенные пошлины, было довольно легко. Существовало несколько категорий граждан, пользовавшихся льготами при ввозе машин из-за границы: моряки загранплавания, герои Советского Союза, вынужденные переселенцы из Прибалтики, участники ликвидации аварии в Чернобыле... При этом сами они, как правило, были лишь номинальными владельцами машин. Чаще иномарки приобретали серьезные денежные дяди, но, чтобы меньше платить таможенных пошлин, машины оформлялись на льготников. Встречались даже соответствующие объявления в газетах: ищем переселенцев из Латвии или моряков загранфлота для взаимовыгодного сотрудничества.
Некоторые льготники умудрялись таким образом становиться за пару лет владельцами целых парков престижных иномарок. Но во второй половине 90-х годов эту лавочку стали постепенно прикрывать. Действие льгот было отменено.
В 1998 году отмена коснулась и «чернобыльцев». Трудно сказать, как в других регионах, а в Петербурге из-за этого зависло изрядное количество сделок с машинами. Таможенники требовали полной уплаты пошлины. И тогда на районные суды обрушилась лавина исков «чернобыльцев» к таможенным органам. Правда, эти иски рассматривали вполне определенные судьи. И эти судьи отменяли решения таможни в пользу «чернобыльцев». А если точнее - в пользу истинных хозяев дорогих машин.
В 1999 году разразился скандал, который закончился лишь на следующий год отстранением нескольких судей районных судов. Проверка установила, что при рассмотрении этих жалоб в ущерб государственным интересам были нарушены гражданско-процессуальные нормы: например, территориальной подсудности, поскольку заявители указывали не соответствующие действительности адреса своего местожительства, что не проверялось судьями. Дела рассматривали в отсутствие представителей таможни, а то и самих заявителей, причем в рекордно короткие сроки.
«Чернобыльские» заявления принимались и в неурочное время, в том числе в выходные и праздничные дни. В некоторых случаях судьи принимали жалобы на действия таможни еще даже до того, как машины пересекали российскую границу. Протоколы во многих случаях писали по шаблону, меняя только имена и фамилии заявителей, даты и номера дел. В конце концов, Городская прокуратура принесла протесты на эти решения и потребовала от Квалификационной коллегии разобраться с этими судьями.
Результаты оказались ошеломляющими. По итогам проверки шестеро судей различных районных судов города - Лариса Носова, Светлана Устюжанцева, Вера Суходольская, Татьяна Романец, Надежда Гордеева, Людмила Баклагина, которые в сумме успели рассмотреть без малого три тысячи «чернобыльских» дел, - в 1999 - 2000 годах были лишены судейских полномочий. Так что эта категория «потерянных судей» оказалась наиболее многочисленной...
В ноябре 1996 года к председателю Городского суда Петербурга Владимиру Полуднякову поступила жалоба. Гражданин Юрий Светлов жаловался на то, что осужден несправедливо. В феврале 1996 года он был приговорен к году условного лишения свободы за злостную неуплату алиментов. Однако, по уверениям жалобщика, судья Выборгского суда Марина Мошляк вынесла приговор заочно - в отсутствие подсудимого. Светлов в тот день в суде не был, лежал дома со сломанными ребрами, о чем было сказано в соответствующем больничном листе. В результате того, что приговор был вынесен заочно, он не имел возможность обжаловать его в вышестоящую инстанциию, что является вопиющим нарушением законных гражданских прав. Когда же поправившийся Светлов пришел к судье, та заявила, что дает ему год условно «за неуважение к суду». Проведенная проверка подтвердила потрясающий рассказ Юрия Светлова. В феврале 1997 года Квалификационная коллегия петербургских судей лишила Марину Мошляк судейских полномочий с такой формулировкой: «В связи с поступком, умаляющим авторитет судьи и судейской власти».
В августе 2001 года Горпрокуратура направила в Квалификационную коллегию судей Санкт-Петербурга представление на председателя Октябрьского федерального суда Наталью Семину. Прокуратура обвиняла ее в том, что она изменила меру пресечения обвиняемому по серьезному «бандитскому» делу. В результате обвиняемый Сергей Тарасов был отпущен под залог.
Поводом для обращения адвоката Тарасова с такой просьбой стало якобы плохое состояние здоровья его подзащитного, необходимость проведения ему сложной нейрохирургической операции. Аргументами для освобождения Тарасова из-под стражи стали и его положительные характеристики, и то, что он имел постоянное место жительства. В результате Тарасова, коммерческого директора фирмы «Тир», ранее уже трижды судимого за тяжкие преступления, отпустили под залог в 200 тысяч рублей.
Оказавшись на свободе, человек, обвинявшийся в организации банды и заказных убийств, поспешил скрыться. Уголовное дело развалилось.
Прокуратура возмутилась - по ее мнению, здоровье Тарасова вовсе не находилось в столь удручающем состоянии. По признаниям обследовавших Сергея Тарасова медиков, он не нуждался в срочной операции. Интересно и то, что решение об изменении меры пресечения Сергею Тарасову Наталья Семина принимала... находясь в отпуске... Судья Семина не стала ждать решения Квалификационной коллегии и сама подала в отставку.

Алексей СЕМЕНОВ